"Можно из глины делать статуи, а можно из камня вытачивать, так можно сравнить лен с другими сельскохозяйственными культурами, ведь он крайне требователен к агроклиматическим условиям. Оптимальная температура для роста - 17-19 градусов, а ниже 15-ти его развитие практически останавливается, выше 25-ти - прекращается вовсе. Влажность должна быть строго сбалансирована, а кислотность почвы укладываться в узкий диапазон pH 5,5-6", - говорит собеседник "РГ".
Почвоподготовка у льна в два раза сложнее, чем у классических сельскохозяйственных культур. Она начинается с яровой вспашки осенью, а уже перед посевом землю обрабатывают тремя-четырьмя проходами, добиваясь идеально ровной поверхности - она должна фактически быть как паркет - никаких ям и перепадов высоты, ведь семена заделывают на глубину не более полутора сантиметров. Выдержать такую точность на тысячах гектаров без специализированных сеялок невозможно. Для сравнения у той же пшеницы или ржи все гораздо легче - можно спокойно заглублять на 3-5 сантиметров и не мучится долгим выравниваем поля.
К технике добавляются само семя льна, которое стоит недешево, ведь посадочный материал должен быть районированным, а такой производят немногие. Плюсом идут дорогостоящие подкормки микроэлементами, без которых зеленая масса будет пустой.
"Можно азотом залить все, зеленая масса пахнет, ее много, а процента содержания волокна в продукции будет мало, важно, чтобы было много именно волокна. Для этого необходимо своевременно вносить подкормки", - уточняет льновод.
Себестоимость усугубляется ценами на топливо. Дизель для сельхозпредприятий совсем недавно, по словам фермера, поднимался до 130-140 рублей за литр, тогда как на розничной колонке он стоит 79 рублей. Государственная гектарная субсидия в 7 500 рублей, которая хоть как-то поддерживала льноводов, сегодня упразднена в связи с дефицитом бюджета. Дотации существуют на бумаге, но лимиты бюджетов не позволяют их использовать в полной мере.
Между тем производство льна-долгунца является крайне важным для страны. После распада СССР Россия лишилась хлопкового волокна из Узбекистана и собственной сырьевой базы для легкой промышленности. Фермер подчеркивает, что сегодня 90-95 процентов отечественного текстиля шьется из китайского сырья. В стране сохранилось лишь последнее звено цепочки - крой и шитье. Первые два - производство волокна и переработка в пряжу - фактически уничтожены. Общий объем российского льноволокна не превышает 3-5 тысяч тонн в год, тогда как 80-90 процентов мирового сырья поставляют Бельгия и Франция. Из крупных переработчиков в России осталось три завода.
"В случае если наш партнер Китай в будущем нам откажет, страна останется фактически без трусов. Наша задача сделать так, чтобы у нас была пряжа и ткань, чтобы самим иметь возможность шить костюмы, рубашки и изготавливать домашний текстиль", - формулирует стратегическую цель предприниматель.
На этом фоне данные нижегородского минсельхоза выглядят скромно. В 2026 году площадь, занятая льном-долгунцом в регионе составила всего 2 117 га. Производство сосредоточено в трех округах: Тонкинском (1 695 га), Семеновском (258 га) и Ковернинском (164 га). Два действующих местных льнозаводов за 2025 год переработали 1 847 тонн льнотресты и выработали 485 тонн короткого волокна, которое идет на ткани и строительные утеплители.
Чтобы увеличить объемы, в области планируют запустить новый проект, рассчитанный на выпуск не менее 3 тысяч тонн льноволокна ежегодно. 28 июля Нижегородский совет по земельным отношениям одобрил инвестору участок под производство льноволокна в Шарангском округе. Объем вложений составит 2,7 миллиарда рублей, а количество рабочих мест - около 200. Запуск предприятия намечен на III квартал 2027 года, вторая очередь запланирована в Шахунском округе. Ранее компания уже получила участок в Шахунье и ведет возделывание льна-долгунца в Тонкинском округе, что гарантирует стабильную сырьевую загрузку нового производства.
Так в нижегородской глубинке зарождается попытка восстановить то, что было утрачено несколько десятилетий назад: собственное льняное производство, чтобы в стране было из чего шить одежду, не оглядываясь на заграницу.