Новости

13.03.2008 00:00
Рубрика: В мире

"Синий платочек" семьи Свойских

- Корни нашей фамилии - Свойских - из белорусского местечка Лиозно, что в сорока километрах от Витебска, - поделился с корреспондентом "СОЮЗа" Михаил Свойский, председатель добровольного объединения преподавателей-репатриантов "Равенство в мире просвещения".

Его отец, Исаак Михайлович, участник Великой Отечественной войны, сберег фотографию, которую в 1942 году подарила ему приезжавшая в составе фронтовой концертной бригады на Ленинградский фронт Клавдия Ивановна Шульженко, непревзойденная исполнительница "Синего платочка". Исаак Михайлович Свойский умер в феврале 1964 года, и эта фотография, по сути реликвия, как эстафета вечной памяти перешла на хранение к его сыну. Сегодня фотография Клавдии Шульженко с дарственной надписью певицы хранится в доме Михаила Свойского в израильском городе Ришон Ле-Ционе.

Михаил переехал в Израиль с семьей из Петербурга шестнадцать лет тому назад. Конечно, совсем не просто в сорок четыре года начинать жизнь едва ли не с чистого листа. Но тогда ему, выпускнику Ленинградского института культуры, казалось, что преподаватели музыки нужны везде, а потому поиски работы надолго не затянутся.

Четыре года ушло у Михаила не только на овладение ивритом, но и на подтверждение диплома. Потом, правда, стало полегче. В трех школах Ришон Ле-Циона и Тель-Авива он со временем получил полную ставку. В еврейском государстве в школах в самом деле учителей музыки не хватает. Этот факт поначалу казался необъяснимым парадоксом, если учесть наплыв музыкантов на Землю обетованную на рубеже 80 - 90-х годов прошлого века. Тогда в Израиль из СССР-СНГ прибыли десятки тысяч музыкантов.

Реальность жизни в новой стране оказалась весьма суровой. Оказалось, музыкантов - как исполнителей, так и дипломированных педагогов - никаким калачом в израильские школы не заманишь. И причины в данном случае очевидны. Во-первых, среди здешних школьников "паинек" днем с огнем не сыскать, внимания и тишины на уроках достигнуть трудно. Что же касается таких предметов, как музыка и физкультура, к слову говоря, именуемые здесь "спортом", то местные, по-южному темпераментные дети именно на этих уроках "отрываются" по полной программе. Во-вторых, из-за юридического крючкотворства опытные учителя, репатриировавшиеся в Израиль и здесь вступившие на ниву педагогики, в большинстве случаев не успевают выработать так называемый полный пенсионный стаж и после ухода на заслуженный отдых получают скромные пенсии.

О перипетиях учительской жизни в Израиле педагогов, прибывших с просторов бывшего СССР, и началась наша беседа с Михаилом Свойским.

- Судя по названию вашего объединения, равенства в "мире просвещения" на Святой земле нет?

- К сожалению, вы правы. И неравенство прежде всего касается пенсионного права. Дело в том, что, согласно израильским законам, мужчины выходят на пенсию в 67 лет, а женщины в большинстве случаев - в 62 года. Из шести тысяч педагогов- репатриантов почти треть прибыла в страну в возрасте после 40 лет. А для получения полной пенсии необходимо выработать 35-летний стаж. Прошу заметить, что для пенсии засчитывается только стаж работы в Израиле. Хотя зарплата педагога-репатрианта начисляется с учетом лет, отработанных и до приезда на "историческую родину".

- Если я вас правильно понял, Михаил, то неравенство между учителями-репатриантами касается только пенсии?

- В том-то и нелепица - в зарплатах мы равны с сабрами, то есть с уроженцами страны, ибо стаж работы на "доисторической родине" в этом случае нам засчитывается. Позволю привести в пример себя. Мне 59 лет, а мой израильский трудовой стаж равен всего 11 годам. Чтобы получить полную пенсию, я обязан учительствовать до 83 лет. Если бы мне зачли четверть века учительской работы в России, то еще в прошлом году я мог бы уйти на заслуженный отдых "по выслуге лет" и получать 75 процентов положенной мне пенсии. По достижении пенсионного возраста на мой счет перечислялась бы вся пенсия.

- Позвольте, но пенсионерам, переселяющимся в Израиль, израильские пенсии оформляются прямо в аэропорту.

