О даче начальник станции мечтал еще и потому, что хотел собрать ягод на варенье. На СП-42 он взял с собой три большие банки варенья - из черной смородины, крыжовника, сливы. Перекладывал в более мелкую тару - и дарил полярникам на дни рождения. На дрейфующих станциях ведь все подарки - самоделки, магазинов на Северном полюсе нет.
Кстати, а что вам дарили?
Александр Ипатов: На СП-42 оказались люди творческие, с художественными способностями. Получил рисунки - свой портрет и пейзаж, мозаичную картину, эмблему Арктического и антарктического научно-исследовательского института, вырезанную из фанеры.
А вообще подарки наши полярники делают самые разные. Например, на 8 марта мужчины преподносили нашим стойким полярницам цветы - кованные собственноручно из металла. И еще розы, вырезанные на ледяной пластинке.
Жизнь на дрейфующей льдинеАлександр Юрьевич, как вообще полярники в дрейфе праздники отмечали?
Александр Ипатов: Весело с фантазией. Кстати, спасибо "РГ" за передачу на льдину пасхальных украшений. Все порадовались, независимо от духовных предпочтений.
На Масленицу жгли чучело. Дни рождения - тоже всегда праздновали. По традиции, установленной еще на СП-41, в программе обязательно были свежеиспеченные торты.
Новый год прошел весело и волшебно. Ребята организовали раздачу подарков с конкурсами. Подарки дарили от "тайного Санты": до праздника тянули жребий, кто кому делает, затем сложили презенты в мешок, и наш Дед Мороз (в миру океанолог Николай Никольский) с двумя Снегурочками их раздавал, предварительно вытягивая бумажки с заданиями для одариваемых. Праздник продолжался до утра, что, впрочем, не помешало 1 января работать днем и вечером.
Знаю, на дрейфующих с выходными проблема: в любой день могут быть срочные работы на льду, а метеорологам - так и вовсе данные нужно передавать несколько раз в сутки. И все-таки, что в свободное от работы время делали?
Александр Ипатов: Играли на льдине в футбол (тоже традиция с СП-41). Еще сделали отличную горку для катания (это уже ноу-хау СП-42).
На борту "Северного полюса" (СП-42 и СП-41 - станции нового формата, экспедиции проходят при поддержке специального судна, которое вмерзается в дрейфующую льдину - прим. "РГ") есть и спортзал, и сауна с купелью, заполняемой водой из Северного Ледовитого океана.
В ангаре, где помещается тяжелое исследовательское оборудование, организовали стол для настольного тенниса. Фильмы смотрели - и у себя в каюте, и все вместе - в конференц-зале (тоже традиция с СП-41). Руководитель группы геофизиков и страстный радиолюбитель Олег Стрибный проводил радиопередачи "СП-42", участниками его эфиров были почти все члены экспедиции (аналогичные были на СП-41). Огромной популярностью пользовались настольные игры, о которых мы в обычной жизни почему-то и не помним. И самые большие баталии случались на местной игре - аналоге "ходилок", но на арктический лад.
Талисман брали на СП-42?
Александр Ипатов: Не талисман как таковой, а советского образца кожаную куртку летчика. Такие и полярникам раньше на станциях выдавали. Она и удобная, и теплая. Выручала когда-то.
Если на традиционных дрейфующих станциях начальники обычно сменялись, проработав примерно год, то и вы, и Кирилл Фильчук на СП-41 - были бессменными начальниками. Почему?
Александр Ипатов: Считал, что раз я в экспедиции с самого начала, отвечаю за нее, то должен и ее закончить. А то как получится? Начальник уедет, а кто-то из полярников останется и дальше дрейфовать, нехорошо. К тому же станции нового формата - все равно не работают по несколько лет. Запас топлива на "Северном полюсе" рассчитан на два года.
Признайтесь: сложно было руководить замкнутым коллективом на верхушке планеты, были ли конфликты?
Александр Ипатов: Без конфликтов - это нереально. Главное - все вовремя заметить и решить вопрос, чтобы проблема не обострялась.
У нас, кстати, каких-то конфликтных ситуаций практически и не возникало. И молодежь не подвела, все работали на совесть, хотя многие были в столь дальней и долгой экспедиции впервые в жизни.
А вообще - всем нам понадобилось мужество и сила воли. Отдаленность от материка, северный климат, невозможность помочь родным, оставшимся на берегу и оказавшимся в очень сложных ситуациях.
К счастью, на СП-42 обошлись без глобальных проблем со здоровьем полярников, требующих экстренной эвакуации. Хотя - много нервов потребовалось, когда врач предположил у одного из полярников серьезный диагноз, который по возвращении домой и прохождения обследования не подтвердился.
Что больше всего запомнилось на СП-42?
Александр Ипатов: Два эпохальных для экспедиции события. Первое - когда во время ротации (сентябрь 2025) к нам подошло НЭС "Академик Трешников" и помогло нам перебазироваться от нашей к тому времени изрядно поколовшейся льдины на другую, находящуюся на расстоянии более 400 километров. Такое случилось впервые за всю почти 90-летнюю историю дрейфующих станций.
Второе - когда под конец экспедиции выходили из зоны тяжелых льдов. К тому времени базовая льдина уже сильно поломалась (процесс естественный), от нее сохранилась небольшая "полянка". Но судно "Северный полюс" оставалось вморожено в льдину. Тем не менее благодаря грамотным действиям команды и помощи атомного ледокола "Арктика", удалось вывести его на чистую воду. Эта операция всему составу экспедиции СП-42 добавила ощущение позитива.
А северное сияние неужели не запомнилось?
Александр Ипатов: Знаете, с борта судна и рядом с ним полярное сияние плохо наблюдать - слишком много света. А вот самое редкое сияние - в виде замыкающегося кольца - я видел не на севере, а под Петербургом. Так что совсем не обязательно ехать за авророй в дальние края.