Накануне скорбной даты 80-летия начала Великой Отечественной войны мы публикуем три истории о том, как бережно хранится сегодня память о подвиге
В Вятку из Казахстана пришло письмо, которое заставило изрядно потрудиться местных историков и экспертов. Жительница Алма-Аты указала на ошибку в описании одной из фотографий, хранящихся в Кировском областном краеведческом музее (КОКМ).
Красноармеец с пистолетом-пулеметом системы Дегтярева - Кетиков Дуйсенгали, а не Эдуард Ульницан. Фото: Даниил Онохин Красноармеец с пистолетом-пулеметом системы Дегтярева - Кетиков Дуйсенгали, а не Эдуард Ульницан. Фото: Даниил Онохин
Красноармеец с пистолетом-пулеметом системы Дегтярева - Кетиков Дуйсенгали, а не Эдуард Ульницан. Даниил Онохин

Алмаатинка Арна Смагулова обнаружила неточность в имени бойца на снимке. Фотографию она увидела на общероссийском портале музейных экспонатов "Госкаталог". Арна утверждала, что на фото военкора Даниила Онохина - ее дед Дуйсенгали Кетиков, а не тот красноармеец, имя которого значится в каталоге музейных экспонатов.

Речь идет о довольно известном снимке, где боец азиатской внешности, в меховой шапке и белом армейском полушубке, снисходительно улыбаясь, упирается стволом пистолета-пулемета в грудь пленному немцу в летней форме одежды. Фото сделано в феврале 1942 года у станции Погостье Ленинградской области. В каталоге КОКМ имя и фамилия красноармейца иные - Эдуард Ульницан. Описание фотографии сделал когда-то сам ее автор Даниил Онохин.

Так, 16 ноября 2015 года сайт "Военный альбом" размещает такую подпись под этим снимком: "Командир отделения 201-й отдельной мотострелковой разведывательной роты 311-й стрелковой дивизии сержант Эдуард Антонович Ульницан (прирожденный следопыт и охотник из-под г. Улан-Удэ), вооруженный пистолетом-пулеметом системы Дегтярева (ППД), охраняет плененного в деревне Погостье немецкого солдата".

Ситуация сложилась непростая: Ульницан или Кетиков? Как определить через столько лет, кто именно попал в кадр Онохина?

В подтверждение своих слов Арна Смагулова представила точно такой же снимок, который хранится в семье со времен Великой Отечественной, а также несколько других фотографий разведчиков 201-й отдельной разведроты 311-й стрелковой дивизии, среди которых присутствовал тот же человек с восточными чертами лица. При этом один из снимков ранее был неизвестен, он не входил ни в одну музейную коллекцию Онохина. На обороте фотографии расплывшимися чернилами написано: "Нижний ряд справа налево: Кетиков Дуйсенгали. У нас партийная организация, не бросайте мою мать Калима и братишку Сергали, помогайте".

Кировские музейщики, надо отдать должное, оперативно провели экспертизу представленных фотографий и пришли к выводу: на всех снимках, в том числе довоенной фотографии Кетикова - одно и то же лицо. Это боец 201-й отдельной разведывательной роты Кетиков Дуйсенгали, 1919 года рождения.

Как же получилось, что Даниил Онохин указал имя и фамилию другого человека?

- В составе 201-й отдельной разведроты одновременно воевали оба разведчика - Кетиков и Ульницан, - говорит эксперт по истории 311-й дивизии и творчеству Даниила Онохина, журналист Олег Четвериков. - И оба выбыли из строя в 1942 году. Эдуард Ульницан погиб 3 марта 1942 года под станцией Погостье, а Кетиков Дуйсенгали пропал без вести в декабре. Никаких подробностей об этих воинах не сохранилось, потому что все документы дивизионной разведки до сих пор находятся под грифом "секретно". По всей вероятности, за давностью лет в памяти автора фотографий обе личности разведчиков как бы слились в одну.

