Собственная половина стала протокольной при советском правительстве

Собственная половина стала протокольной при советском правительстве

Собственная половина стала протокольной при советском правительстве

Вновь спустимся на первый этаж дворца. После революции 1917 года, когда в Москву из Петрограда переехало советское правительство, здесь не только работали, но и жили члены правительства и их семьи. Собственную императорскую половину решили сделать протокольной, поэтому интерьер полностью сохранился. И сегодня мы можем оценить стиль эклектики (или историзма), столь популярный в середине XIX века.

Столовая

Начнем с классики - белой античной столовой. Здесь все лаконично, строго и торжественно. Сочетание матовых поверхностей с блестящими, вазы в форме античных урн. Великолепны две из них, фарфоровые, Императорского завода Санкт-Петербурга с сюжетами из русской истории. На одной - событие Смутного времени: Козьма Минин и патриарх Гермоген призывают князя Дмитрия Пожарского возглавить борьбу русского народа за освобождение Родины от иностранных захватчиков. На другой - сцена из Прутского похода Петра I против турок в 1711 году, когда его будущая супруга Екатерина I проявила незаурядное мужество; это послужило царю поводом для учреждения в России ордена Святой Екатерины.

Столовая мебель из грушевого дерева, покрытая черным лаком, сделана в мастерской петербургского фабриканта Г.В. Бюхтера. Сиденья и спинки стульев обиты шагреневой кожей темно-бордового цвета. И только большой обеденный стол, за которым собиралась императорская чета, к сожалению, не сохранился.

Гостиная

Гостиная императрицы (сегодня здесь проходят дамские протокольные программы при государственном визите глав иностранных государств) - это уже Франция XVIII века, эпоха короля Людовика XV, стиль рококо, последнее оригинальное выражение аристократического идеала в европейском искусстве. Исчезли колонны и пилястры, громоздкая лепнина и тяжелая бронза. Им на смену пришли воздушный фарфор и коридор зеркал.

Украшает гостиную великолепная люстра "Ананас" (символ гостеприимства и радушия хозяйки к своим гостям), изготовленная замечательным мастером П. Ивановым, двадцать лет стажа на Императорском фарфоровом заводе.

В стиле севрского фарфора коллеги Иванова, петербургские мастера, выполнили два удивительных парных торшера "Пастораль" на двадцать свечей. Фигуры дам и пастушки на одном торшере, влюбленной пары на другом выполнены живописцем Н. Лифантьевым.

Члены Государственного Совета собрались в Екатерининском зале, военные - в Андреевском, городские дамы - в Александровском, прочие особы - в Георгиевском; а Владимирский зал предназначен был для участвовавших при строении Дворца, украшенных уже золотыми медалями с изображением на одной стороне нового здания, а на другой слова "Благодарю" и вензелевого имени государя императора.

Александр Вельтман, директор Оружейной палаты

А вот авторство мебельного гарнитура, затянутого серебристой парчой, принадлежит уже московскому мастеру Э. Блехшмидту. Причем, в центре гостиной сразу привлекает взгляд пате - абсолютно новая модель мягкой мебели (в переводе с французского pate означает "тесто, пирожок"). Круглый диван с возвышением или тумбой - подставкой для вазы с цветами - всегда располагается в центре помещения, прочая мебель - вдоль стен.

Ну а деревянную позолоченную решетку - перголу оживляли комнатные вьющиеся растения. Как же эффектно смотрелись на золотом фоне нежные побеги цветов!

Наступило шествие из храма на освящение нового Дома Царя-хозяина. В пространствах, озаренных великолепными люстрами в тысячи огней, в блистающих золотом и эмалью залах, стояли уже убранные столы с освященным Пасхальным хлебом для гостей без числа.

Подобно людям обыкновенным и цари созидают себе домы, чтобы иметь жилище покойное, приятное, соответственное сану и потребностям жизни общественной. Но сего недовольно было для нашего царя. Любя жить не отдельною, личною, но единою, общею с своим народом и царством жизнью, он благоволил, чтобы его дом был царский и царственный, чтобы в нем ознаменовались и царь, и царство, чтобы это была скрижаль, или каменная книга, в которой можно читать и величие настоящего, и чтимую память прошедшего, и назидание для будущего.

Филарет, митрополит Московский

Кабинет

Здесь в полной мере сказался вкус первой хозяйки дворца - императрицы Александры Федоровны, супруги императора Николая I. Она предпочитала стиль Буль. А это прежде всего великолепная мебель со сложной инкрустацией (пластинки из панциря черепахи и меди, латуни или бронзы, ценные сорта дерева, перламутр). А название инкрустация получила по имени знаменитого французского мебельщика второй половины XVIII века Андре Шарля Буля, который работал при дворе французских королей Людовика XIV и Людовика XV.

Напольные часы в глубине комнаты тоже украшены инкрустацией. А еще - накладным бронзовым орнаментом в виде медальонов, маскаронов с мужскими головами и изображением двуликого Януса под циферблатом. Завершает этот шедевр скульптурная фигура крылатого Хроноса с косой, традиционный символ времени.

Инкрустирован серебром, золоченой бронзой, перламутром, слоновой костью и стул возле пианино - напротив стола-бюро "мазарини", названного по имени французского кардинала и министра Людовика XIV. А над всем этим инкрустированным великолепием парят входившие в моду хрустальные светильники и люстры, выполненные на Императорском стеклянном заводе в Петербурге. Их называли каскадными. С серебряных обручей на нас спускаются, как водопады или ливни, нежные хрустальные подвески...

Будуар

В глубине будуара императрицы - дверь в ванную комнату (ее называли купальней) с мраморным водоемом и алебастровой люстрой. Здесь уже в середине XIX века была устроена централизованная подводка горячей и холодной воды. Правда, без смесителей, и воду размешивали в ванне костяными веерами. Жить во дворце было не только красиво, но и комфортно!

Что же до красоты, обратим внимание на замечательную работу мастеров Петергофской гранильной мануфактуры - "Петергофской мельницы", как ее называли в XVIII веке. Это столики в технике работы "камень в камне". Букет в центре отполированной черной мраморной доски кажется написанным красками. В действительности же - исполнен из яшмы, агата и лазурита в технике флорентийской мозаики. Кажется, что перед нами живой букет!

И конечно, сказочно неповторим камин в будуаре. Камень малахит красив и изящен, но очень хрупок; предпоследнее место по шкале твердости (на последнем - перламутр). Потому из малахита невозможно сделать крупную вещь, она будет крошиться. Русские мастера нашли гениальный выход: делали вещи из более прочного материала, а затем годами украшали их пластинками малахита, собранными с большим изяществом по цвету, рисунку, прожилкам. И после полировки создавалось впечатление, что перед вами монолит!

Это так называемая техника русской мозаики - в ней в XIX веке работали только наши отечественные мастера.

Спальня

Пожалуй, это единственный спальный гарнитур XIX века, который дошел до нас в полном комплекте. В колорите интерьера три цвета: белый, синий и золотой. Изготовленная на знаменитой фабрике Питера Гамбса массивная тяжелая мебель в стиле неоренессанса украшена резными витыми колонками. В том же стиле сделаны ножки стола и стульев с высокими прямыми спинками.

Сладко, наверное, засыпалось у камина каррарского мрамора, на котором отсчитывали время сна часы "Ночь" французской работы. Две девушки увлеченно играют, забыв о ценности времени. Оно уходит безвозвратно, как пламя факела в руке амура...