Новости

04.04.2006 03:35
Рубрика: Общество

На прививку, третий класс!

Экономист Евгений Гонтмахер прописывает "лекарства" современной школе

Цель вроде бы ясна, а вот смогут ли наши школы и вузы измениться кардинально с помощью предложенных в национальном проекте мероприятий? Об этом корреспондент "РГ" беседует с научным руководителем Центра социальных исследований и инноваций Евгением Гонтмахером.

Повторение пройденного не всегда хорошо

Российская газета | Чтобы "вылечить" наше образование, избрана тактика восточной медицины: намечены "больные места", куда будут вставлять "иголки". Расчет на то, что выздоровеет весь организм...

Евгений Гонтмахер | Достаточно точный образ. Однако у меня есть несколько замечаний. Во-первых, эти самые "больные места" уже не раз пытались врачевать. То, что предложено в сфере образования, за редким исключением, - продолжение программ, которые и раньше финансировались за счет бюджета всех уровней. Ну, например: уже есть специальная программа информатизации образования. Или Федеральная программа развития образования, следуя которой предполагается закупать оборудование для школ дотационных районов. Не грех вспомнить и министерскую программу "Школьный автобус".

РГ | То есть вы считаете, что в российском образовании есть гораздо более проблемные места?

Гонтмахер | Хорошо, что политический импульс пошел сверху. Вот только нужно им воспользоваться с умом. Выбранная правительством акупунктурная терапия хороша, но к "больным местам" только поднесли руку и погладили их, но укола не сделали. Нельзя сказать, что деньги, выделенные на нацпроекты, это деньги на ветер. Однако национальный проект "Образование" - наименее финансируемый из четырех. Вы хорошо знаете: чтобы количество перешло в качество, нужно достигнуть критической массы преобразований. А проект в основном перелицован из того, что уже предлагалось делать. Для реального сдвига мероприятия проекта должны финансироваться в намного большем объеме.

РГ | Однако через национальный проект мы, по мысли его авторов, вступим в длительную полосу реформирования...

Гонтмахер | Но механизма развития в самом проекте не просматривается. Судите сами: президент озвучил национальные приоритеты осенью. Потом пошла работа по шлифовке, доработке, укладыванию в бюджет 2006 года. Уже весна, а значит, пошел бюджетный процесс следующего года. К маю минфин практически сверстает бюджет следующего года. Я боюсь, что минобрнауки позволят просто скопировать то, что было запланировано на 2006 год. Без всякого развития, без увеличения финансирования. И главное, нет связи между проектом и настоящей реформой образования.

Будешь отличником - пойдешь в ПТУ

РГ | На примере можете объяснить?

Гонтмахер | Возьмем подушевое финансирование. Это тот рычаг, который позволит что-то изменить в системе, сделать настоящий рывок. Но в проекте о нем ни слова. Или образовательные стандарты. И еще. Такое впечатление, что он составлен в расчете на некие абстрактные регионы. Хорошо бы адаптировать проект к местным условиям. Ведь одно дело, система образования Таймырского автономного округа, а другое - Краснодарского края. Подходить к ним с одной планкой неправильно. Иначе может получиться, что большинство грантов на развитие вузов и школ окажется в продвинутых регионах.

РГ | Что, с вашей точки зрения, нужно менять в нашем образовании в первую очередь?

Гонтмахер | К примеру, мы остались сильны в инженерных специальностях, медицине, физике. Но наши университеты не дают современного уровня образования по современным общественным наукам. Негде получить толковое бизнес-образование. И отзвук этой проблемы в нацпроекте есть: будут строить две современные бизнес-школы, откроют два национальных университета. Что это даст экономике огромной России? Нам нужны не две, а двадцать, тридцать, а может, пятьдесят бизнес-школ. Чтобы во всех крупных городах молодежь могла получать современное образование.

Или начальное и среднее специальное образование. Уже не первый год на рынке труда огромная неудовлетворенная потребность в квалифицированных рабочих и техниках. Но недавно техникумы и ПТУ были переданы на региональную ответственность, что еще более ухудшило ситуацию. Нацпроект затрагивает эту проблему лишь краешком, предлагая давать начальное и среднее профобразование в армии. Однако совсем забыли, например, о женской части молодежи! Где будут учиться девушки, не прошедшие по конкурсу в институт?

РГ | Давайте пройдемся по самым "раскрученным" пунктам нацпроекта. Что вы думаете о системе грантовой стимуляции?

Гонтмахер | Особенно поддерживаю гранты вузам, которые занимаются инновационной деятельностью. Кстати, это наиболее дорогостоящее мероприятие: на 10 вузов в 2006 году выделено пять миллиардов рублей. Ведь наше высшее образование много теряет от того, что обучение и научная деятельность в вузах разделены. Отечественный студент, как правило, только зубрит лекции, а в лучшем случае готовится к семинарам, используя рекомендованную ему литературу. Но современность требует от него участия в исследовательских проектах. Тогда он с младых ногтей будет понимать свою специализацию, получит навыки добычи информации и научной работы.

