"Восточная Москва"
Этот город в Маньчжурии на севере Китая был основан в самом конце XIX века при строительстве российским правительством Китайско-восточной железной дороги (КВЖД). После революции 1917 года и гражданской войны Харбин, где русские составляли значительную часть населения, стал центром российской эмиграции на Дальнем Востоке.
Несколько десятилетий в городе, который тогда даже называли "Восточной Москвой", сохранялся уклад жизни прежней дореволюционной России. Во многом жизнь Харбина определяла железная дорога, которая находилась в совместном управлении с китайскими властями.
"В городе работали русские вузы и гимназии, выходили газеты и журналы на русском языке, - рассказывает Маргарита Николаевна. - Здесь было построено более двадцати православных храмов. Первоначальный генплан города, спроектированный инженером Адамом Шидловским, оказался так удачен, что Харбин до сих пор развивается во многом в соответствии с ним. Сейчас в Харбине около 10 миллионов населения, а в соседнем Владивостоке, который основан на 40 лет раньше, к сожалению, меньше семисот тысяч жителей".
Остановитесь у Калашниковых
Далеко не все харбинцы были из семей участников белогвардейского движения. Напротив, многие переехали в Маньчжурию еще до революции. Кроме того, здесь жили многочисленные советские служащие, работавшие на КВЖД. Среди жителей Харбина оказалось немало людей, которые хотели служить своей стране и стремились вернуться на историческую родину, в Советский Союз. Однако они недооценивали глубины прошедших там изменений. Судьбы большинства возвращенцев старшего поколения сложились трагически.
Как рассказывал автору статьи саратовский священник Евгений Ланский, родившийся в Харбине, с теми харбинцами, кто уезжал в Россию, была договоренность: если там встретят плохо, они в письме напишут условную фразу: "остановитесь у Калашниковых". Хотя письма с таким предупреждением приходили, его родители все равно решили ехать.
Семья Ланских вернулась в СССР в роковом 1937 году. Отец, вспоминал Евгений Степанович, пошел в еще сохранившуюся тогда в городе Каменец-Подольске, где они обосновались, церковь и предложил свои услуги в качестве регента хора. Через полгода его арестовали, из сталинских застенков он уже не вернулся. Вслед за ним забрали мать, а юного Женю и его младшую сестру Галю отдали в детский дом.
Сходной оказалась и судьба семьи Поляковых, которая из Харбина приехала в Ртищево Саратовской области. Сначала в октябре 1936 года (по статье о шпионаже в пользу иностранной державы) арестовали главу семьи, потом его жену, их маленькая дочь Рита осталась с бабушкой.
Маргарита Викторовна своего отца дождалась. После двадцати с лишним лет лагерей и ссылки в 1958 году состарившийся и больной Виктор Дмитриевич Поляков вернулся к дочери и жене в Саратов.
Завещание отца
То, что не удалось старшему поколению харбинцев на родине, во многом выполнили их дети. Маргарита Викторовна Норицина (Полякова) стала известным ученым, доктором химических наук, создателем нового научного направления в химии пирролидина.
Известная в Саратове сотрудница областного архива Ольга Пудовочкина тоже родилась в Харбине в 1934 году. Совсем маленькой девочкой отец привез ее в советскую Россию. Саратовские историки и краеведы вспоминают о ней с большим уважением и любовью. Как рассказывают в епархии, именно благодаря работе Ольги Константиновны было восстановлено несколько саратовских православных храмов, она нашла документы, подтверждающие принадлежность этих зданий именно церкви, а работая в комиссии по канонизации, установила многие факты биографий репрессированных священнослужителей.
Евгений Ланский, прежде чем стать священником, был секретарем архиепископа Саратовского и Волгоградского Пимена. Еще с юности в Харбине, с обучения в лицее Святого Николая, он хорошо знал английский язык и вел переписку владыки с королевой Елизаветой и герцогом Эдинбургским, с которыми саратовский архиерей был в дальних родственных отношениях.
Много лет затем отец Евгений служил священником в Свято-Троицком соборе Саратова.
Лазарю Васильевичу Новокрещенных вернуться в Россию завещал отец, забайкальский казак. В 1955 году молодой человек вместе с женой переехал из Харбина в СССР. Пройдя немало испытаний, он нашел свое предназначение - стал священником.
"Выросший в эмиграции и вернувшийся в Россию, человек невероятной доброты, настоящий пастырь добрый, протоиерей отец Лазарь очень много делал для людей. Знакомство с ним в моей жизни стало как свет от маяка, - говорит Маргарита Шашкина. - В Харбине мне показали Иверскую церковь, где Лазарь Васильевич венчался со своей женой. Здание сохранилось, на куполах кресты, но службы там не ведутся. Во всем 10-миллионном Харбине из 26 построенных когда-то православных храмов в наши дни действует лишь одна церковь по воскресеньям - Покровская. Но самым величественным остается огромный собор Святой Софии на одной из центральных площадей. Сейчас там концертный зал".
Доктор из Японии
Бывшие русские харбинцы, которые разъехались по всему свету, всегда вспоминали с любовью город своего детства и юности. Знаменитый медик, руководитель клиники в Японии Евгений Аксенов много лет организовывал встречи выпускников харбинского лицея Святого Николая, который он окончил. Врач был известен не только тем, что лечил многих знаменитостей - от президентов до поп-звезд, но и тем, что многим соотечественникам оказывал помощь бесплатно. В России, по словам знакомых, Аксенов побывал около полусотни раз. Приезжал он и в Саратов к своим однокашникам по лицею. Тогда Евгений Николаевич горячо поддержал идею строительства в городе храма в честь православного святителя Японии Николая.
Храм Николая Японского в Саратове был построен уже после ухода из жизни доктора Аксенова, в середине прошлого десятилетия в микрорайоне Техстекло.
Между тем
Лекция о харбинцах в Саратове прошла в рамках проекта "Волонтерские терки" культурного центра "Дом Гектора Баракки". "Такой формат мы придумали для привлечения хороших людей, волонтеров", - объясняет руководитель центра Игорь Сорокин.
Аварийную пристройку к дому художника решили при демонтаже не вывозить на свалку, а, по выражению Сорокина, "перетереть в искусство". Строительный мусор стараниями добровольцев превращают в красители: кирпич - в охру, сажу из печей - в черную краску, побелку - в белила, из деревянных досок льют бумагу. Работа предстоит огромная, но энтузиастов это не пугает. А чтобы работалось веселее, каждый "субботник" сопровождается лекцией.