Новости

11.12.2019 06:28
Рубрика: Культура

Непонятно, что сделали с носом

Дмитрий Хворостовский мог лишиться певческого голоса
На завершившейся в московском Гостином дворе Международной ярмарке non/fictioN21 на стенде "ЭКСМО" особым вниманием пользовалась книга Людмилы Хворостовской "История семьи. Сибирская сага".
"...Голос раскрылся, зазвучал свободно, с истинно русским тембром". "...Голос раскрылся, зазвучал свободно, с истинно русским тембром".
"...Голос раскрылся, зазвучал свободно, с истинно русским тембром".

Мать ушедшего от нас 2 года назад певца рассказывает о том, из каких корней рос его талант, о детстве Дмитрия и его вхождении в певческую среду.

Вот несколько фрагментов из книги.

***

Диме, непохожему на сверстников, приходилось постоянно самоутверждаться. Нежного, стеснительного мальчика школа и улица превращали в бойца. Сам он никогда не задирался, но спуску не давал никому, невзирая на возраст и число соперников, дрался как последний раз в жизни. Однажды дачные ребята стали задирать его из-за какого-то пустяка. Дима сначала отмахивался, но, когда ему досталось палкой, он взорвался и начал крушить обидчиков направо и налево.

Дима был очень терпелив, но если загнать его в угол - пощады не жди!

У маленького Димы были свои отношения с животным миром. Фото: Предоставлено "ЭКСМО"

* * *

На море он окреп, научился плавать. Папа так его учил: Дима прыгал с волнореза в воду ему на руки, а папа постепенно отходил все дальше в море. Диме приходилось проплывать некоторое расстояние, чтобы попасть к папе. Так неожиданно для себя он почувствовал, что может плыть как рыбка. Они потом плавали далеко и долго без устали. А я сидела на берегу и восхищалась своими мужчинами.

* * *

Я приезжала с работы, и мы с Димой садились за уроки. Все было бы замечательно, но... Математика!!! Из одной трубы в другую... Из пункта А в пункт Б... Я терпеливо объясняла условия, Дима равнодушно смотрел мимо меня, думая о чем-то своем. Я дергала его за рукав и снова объясняла, но он отсутствовал, математика его не интересовала, да и я вместе с ней. Мама бежала за сердечным, поила меня и увещевала Диму:

- Ты что делаешь? Доведешь мать до инфаркта!

Он будто получал удар по голове. Молча брал учебник, читал задачу и через 10 минут протягивал мне листок с решением.

Дело было не в способностях. Да, ему было неинтересно, но, когда дело приобретало серьезный оборот, он концентрировался и решал нужную задачу. Диме что-то было нужно? Он сделает все и добьется своего.

* * *

Дима говорил, что шайба попала ему в нос только раз. Но знакомый, профессор-хирург, сказал после обследования, что мой хоккеист похож на боксера, нос - сплошное месиво. Надо оперировать.

Сам профессор и оперировал.

- Собирал все по кусочкам, - говорил он. - Гарантий насчет пения не даю, посмотрим, как пойдет реабилитация.

Я страдала молча, никто не знал об этом разговоре. А послеоперационный период прошел хорошо, носик стал аккуратный.

* * *

...Дима обещал мне больше не курить. Это было в 1972-м, ему было 9. Позже я сбилась со счета, сколько разговоров у нас было о курении, и всякий раз он говорил:

- Да, я понял. Я только сейчас все понял.

Ни папин, ни дедушкин пример на него не действовал - по его мнению, они были "неправильные люди", наши же беседы были для него просто сотрясением воздуха, он слушал, не слыша, уже имея обо всем свое мнение и не собираясь его менять. При нас, правда, он не курил, но в других местах себя не ограничивал. Он избавится от курения уже после сорока.

* * *

Диму допустили к приемным экзаменам в консерваторию. Подошла очередь петь. Он четким шагом прошел к роялю, хмуро глянул в зал. Первым номером была ария Ксеркса из оперы Генделя. Дима пел ее на итальянском языке, но на экзамене разрешили только на русском. Пришлось срочно переучиваться - было непривычно, некрасиво, русский текст плохо ложился на музыку, менялись привычные интонации. Диму это очень раздражало.

Ариозо Мизгиря из "Снегурочки". Короткая, коварная - из-за высокой тесситуры, особой напевности и ноты "фа" в финале. Дима справился, нота прозвучала с ферматой, легко и звонко. Третьей была песня "Ах ты, душечка". Голос раскрылся, зазвучал свободно, с истинно русским тембром - звонкая середина, блестящие верхние. Будто пел не мальчик, а зрелый певец, наполняя звуки чувством и глубиной.

"...Голос раскрылся, зазвучал свободно, с истинно русским тембром".

Что читает звезда

Бумеранг в полете

Юрий Рост, журналист, фотограф, писатель:

- Все ли помнят Николая Травкина? Депутата Верховного Совета и Госдумы, в советские времена - знаменитого строителя, Героя Соцтруда, инициатора "коллективного подряда" в строительстве. Сейчас он пенсионер и блогер и только что выпустил книгу "Наш бумеранг, вперед лети", которую я сейчас с удовольствием читаю.

Фото: РИА Новости www.ria.ru

Наивный, честный, доверчивый политик, Коля Травкин вдруг стал писать иронические, очень точные эссе, своего рода оперативную публицистику, и мне кажется, что в этом микрожанре он обошел многих известных юмористов. Получилась книга о недавнем прошлом и о настоящем с трезвой оценкой происходящего вокруг нас. О том, что сними сейчас многие запреты - и доходы населения пойдут вверх, о том, как было и как стало в Новой Москве, о нашей сборной на ЧМ-2018, о самоуправлении и многом-многом другом. Все резко, безжалостно, но иронично - и оттого смотрится гораздо сильнее, чем если б Коля ругался и обличал. А так перед нами - замечательный образец народного юмора. Жаль, что тираж и до тысячи недотягивает.

Культура Музыка Классика Культура Литература