Впрочем, по словам Четверикова, в переписке Онохина с однополчанами, где он просит вспомнить, кто изображен на данном военном снимке, встречается и фамилия Кетиков! Сомнения в том, Ульницан ли попал в кадр, у фотографа оставались. Теперь же удалось установить подлинное имя бойца на военном снимке.

Дословно

Арна Смагулова, внучка Кетикова Дуйсенгали:

- У наших родственников было такое ощущение, что наш дедушка Дуйсенгали прислал нам весточку с войны. Наша родня давно хотела узнать его судьбу. Его двоюродный брат делал запросы в Москву, и ему дали ответ, чтобы не искали Дуйсенгали. Но мы продолжали искать его следы. И наткнулись на фотографию Дуйсенгали с пленным немцем. А потом нам позвонил историк из Кирова Олег Четвериков и прислал еще несколько фотографий военного фотографа Даниила Онохина, где среди разведчиков был неизвестный мужчина восточной внешности. Я разослала эти фотографии родственникам. Моя тетя сразу ответила: "Где ты взяла? Конечно он. Только замученный. Видно, война там шла". Потом почти все родственники тоже признали, что это он. Все радовались и плакали от счастья.

В честь военного госпиталя в Омске создали передвижную диораму

Текст: Светлана Сибина (sibina@inbox.ru)
В честь героев-медиков омичи создали диораму, которая воспроизводит самые яркие кадры того времени. Осуществить проект помог Фонд президентских грантов.
Дата организации госпиталя - 2 июля 1941 года. 22 июля Омск принимал первых раненых. Фото: Министерство культуры Омской области

Раненых бойцов в тыловой госпиталь везли отовсюду, из Сталинграда, Белоруссии, Украины, Европы. Многих из них медики поставили на ноги. Диорама "Город милосердия - омские госпитали 1941-1945" позволяет убедиться воочию, как это было.

Вот операционная, где над искалеченным войной солдатом склонились хирурги. Трамвай, везущий от вокзала новую партию раненых. Худенькие санитарки с носилками. Палата, где перед лежачими бойцами стоит девушка со скрипкой... Диораму волонтеры создавали в плотном тандеме с сотрудниками госпитального музея.

- В госпитале помнят ювелирные операции ведущего хирурга Бориса Виноградова. Он, например, сумел собрать из сорока осколков раздробленные ноги солдата. Поставил на ноги 17-летнего партизана с тяжелейшим сквозным ранением позвоночника. Парень перенес несколько сложнейших операций, потерял девять ребер, и... поправился! Таких случаев сотни, - рассказала "СОЮЗу" руководитель музея Ольга Чайкина. - Уникальный врач не дожил до Победы всего 16 дней. Умер от воспаления легких. Лечиться ему было некогда...

Дата организации головного эвакогоспиталя N 1494 - 2 июля 1941 года. 22 июля в Омск прибыл первый эшелон с ранеными. Штат менялся постоянно. Врачи и медсестры один за другим уходили на фронт.

История сохранила фотографии героев-фронтовиков. Вот врач-рентгенолог Вадим Скляров. В бою он остался один с сорока ранеными, но всех сохранил. Вот лор-врач Нина Корчевникова, закончившая войну в Праге. На ее боевом счету - 746 сложных операций. Санитарка-"дюймовочка" Софья Сюзан, вынесшая с поля боя сотни бойцов. Хирургическая медсестра белорусского партизанского отряда "Сибиряк" Вера Кузина-Коняхина, которой говорили "спасибо" не только бойцы, но и местные жители. Вот ее пробитая пулями сумка с красным крестом.

Перевязочных материалов не хватало. Поэтому старые бинты не выбрасывали, а стирали и кипятили. Сворачивать их помогали дети медиков. По распоряжению начальника госпиталя Абрама Когана для усиленного питания тяжелораненых госпиталь организовал подсобное хозяйство. А по соседству - пионерский лагерь. Дети вместе с родителями и выздоравливающими пациентами ухаживали за грядками, а также устраивали концерты для раненых, помогали писать им письма домой. Всего за годы войны Омск принял 562 эшелона с ранеными бойцами.

