Новости

21.06.2019 12:04
Рубрика: Культура

Марио Брунелло: Я согласен с выбором жюри на 80 процентов

Третий день первого тура по специальности "виолончель", где выступили музыканты из России, Швейцарии, Мексики, Испании, Дании, Германии, Южной Кореи, был очень насыщенным по сложности программ.

Почти все участники исполнили сложнейшие концептуальные философские сонаты - трижды прозвучала соната до мажор Прокофьева, соч. 119, (причем подряд у первых трех конкурсантов сегодняшнего прослушивания - Кристофа Круазе из Швейцарии, мексиканца Роландо де ла Гуадалупе Фернандеса, россиянина Федора Амосова), дважды сыграли сонату Шостаковича, ор. 40 (последние два участника - датчанин Джонатан Свенсен и Бенедикт Клёкнер из Германии), прозвучала и соната № 1 А. Шнитке (Иван Сканави, Россия), впервые с начала конкурса. Исполнение подряд одного сочинения несколькими участниками создавало конкурс в конкурсе - можно было сравнить интерпретации.

Соната Прокофьева в интерпретации Федора Амосова, уже зрелого музыканта, ассистента-стажера Московской консерватории класса Наталии Гутман, была удивительно выстроена драматургически, музыкант был предельно внимателен к точности интонации произнесения, к каждому нюансу, и тем самым обнажил внутренний конфликт, заложенный Прокофьевым, полностью захватил этой музыкой внимание зала. И не только благодаря продуманности внутреннего движения мысли и драматургии исполнения, но благодаря умению заставить звучать паузы, продолжая диалог даже во время молчания и создавая поле высокого напряжения.

Достоинством музыканта стало и многообразие динамических оттенков (почему-то оттенки чаще всего у конкурсантов располагаются от меццо-форте по фортиссимо) Такое же взаимодействие с залом создали и последние выступающие, исполнившие сонату Шостаковича - молодой датчанин Джонатан Свенсен, и Бенедикт Клёкнер из Германии. У обоих музыкантов - длинного дыхания фразы, обеспеченные длинной мыслью, владение разнотембровыми красками и широкой динамической палитрой, способность держать внимание. Оба выстроили сонату удивительно цельно, глубоко продумано, - с пониманием и лирики Шостаковича, и иронии, и острых злых скерцо, - но по-разному, у Свенсена было чуть больше драйва, харизмы, у Клёкнера - мастерства.

Кстати, также драматургически логично и динамично выстроено было исполнение Федором Амосовым Pezzo capriccioso Чайковского, прозвучавшее свежо и необычно среди других. И не только потому, что музыкант играл пьесу в первой авторской редакции, отличающейся от привычной версии несколькими пассажами. Эта пьеса Чайковского, прослушанная 25 раз, позволяет говорить о тенденции - большинство музыкантов (как правило это европейцы, конечно же, меньше знакомые, например, с русской песней) играют эту пьесу преувеличенно драматично, трагично, что, конечно, в ней заложено: она написана под впечатлением от кончины друга композитора Николая Кондратьева в Аахене, в тональности Шестой симфонии, но по интонации исполнения она превращается чаще всего в "жестокий романс", с надрывом и в основном на форте. Мало кто вытягивает единую драматургическую линию, допуская автономность контрастных частей. У Амосова эта Pezzo звучало спокойнее, как размышление, как русская песня (рыдания, исступление традиционно появлялись разве что в плачах, не в песнях), сдержанная, но от этого может еще более трагичная. И танцевальная часть больше походила на остинатное механическое движение почти на уровне шороха, заслоняющее боль, после чего возвращение через нервно-рваный пассаж основной лирической темы звучало еще более трагично.

Интересно, что молодой датчанин Свенсен, ставший открытием этого дня прослушиваний, также очень сдержанно исполнил Pezzo, по-русски спев лирическую тему.

Секрет столь большой популярности у конкурсантов Сюиты № 6 И.С. Баха, написанной для пятиструнного инструмента, и, вероятно, самой сложной из этого цикла композитора, не объясним - в третий день ее исполнили 5 раз. По поводу сложности интерпретации и исполнения баховских сочинений и о том, "как надо исполнять Баха" я поговорила с членом жюри конкурса, виолончелисткой Карине Георгиан:

- Мы как раз говорили с коллегами, что здесь и на Западе такие страсти разгораются по поводу Баха, продолжается движение "как надо играть", словно патентованное "надо делать так и никак иначе". Есть определенные законы, все-таки это барокко, но Баха можно играть по-разному, если это не превращается в какую-то песню или романтическое произведение, то это позитивный момент, если это убедительно и стильно. "Свингл сингерс", помните? Джазовое исполнение Баха, это было колоссально. И Бах позволяет сделать это. Или трио Жака Люсье, высококлассный музыкант, тоже делал джазового Баха. Это колоссально. И дух Баха не противоречит! Я думаю, можно играть Баха по-разному, если соблюден стиль и дух.

Кстати, некоторые музыканты очень интересно исполняют Каприсы Пьятти по-баховски - выделяя полифонические линии, играя с тембровыми и динамическими контрастами, создавая темброво различное двух- и многоголосие. Впервые с начала конкурса из обязательных сочинений прозвучали Каприсы Пиатти № 8 (Федор Амосов) и 11 (Джонатан Свенсен) , сделавшие из каприсов настоящие эффектные пьесы, не только за счет технического матсерства, но благодаря великолепному ведению полифонических линий (почти как в Бахе) с тембровым разнообразием голосов и контрастной динамикой.

В конце дня председатель жюри Сэр Клайв Гиллинсон огласил результаты первого тура: во второй тур прошли 12 конкурсантов, причем пятеро - из выступивших в третий день. Во втором туре оказались все четверо российских виолончелистов, участвующих в конкурсе - Анастасия Кобекина, Иван Сендецкий, Федор Амосов, Иван Сканави, а также Сенья Руммукайнен (Финляндия), Каньон-Валенсиа Сантьяго (Колумбия), Чен Ибай (Китай), Сато Харума (Япония), Златомир Фанг (США), Мун Тэгук (Республика Корея), Джонатан Свенсен (Дания), Бенедикт Клёкнер (Германия).

Второй тур конкурса продлится два дня 21 и 22 июня.

Прямая речь

Марио Брунелло, виолончелист, член жюри:

- Я согласен с выбором жюри на 80 процентов. Мы вынуждены были выбрать только 12 человек, большинство остальных участников очень сильные, талантливые, и очень близки к этой границе - пройти во второй тур, но, к сожалению, количество участников ограничено. И, нам очень жаль, но это конкурс, и это надо принять. Кого-то выделить как своего фаворита не могу, но я счастлив, что услышу этих двенадцать музыкантов снова.

Какие качества вы ищете в конкурсантах?

- Первое и самое главное - это музыкальность, насколько ясно музыкант доносит то, что он хочет сказать, потом талант и все остальное...

В регионах Культура Музыка Классика Филиалы РГ Северо-Запад СЗФО Санкт-Петербург Конкурс имени П.И. Чайковского-2019