Притча о добродетели и зле

Казанский режиссер создает картину о великой княгине Елизавете Федоровне, простившей убийц мужа
В столице Татарстана начинаются съемки документального фильма о великой княгине Елизавете Федоровне Романовой, судьба которой была тесно переплетена с городом.
Елизавета Федоровна была одной из красивейших женщин своего времени. Съемка 1900 года. Фото: РИА Новости
Елизавета Федоровна была одной из красивейших женщин своего времени. Съемка 1900 года. Фото: РИА Новости

Корреспондент "РГ" пообщался с режиссером Алексеем Барыкиным и узнал, кто из российских звезд снимется в картине и что поразило автора в истории святой преподобномученицы.

С чего все началось?

Алексей Барыкин: Этот проект мы уже несколько лет обсуждали с Андреем Колмаковым - меценатом, который финансирует съемки. На его средства создавалась и наша предыдущая картина "Заступница" о Казанской иконе Божьей Матери.

Подумали, хорошо было бы снять фильм о Елизавете Федоровне к столетию ее гибели. Она сыграла большую роль в судьбе Казанского Богородицкого монастыря. Там сейчас как раз воссоздается храм, в котором великая княгиня обустроила своими силами подземную часовню (пещерный храм). На том самом месте, где была обретена Казанская икона.

После уничтожения собора на восемьдесят лет была утеряна и часовня. А вообще история Елизаветы Федоровны меня как режиссера привлекала своей драматичностью и символизмом. Великая княгиня, сестра императрицы, красивейшая женщина своего времени, которая простила убийц мужа, отказалась от богатства, посвятила жизнь помощи бедным и была сброшена в шахту большевиками.

Так до революции выглядел Казанский Богородицкий монастырь, где построила подземную часовню великая княгиня. Репродукция картины Э.Турнерелли, начало XIX века. Фото: commons.wikimedia.org

Это история библейского масштаба. Это не просто рассказ о человеке, это притча о добродетели и зле, о судьбах России, это портрет эпохи. А для режиссера - большой вызов и большая ответственность. Когда работаешь над такой темой, чувствуешь, что не зря живешь и не зря творишь.

В годовщину кончины Елизаветы Федоровны мы не единственные, кто снимает о ней кино. Один из актеров, с которым мы изначально договаривались об участии в фильме, это Сергей Безруков. Но в итоге он отказался, поскольку уже снимается в проекте Первого канала, посвященного Елизавете Федоровне.

Не пугает такая конкуренция?

Алексей Барыкин: Нет. Мы же за фильм про Казанскую икону взялись, хотя множество картин об этом снято, в том числе выдающимися режиссерами. Я не исключаю, что наша работа будет интереснее. Не потому, что мы особо гениальные, просто Первый канал снимает форматное кино. У режиссера есть рамки, которые ограничивают творчески. А мы в этом плане свободнее.

Как работали над сценарием?

Алексей Барыкин: Сначала размышляли над концепцией фильма. Можно было снять простую документальную картину, собрать из хроник материал. Мы решили, что будем делать со звездами, все серьезно.

Сценарий я писал больше полугода. Прочитал очень много разных исследований, книг. Причем некоторые не удалось найти в интернете и мне пришлось полностью их переснимать. Много нашел в Алапаевском монастыре, основанном рядом с Напольной школой, где Елизавету Федоровну и других князей держали перед тем, как убить.

Я сидел там и фотографировал на мобильный телефон тысячи страниц, поскольку стараюсь не полагаться на какой-то один источник. В этой истории много сложных моментов, по поводу которых высказываются противоположные мнения.

Первая, с кем вы договорились об участии в фильме, была Илзе Лиепа?

Алексей Барыкин: Да. Меня поразило, что между ними есть что-то общее. Они не то чтобы сильно похожи, но в типажах есть что-то близкое, какие-то особые благородные черты лица. Илзе тоже протестантской традиции, приняла православие и крестилась с именем Елизавета. А потом я узнал, что она серьезно интересовалась личностью Елизаветы Федоровны. Так что это было не случайно.

А других актеров как нашли?

Алексей Барыкин: Вообще съемки таких фильмов - это большая ответственность. Здесь нельзя наврать, внести отсебятину. Но и сделать фильм скучным и формальным тоже не хочется. И вот как все это делать, никто точно не знает. Поэтому артистов к таким фильмам я ищу, полагаясь на волю Божию. Ищу каких-то указаний.

