Новости

10.05.2012 00:10
Рубрика: Культура

Под звуки дождя и Шостаковича

В Москве завершился одиннадцатый Пасхальный фестиваль

Московский Пасхальный фестиваль верен своим ритуалам: совершив традиционный музбросок по российским регионам, в День Победы оркестр Мариинки с Валерием Гергиевым возвращается в российскую столицу и дает общедоступный концерт open-air на Поклонной горе, а вечером финиширует симфонической программой в концертном зале.

В одиннадцатый раз Москва встречала 9 Мая под Большой пасхальный звон, развернувшийся в полдень в храме Христа Спасителя, под музыку Рахманинова, Чайковского и Шостаковича. И несмотря на экстремальные для хрупких музыкальных инструментов метеоусловия - почти не прекращавшийся дождь, на Поклонной горе в День Победы героически звучал рояль - Денис Мацуев исполнил с оркестром Мариинки Второй концерт Рахманинова. А в Большом зале консерватории прозвучала "Ленинградская" симфония Шостаковича.

В духе Гергиева финал Пасхального оказался выстроенным с парадоксальным оттенком: 8 мая в Большом зале исполнялась "Валькирия" Вагнера, когда-то ставшая с "руки" Фуртвенглера музыкальной иконой Третьего рейха - с ее знаменитым "Полетом валькирий", а 9 мая - "Ленинградская" Шостаковича - симфония-миф, не просто музыкальная партитура, а часть реальной хроники Отечественной войны, музыка жизни и Апокалипсиса, пережитого человечеством в ХХ веке. Именно так и трактует Гергиев этот текст, не случайно завязав его в "узел" с вагнеровской "Валькирией", сверкающая чистота мифа которой была в ХХ веке разрушена той же деструктивной силой. К сожалению, Брунгильду на Пасхальном фестивале не удалось услышать в заявленном исполнении Нины Штемме (Швеция), недавно исполнявшей эту партию в Концертном зале Мариинки. Зато Евгений Никитин в партии Вотана продемонстрировал мрачный накал непреклонного бога, который наказывает свою дочь Брунгильду за неповиновение. Удивительно, но голос Никитина не дрогнул даже в самых психологически тонких моментах, когда Вотан прощается с любимой валькирией, смотрит глазами, полными муки, как вокруг Брунгильды разгорается огонь, сквозь который суждено пройти только Зигфриду. Эту игру огня, переливы какого-то ликующего звука передает оркестр, до финала также удерживавший жесткий тяжеловесный саунд. Надо заметить, что III акт "Валькирии" звучал на Пасхальном фестивале в 2006 году. Тогда Вотана исполнял Брин Терфель, и страдание его Вотана, раздираемого страшной для бога рефлексией, сталкивавшей любовь и ярость, давало больше музыкальных нюансировок этой сложнейшей чувственно-философской вагнеровской эпопее. Нынешняя "Валькирия", к слову, вписывается в масштабный проект, осуществляемый Гергиевым в преддверии 200-летия Вагнера (в 2013 году): на лейбле "Мариинский" готовится запись всего "Кольца Нибелунгов".

Оперная часть программы Пасхального фестиваля на протяжении всех сезонов остается одной из самых артикулируемых: в этом году в Киеве 7 мая показали раритетную постановку Леонида Баратова - "Хованщину" Мусоргского, сохраняющуюся в репертуаре Мариинки уже 60 лет. По словам очевидцев, спектакль произвел фурор на киевскую публику - не только своими масштабами (триста артистов Мариинки, живая лошадь, живописные декорации с теремами, хоромами, "тряпичным" огнем), но и коронным составом солистов - Марфу пела Ольга Бородина, Андрея Хованского - Владимир Галузин. Играли спектакль в Киеве, слетевшись из разных точек: солисты и хор - из Петербурга, оркестр - из Мюнхена, где во время Пасхального фестиваля Симфонический оркестр Мариинки вместе с оркестром Мюнхенской филармонии участвует в проекте "Шостакович Гергиева", сам Гергиев - из Москвы, где присутствовал на инаугурации президента.

В Москве же незамеченным не могло пройти выступление знаменитого итальянского баса Феруччо Фурланетто в партии Дон Кихота в концертном исполнении одноименной оперы Массне. Написанная в свое время специально для Шаляпина, эта партия стала "крепким орешком" для басов, поскольку требует не столько вокального блеска, сколько "породы" голоса, благородного артистизма, способности превратить декламацию в "гимн" красоте человеческой души. А это в искусстве самое сложное. Почти чудо, которое и показал московской публике Феруччо Фурланетто. В следующем сезоне он должен выйти в партии Дон Кихота в премьерном спектакле Мариинки. А сами мариинцы готовятся уже к новой премьере - "Борис Годунов" Мусоргского в постановке Грэма Вика, которым 25 мая откроется фестиваль "Звезды Белых ночей".

Культура Музыка Классика Московский Пасхальный фестиваль Классика с Ириной Муравьевой