Однако встречались среди наших кинозвезд и такие, что запоминались не сами по себе, а только в тесной связке с одним-двумя фильмами, в которых они сверкнули и ушли в небытие. Назови зрителю имя Сергея Дрейдена, что ему придет в голову? Разве что корчмарь Янкель из "Тараса Бульбы" с Богданом Ступкой или одержимый инженер из "Сумасшедшей помощи" Бориса Хлебникова, но это скорее задачка для киноманов.
Зато при упоминании "Окна в Париж" (1993), многие тут же вспомнят шикарнейший ансамбль персонажей во главе с учителем музыки Николаем Чижовым - это как раз и был Дрейден, которому 14 сентября 2026 года исполнилось бы 85 лет. Увы, в мае 2023 года Сергея Симоновича не стало, но картина "Окно в Париж" с его участием оказалась настоящим символом эпохи и осталась с нами, смеем утверждать, навсегда. Давайте разберемся, почему.
Похоже, да не то же
Есть немало фильмов, смотреть которые человек, любящий Родину, может только по принуждению либо из энтомологического интереса. Среди российских это, в основном, ленты о Великой Отечественной, в которых Советский Союз немцев трупами завалил и все равно победил лишь потому, что придумал заградотряды. Среди импортных это кино, которое принято называть клюквой: с "водкой, медведями и балалайкой".
Роднит их одна черта: они убеждают нас, что Россия испокон веков жила в грязи, насилии и лени, а наша власть всегда продажна, воровата и состоит сплошь из садистов. При этом подобные фильмы зачастую утверждают, что на Западе, экзистенциальном антагонисте России, такого не бывает, потому что там настоящая демократия и культура.
По всем внешним признакам "Окно в Париж" относится именно к таким произведениям: в России грязь и разруха, пьянство и вандализм, а государственные органы тупы и продажны. В противовес им в Париже "благорастворение воздухов": чистота и порядок, благородная музыка и вежливые люди. Не зря режиссеру фильма Юрию Мамину несколько месяцев назад присвоили статус иноагента - за 33 года с момента выхода "Окна" дошел "до нужной кондиции".
Смех сквозь слезы
И все-таки "Окно в Париж" не вызывает ни малейшего отторжения даже сейчас, когда от разрухи 1990-х в России не осталось и следа. Прошли десятилетия, а столкновения культурной француженки с постсоветским бытовым ужасом все также смешны: говорят, Аньес Сораль боялась плохо сыграть сцену паники в настоящем общественном туалете, но когда зашла в него, проблема отпала сама собой.
Равно как и наоборот - смешон до колик выход постсоветского "быдла" в культурный Париж. Скажем, рекламное избиение битой "самого крепкого пианино в мире фабрики "Красный Октябрь", и последующее на нем исполнение вальса вполне тянет на участие в Cannes Lions International Festival of Creativity.
Кстати, кто вдруг не в курсе: "Окно в Париж" - фильм о том, как в обычной густонаселенной коммуналке уже не Ленинграда, а Петербурга открылся настоящий портал в Париж. Несколько человек, среди которых тот самый учитель музыки в исполнении Дрейдена, его "быдло-соседи" - семья работяг Гороховых и их друзья, получают возможность сравнить свою неустроенную жизнь с богатой и культурной Францией. И после некоторых приключений герои делают из этого совершенно правильные, на наш взгляд, выводы: видимо, гораздо более молодой Мамин еще не окостенел в своем мировоззрении, и смотрел на жизнь и Россию куда глубже. Хотите убедиться?
А что внутри?
Впечатлилась ли наша "быдло"-семья богатством и красотой Парижа? Еще как: "А что, ребята! Классно отремонтировали: асфальтик, дома - кайф!". Правда, выбравшись в окно-портал ночью, они принимают столицу Франции за неизвестные им улицы Питера: "Если б не телебашня, ей-богу не узнал бы своего района". Хотя разницу эти персонажи отмечают даже в сильно нетрезвом виде, но узнав, что побывали в настоящем Париже, вовсе не ломятся туда эмигрировать. Наоборот - семья Гороховых тащит "все в дом, все в дом". Т.е. они, несмотря на всю окружающую грязь и якобы полное отсутствие культуры, явно и совершенно искренне любят родной дом, а Францией только пользуются при выпавшем случае.