И к выбору Александра Михайлова меня подтолкнуло стечение обстоятельств. Несколько разных людей его называли. А Андрея Мерзликина порекомендовал Николай Бурляев. Мне показался интересным сам его образ, типаж. У нас в фильме несколько рассказчиков. И каждый выполняет свою задачу. Если Михайлов олицетворяет собой царскую православную Россию, то Мерзликин, наоборот, новую, советскую, атеистическую Россию. И он, как мне показалось, интересно контрастирует с Михайловым в этих образах.

Изучали архивные документы?

Алексей Барыкин: У нас были три серьезные экспедиции: Казань, Москва - Марфо-Мариинская обитель и Алапаевск. Там мы прошли по всему "крестному пути" Елизаветы Федоровны. Общались с историками, которые изучают эту тему. В Казани съемки ведутся по благословению митрополита Казанского и Татарстанского Феофана. А наш научный консультант - проректор Казанской духовной семинарии игумен Евфимий.

Я не ожидал, что наша работа вызовет такой резонанс. Люди узнавали, над чем мы работаем, и высказывали свои соображения. Сама Илзе Лиепа очень увлекалась этой темой, она тоже включилась в обсуждение. Компетентно, со знанием фактов.

О чем-то мы спорили. Например, как преподнести тему ее отношения к Распутину. Там была нравственная дилемма. С одной стороны, она простила убийц мужа, но при этом считала, что убийство Распутина оправданно. И из-за этого у нее произошла ссора с сестрой, императрицей Александрой Федоровной.

Или эту тему обойти? Понятно, что есть беспроигрышная версия, как снять картину. Таких фильмов много, где в благообразной форме все это сказано, обойдены все острые углы. Но имеем ли мы право это обходить?

Вы не житие снимаете...

Алексей Барыкин: Да, совершенно верно. Мы делаем историю живого человека. И естественно, что он в чем-то несовершенен. И так ее добродетели настолько очевидны. Хотя не исключено, что тему Распутина я не буду поднимать.

Когда изучали материалы, что вас поразило?

Алексей Барыкин: Было несколько открытий. Само по себе интересно царское окружение, семья великих князей. И впервые я серьезно столкнулся с дискуссией о муже Елизаветы Федоровны, Сергее Александровиче.

С одной стороны, это человек, которого много лет историки представляли исчадием ада. И тут вдруг противоположная точка зрения, что это был святейший человек, который строил храмы и причащался трижды в неделю. И тоже много фактов приводят, это подтверждающих. Он основал Палестинское общество. Столько храмов им было построено на Святой земле!

И опять вопрос: вот как его подать в фильме? Мне кажется, что вторая версия тоже не вполне соответствует действительности, потому что не бывает идеальных людей. Я к нему хорошо отношусь. Прочитав материалы с той и другой стороны, я понял, что это человек, сильно оболганный историей. Но это не означает, что он был идеален.

Очень большое впечатление на меня произвела история останков Алапаевских мучеников. Ее обычно обходят в фильмах. Это такой драматический боевик, с того момента как Колчак их нашел. Об одном этом уже можно целый фильм снять.

Их много раз перезахоранивали, прятали, маскировали под тифозные трупы, очень сложно транспортировали. Отряд красных их пытался отбить в Монголии. Около года их везли.

Представляете, в каком состоянии были сами тела? Но тело Елизаветы Федоровны оставалось нетленным, более того, оно мироточило. Есть свидетельства людей, которые приходили и собирали это миро в бутылочки.

Вы полетите в Иерусалим на съемки?

Алексей Барыкин: Да, мы отправляемся 14 февраля. Будем снимать и в старом городе, но наша главная цель - храм Марии Магдалины, где находятся ее останки. Это очень красивое и интересное место. Мы сначала думали, что проведем там чисто документальные съемки, но в итоге решили, что поедем с Илзе Лиепой и будем снимать ее синхроны.

Когда будет премьера?

Алексей Барыкин: В июле. Планируем приурочить ее ко дню кончины Елизаветы Федоровны. Рассчитываем, что фильм завершим в конце марта - начале апреле. А потом будем заниматься прокатными удостоверениями, афишами, дисками. В отличие от "Заступницы", мы не собираемся много использовать виртуальную студию, хромакей. Хотим от этого отойти и сделать как можно больше натуральных планов. Это вообще тренд современного кино: меньше компьютера, больше реальности. А значит, надо строить более сложные декорации. То есть не просто фон, а среду, с которой актер взаимодействует. Но зато на монтаже время сэкономим, ведь "Заступницу" из-за компьютерной графики, которая занимала у нас 25 минут фильма из 50, мы монтировали месяцев семь. Здесь же у нас не будет такого запаса времени.