Не так давно Иван Павлов снял фильм "Одно на двоих", посвященный летчикам и основанный на реальном подвиге. В Беларуси эту историю и имена героев знает каждый: пять лет назад экипаж учебно-боевого Як-130 в составе майора Андрея Ничипорчика и лейтенанта Никиты Куконенко потерпел крушение во время тренировочного полета - виной стала техническая неисправность. Летчики увели самолет от жилых кварталов города Барановичи, но сами спастись уже не успели. Оба - Герои Беларуси посмертно.
Иван, скажите, как пришла идея этой картины?
Иван Павлов: Когда Министерство обороны предложило снять фильм к 105-летию армии, я сказал: "Давайте про летчиков!" И мне предложили снимать либо про Героя Беларуси Владимира Карвата, либо про Ничипорчика и Куконенко. Я выбрал этих ребят не потому, что Карвата ценю меньше. Мне хотелось исследовать тему подвига: почему человек его совершает. Ведь был выбор, руководитель полета приказывал покинуть самолет.
Но... фраза, которую сказал Андрей Ничипорчик: "Город под нами". Никита Куконенко как второй пилот сидел сзади, он не управлял самолетом. Однако если бы дернул катапульту, они бы покинули кабину вдвоем. То есть он тоже для себя в эти секунды принял решение.
В Барановичах разбился военно-учебный самолет Як-130Работать с таким материалом, практически по живому, было трудно?
Иван Павлов: Сценарий писался два года и шесть раз переписывался. Сложность в том, что "Одно на двоих" - фильм художественный. То есть мне нужны были взаимоотношения персонажей, конфликты, антагонисты и прочее-прочее... Не было антагонистов, не было конфликтов. Да, я как художник мог снять историю "по мотивам"... Но этически верно сначала подумать о родителях ребят. А они не сказали мне никаких плохих слов. Они со слезами все это смотрели. Мне мама Никиты сказала: "Теперь я знаю, о чем думал мой сын перед смертью". И второе, что для меня важно, - мнение летчиков, которые единственно на что посетовали: "Все хорошо, но мало полетов показано". Потому что для летчика, когда он взлетел, только тогда и начинается жизнь...
Вы декан факультета кино, театра и телевидения Белорусской государственной академии искусств. Набирали в этом году курс?
Иван Павлов: Сейчас у нас нет такого понятия, как мастер, набирающий курс. Но, мотивируя тем, что я декан, я начал влезать во все курсы, на все экзамены. То есть прихожу, особенно к режиссерам, и слушаю, и разговариваю. Надеюсь, ко мне прислушиваются не только потому, что декан, но и потому, что я "играющий тренер". Говоря о режиссуре: сейчас очень помолодел абитуриент, поступающий на эту специальность. Раньше слишком юных на режиссуру не брали принципиально, потому что это профессия накопления. Сейчас ребята после школы приходят и поступают. У них ни опыта жизненного (неоткуда им еще взять его), ни начитанности... А для кино, ребята, вам еще нужно помучиться, покрутить, посмотреть на эту жизнь. Ничего нового в драматургии не появилось и не появится, 36 сюжетов как было, так и есть. Вся работа - в рамках тебя самого! Но мы в этом году сделали просмотр дипломных фильмов в кинотеатре "Победа" для режиссеров телевидения. Там было несколько игровых работ, но даже репортажи, которые они как телевизионщики делали, на большом экране смотрятся совсем иначе. Я сам от своего фильма прибалдел, когда в кинотеатре "Москва" увидел, какой эффект от полетов на большом экране. А потом слушал зал... Вот это самое важное! И, конечно, мы продолжим такую практику.
Вы не только режиссер, у вас есть и актерская фильмография...
Иван Павлов: Ну, на главные роли меня еще никто не звал. И, честно говоря, актерская профессия для меня все-таки на втором месте, это чисто если помочь кому-то надо. Хотя однажды после съемок сутки лежал, приходил в себя. Фильм "Буровая", там у моего персонажа был диалог-покаяние с сыном человека, который погиб по его вине... И я до такой степени проникся этой историей, что просто физически встать не мог, мышцы не работали. Вот это называется "потратиться": когда актер вышел, сыграл, а потом упал. Это дорогого стоит. Притом что видел актеров, которые вылетают на сцену - раз, и фейерверк. Сыграл - и оп, пошел футбол смотреть. Они учатся некоторым приемам, и вы из зала не сильно заметите, когда что-то ярко показывают, но без затрат. Вот чего я сейчас требую от студентов актерского направления: чтобы даже на репетиции они научились тратиться, чтобы они хотели этого и иначе не могли. Тогда было бы великолепно.
По какому принципу подбираете артистов в свои проекты? С каким актером вы сработаетесь, а с каким нет?
Иван Павлов: После сериала "Мухтар" я понял, что сработаюсь с любым: там актеров массовых сцен приводили на игровые эпизоды и на серьезные слова. Но мне важно, чтобы артист, во-первых, был пластичен. Не требую текст из фильма на первой встрече. Если на пробах человек рассказывает необычную историю, любую, тогда я даю текст. Это как вырезание ложки из дерева: ты обозначил форму, но, чтобы заусенцы не попали тебе в губы, ее надо отшлифовать. И потом мы отшлифуем, потом мы уже поговорим о внутреннем монологе, о мире, обо всем...
Говорят, что профессия актера зависима, а режиссер обладает свободой. Где эта свобода начинается и где заканчивается?
Иван Павлов: Знаете, искусственный интеллект может написать режиссерский сценарий: это вот так снять, вот тут поставить камеры, так выставить свет, такие ракурсы сделать, и получится очень монтажно и понятно рассказанная видеоистория. Но ИИ на площадке не скажет "верю" или "не верю" актрисе, говорящей: "Я люблю тебя"... Я сейчас больше склоняюсь к серьезным сценам, которые можно снять одним кадром, с момента включения камеры и до выключения. Так вот, эмоциональную правду взаимоотношений персонажей оценить может только режиссер. И в этом плане, в рамках какой-то драматургической задачи, свободы очень много. То есть я говорю условно: "Давайте снимем "Бесы" Достоевского!" И дальше два пути. Первый: ты просто "сниматель", берешь литературную основу, переносишь на экран и смотришь за тем, чтобы эмоционально все было плюс-минус как у автора. Либо второй вариант: думаешь, о чем ты как человек хочешь акцентированно сказать на основе этого материала. И я могу посмотреть, что хочу сказать миру со своей колокольни.
Когда снимал сериал "Ой, ма-моч-ки!", повторял: если хотя бы одна женщина, посмотрев этот фильм, не сделает аборт, все наши усилия окупились. Вот такое шаткое или растянутое понимание и свободы, и обязанности того, что ты должен как режиссер сделать, о чем ты должен сказать.
Что у вас в планах?
Иван Павлов: Два проекта про серьезных мужчин, обладающих честью и совестью. Мне интересны такие ребята. Хочется снять фильм про Минск на основе мифов и легенд.