Другое "быдло", друзья Гороховых, много дней подряд таскаются по Парижу в поисках выхода домой. Даже найдя вполне состоятельных покровителей и получив возможность жить на широкую ногу, люди мечтают о возвращении на пусть грязную и неустроенную, но Родину. Потом фильм заглядывает к тем же Гороховым в душу поглубже, и находит в ней настоящую, человеческую культуру. Без бытовой при желании прожить можно, а вот без человеческой - нет. Например, заболевшую француженку, которая только что была врагом номер один, Гороховы принимаются хором лечить, окружая заботой. А короткая беседа с бывшей интеллигентной хозяйкой комнаты с окном-порталом? Старушка, которую раньше Гороховы считали умершей, как нельзя лучше выдает разницу во взглядах "быдла" и "интеллигенции":
- Не стыдно тебе, Мария? Как очередь занять, так Гороховы, как неотложку вызвать - Гороховы, а Париж - во?!
- Только вас в Париже и не хватало - не все еще загадили. Только одну шестую часть света.
"Интеллигенция - не мозг нации" / В. И. Ленин
Кстати, об интеллигенции. Учитель музыки Чижов, поняв, что окно может закрыться, вытаскивает на парижскую часть крыши палатку: он готов бросить все, лишь бы остаться в благословенной Франции. Тут-то режиссер и показывает для начала, что туризм не равно эмиграция, закидывая безработного российского нелегала к французским бомжам. Герой мгновенно осознает: если денег нет, лично для тебя Франция ничем от России отличаться не будет.
Следующую ступень просветления Чижову помогает преодолеть другой эмигрант, блестяще исполненный Андреем Ургантом. Находясь в Париже, он вроде бы совершенно искренне говорит:
- Возьми у меня Францию, Австралию, тачку-шмачку - все возьми! Только верни мой Невский, мой Финляндский, мою площадь Ленина, мою коммуналку! Только вот сейчас, немедленно!
Однако, получив Петербург через полчаса, эмигрант вопит от ужаса и умоляет вернуть его в Париж. Что и помогает главному герою окончательно понять, кто ему роднее - "быдло"-работяги или такой вот лицемерный патриотизм. "Добивают" же учителя французские музыканты, которые ради большего дохода предлагают ему играть в оркестре без штанов, для развратной французской элиты. После этого глубоко возмущенный Чижов готов во главе с малолетней бандой даже захватить самолет, лишь бы вернуться на Родину.
Лечить, а не бежать
Вот! Вот та разница между этим на первый взгляд клюквенным фильмом и десятками поделий, где русская грязь остается только грязью и ничем более. Здесь грязь - преходящая болезнь, а не суть Родины. И Европа - только формальный образец, который помогает эту болезнь диагностировать. Мы бы даже рискнули сравнить взгляд героев со взглядами отца Петербурга (может поэтому фильм и начинается на Неве): Петр Первый приложил колоссальные усилия не для того, чтобы Россия стала Европой. Нет! Европа для него - лишь форма, которой можно и нужно подражать, но наполнить ее надо собственным содержанием. В котором нет западного лицемерия и его двойных стандартов, но где есть бескорыстная взаимопомощь и есть смирение перед бытовыми недостатками, если они для всех едины.
Итог подводит и сам прозревший учитель для своих учеников, которые пожелали остаться в Париже: "Вы правы, вы родились в неудачное время, в несчастной и разоренной стране. Но это же ваша страна! Неужели вы не можете сделать ее лучше? Ведь многое зависит от вас!". Скажите честно, разве этот посыл может устареть? Тяжелые времена случаются - такая уж судьба у нашей страны, но никогда они не должны становиться поводом сбежать подальше. Кому приближать времена хорошие, как не нам самим?