- Не совсем так. В аэропорту репатрианты получают израильские удостоверения личности. Иными словами, они становятся гражданами Израиля. Прибывшим пенсионерам оформляются пособие на жизнь и ежемесячные отчисления на квартиру. Большинство новоиспеченных израильских пенсионеров неместного "розлива" эти пособия и называют пенсией. На самом же деле, согласно нынешним законам, израильская пенсия может быть оформлена только тем, кто проработал в Израиле не менее десяти лет. В минимальном варианте эта пенсия ненамного превысит пособие, которое получают все пенсионеры. Зато пенсию можно переводить из Израиля в любую страну мира. Пособие же перестанут перечислять, если только его получатель будет отсутствовать в стране более двух месяцев.

- В вашем объединении много выходцев из Беларуси?

- Мы принимаем всех учителей, репатриировавших в Израиль и продолжающих здесь трудиться в качестве педагогов. Конечно, у нас немало и выходцев из Беларуси. Например, Софья Плоткина приехала в Израиль из Полоцка в 1991 году. Вначале ей пришлось убирать квартиры, потом она работала на фабрике. И только после того как Софья успешно окончила специальные курсы при педагогическом институте имени Левинского, ей удалось устроиться учителем музыки в Рамат-Гане - городе, примыкающем к Тель-Авиву.

- Уроки пения в советской школе отличались от уроков музыки в израильской школе?

- В методиках проведения школьных уроков в принципе больше общего, чем различий. В Израиле даже учителя-сабры имеют возможность познакомиться с классическими трудами по педагогике. Например, на иврит еще в конце ХIХ века был переведен ряд работ К. Ушинского. К слову, первым переводчиком этого классика педагогики на древнееврейский язык был знаменитый Саул Черниховский, основатель новой поэзии на иврите. На уроках пения в советских, а теперь, надо полагать, и в школах СНГ основное внимание уделяется именно пению, а в Израиле - не только пению, но и ритмике, танцевальным элементам. Хотя принципиальные цели как уроков пения, так и уроков музыки одни и те же - развить интеллект, повысить культуру и в итоге воспитать любителя музыки. Что же касается непосредственно учителя, то в израильских реалиях педагог более свободен в своем творчестве. По сути ему не возбраняется вносить в предметные программы изменения и даже предлагать свою. Для учителей музыки в стране издается журнал "До-ре-ми". Разумеется, на иврите. Таким образом, ведущие преподаватели могут обмениваться опытом.

- Если учесть, что учитель музыки свободен в выборе тем, то часто ли вы имеете возможность обращаться к творчеству белорусских композиторов?

- Все-таки я представляю учителей музыки, работающих в неспециализированных средних школах. В израильских музыкальных школах, которые здесь называются "консерваториями", и в консерваториях, которые на Земле обетованной именуются "академиями", готовящими профессиональных музыкантов, изучается белорусская композиторская школа Анатолия Богатырёва и его учеников, например Евгения Глебова. С песнями Игоря Лученка или симфонией "Полесские письмена" Андрея Мдивани знакомо немало израильских музыкантов- профессионалов. Но на уроках музыки мы уделяем внимание мировой классике и местным реалиям. Нашим школьникам знакомо и творчество "золотого тенора Израиля" Евгения Шаповалова, уроженца Барановичей. Конечно, большинство моих учеников знают и о фестивале "Славянский базар", проходящем в Витебске. Израильские учителя музыки не могут не рассказать своим ученикам о судьбе Аркадия- Арона Гурова, композиторе и барде, который родился и учился в Минске, отце четверых детей, убитом палестинскими террористами в феврале 2002 года. Гуров прославился своей "Большой сарабандой Терезиенштадта", посвященной памяти музыкантов, пытавшихся творить в "образцовом" немецком концлагере Терезиенштадт.

- Позволю себе вновь вернуться к фотографии, подаренной вашему отцу Клавдией Шульженко. Ваши дети относятся к этому подарку так же трепетно, как и вы?

- Не только дети, но и внуки. Именно мои внуки, не раз слушавшие песни в исполнении Клавдии Ивановны, даже пытались перевести их на иврит.

- Но "Синий платочек", который на иврите звучит как "тхоль-амитпахат", отлично исполняет Амнон Берензон.

- Пусть мои внуки составят ему конкуренцию (смеется). А если серьезно, то фотография Клавдии Ивановны Шульженко с дарственной надписью моему отцу, подаренная ему на фронте, как эстафета будет передаваться от одного поколения Свойских к другому.

В мире Ближний Восток Израиль