Гений с последней парты

РГ | Критерии присуждения грантов вызывают много вопросов. Получается, что на грант может рассчитывать только то учебное заведение, которое уже в чем-то отличилось. К примеру, авторские школы или те, где есть компьютерный класс. Другим, старайся не старайся, уже в "люди не выбиться"?

Гонтмахер | Да, есть опасность создать еще больший разрыв между успешными и неуспешными учебными заведениями. Здесь можно идти двумя путями: помогать передовикам или подтягивать отстающих. Какой из них правильный? Однозначно ответить сложно. Нужно разбираться в каждом конкретном случае. Возьмем провинциальные университеты. Я считаю, что к их оценке нужно подходить так, как хороший педагог ставит отметки. Не исходя из абстрактных требований учебника, а оценивая личный успех ученика. Хорошей оценкой троечника можно стимулировать к дальнейшей учебе. Ну а если человеку постоянно говорить, что он отстающий, то он действительно останется на второй год, отстанет навсегда. Будет сложно не пропустить росточки инновативности где-нибудь в провинциальном университете, которые, конечно, ни в какое сравнение не идут с тем, что происходит в Бауманке или Физтехе.

РГ | По национальному проекту "Образование" 2500 победителей олимпиад и конкурсов получат именные гранты по 60 тысяч рублей...

Гонтмахер | Это начинание можно только приветствовать, тем более что программа "Одаренные дети" в стране уже действует. Однако хочется спросить: нацпроект касается всех детей или только исключительно здоровых и способных? А есть ли в нем место, к примеру, детям-инвалидам, которых у нас в стране миллион? А воспитанникам детских домов и интернатов? Снова кого-то заведомо более удачливого выделяем из общей массы, а у кого-то даже шанса получить поддержку нет. Между тем уровень образования страны оценивается не только по успеху элитных школ и результатам олимпиад.

Диагноз: возрастной тромб

РГ | "Возрастной тромб" - так называют многие демографическую ситуацию в российских школах. Гранты способны привлечь в школу "молодую кровь"?

Гонтмахер | Учителя действительно в основной массе - люди пенсионного и предпенсионного возраста. Молодых мало. И грантами лучшим учителям (одна премия - на три школы!) положение вряд ли исправишь.

И еще. Представьте себе полунищий школьный коллектив. И вдруг на кого-то падает сто тысяч. Давайте реально смотреть на вещи: это будет источником многочисленных конфликтов и напряжения в коллективах. Любая оплошность, ошибка или даже шероховатость в преподавании лауреата станет поводом к злой критике. Не буду голословным: мне известны случаи, когда попавшие в атмосферу остракизма преподаватели уже готовы уйти из школы. Более того, есть и просто анекдотические ситуации: молодой учитель, получивший грант сто тысяч рублей, а это в провинции неплохие деньги, собирается бросить профессию и заняться малым бизнесом.

РГ | Что же тогда, по-вашему, делать?

Гонтмахер | Гранты не могут остаться лишь разовым поощрением. Количество награжденных с каждым годом должно увеличиваться. Пусть сумма будет меньшая. Но через несколько лет эти гранты должны стать частью заработной платы значительной части учителей. Тогда будет стимул приходить в школу молодым, толковым. Кстати, очень жаль, что в нацпроекте не поставлен вопрос изменения системы оплаты труда. А от него впрямую зависит судьба реформы образования. Ведь школа и вуз - это прежде всего преподаватели. Вы можете напичкать учебное заведение техникой, но если не будет специалистов, с нее останется только пыль стирать.

Кстати

"Общественное мнение" провел опрос более двух тысяч респондентов на тему национального проекта "Образование". Оказалось, что положение дел в школах устраивает 37% респондентов, 10% оценивают ситуацию как хорошую, 36% - как плохую. При этом о ходе национальной программы осведомлены 56% опрошенных, еще 28% "что-то слышали" об этом, 11% впервые узнали о нем из вопросов, при этом в эту группу входят 45% работников образования. 3% опрошенных слышали только положительные отзывы о проекте, 4% - исключительно отрицательные. Однако, как показали дальнейшие вопросы, большая часть реформ, которые респонденты отнесли к национальной программе, в действительности не имеют к ней никакого отношения. В частности, чиновникам приписали идею коммерциализации образования и изменения в учебных программах. Стоит отметить, что только 2-3% опрошенных реально в курсе нововведений, предусмотренных программой "Образование".

Общество Образование Власть Работа власти Внутренняя политика Национальный проект "Образование" Реформа образования