В 43 эвакогоспиталя поступило более 156 тысяч человек. 74 процента солдат вернулись в строй. Скончались 1220 человек. Омский медицинский институт подготовил для фронта 1645 военных врачей.

В тему

На стене Омского госпиталя для ветеранов войн установили мемориальную доску фронтовику и журналисту Кемелю Токаевичу Токаеву. Он ушел на фронт 18-летним мальчишкой. Сражался под Сталинградом, освобождал Украину, Белоруссию. Под Польшей ему - командиру отделения автоматчиков танкового полка - осколочной миной раздробило ногу. Речь шла об ампутации, но он умолял врачей ее сохранить. Омские хирурги взялись, буквально по кусочкам собрали конечность. И Кемель Токаев сначала пошел. Потом женился. А вскоре стал отцом будущего президента Казахстана.

Пермяк Сергей Филатов организовал выставку фронтовых писем

Текст: Константин Бахарев (bah06@yandex.ru)
В мае пермяки увидели выставку писем с фронта своего земляка Степана Чердымова. Он жил на улице Коммунистической, в доме, которого уже давно нет.
Простой солдатский треугольник соединял бойца с родным домом и любимыми людьми. Фото: Из личного архива Сергея Филатова

Последнее известие с фронта датировано июнем 1943-го. А вскоре жена Чердымова получила от командира отделения, где воевал Степан, письмо старшего сержанта Шестакова. Он писал: "Ваш муж и папочка погиб в боях с немецкими оккупантами".

Организовал выставку Сергей Филатов, известный в России коллекционер почтовых открыток.

В 2019 году Филатову позвонили и предложили купить коллекцию фронтовых треугольников.

- Все произошло случайно, - вспоминает Сергей Филатов. - Я согласился посмотреть предложенное и сразу понял, что это уникальные свидетельства военной поры. Купил не задумываясь. Решил сделать выставку, так как письма Чердымова достойны того, чтобы их увидели...

Простой солдатский треугольник соединял бойца с родным домом и любимыми людьми.

Письма написаны карандашом, на обычной бумаге, многие строчки невозможно прочесть. Из 52 писем Филатов смог разобрать только 16. В результате получилась цельная история, в которой видны людские характеры...

Сергей Филатов, "расшифровав" письма Чердымова, загорелся желанием найти его родственников, тех, кто получал его весточки с фронта. Безуспешно. Пришлось делать выставку из того что было. А это тоже немало...

Используя свой опыт руководителя общества любителей почтовых марок, экспонаты для выставки Филатов оформил по всем правилам искусства. Прикрепил фронтовые треугольники на листы картона, тут же разместил открытки времен войны из своей коллекции и внизу нанес строчки из писем, которые удалось ему прочесть. Сверху закрыл стеклом.

Весной 1943 года Степан Чердымов пишет письмо дочери: "Добрый день, Раичка. Шлю я свой пламенный привет и желаю быть здоровой и чтобы училась на хорошо и отлично... Как учатся Люба и Нина? Снег у нас стаял, дожили до весны, но дальше как будем жить, неизвестно..."

Последнюю весточку от отца и мужа близкие Степана Чердымова получили летом 1943 года.

"Шлю я вам свой пламенный привет и желаю быть здоровыми в вашей жизни... Я сейчас иду на боевую задачу. Как только выполним, так я напишу, если только останусь жив..."

Вскоре в семью Чердымовых пришло извещение о его гибели. В первом письме командир отделения Василий Шестаков сообщил, что он погиб, а во втором рассказал подробности: "Ваш муж и папочка погиб в боях на 21 июня в ночь... С поля боя он вынесен не был, так как нечего было выносить, подорвался на мине".

Степан Кузьмич Чердымов похоронен в поселке Пржевальское Демидовского района Смоленской области. Ему было 34 года. Старший сержант Василий Шестаков, его командир и земляк, сам ненамного пережил своего бойца. Он погиб 15 августа 1943 года на смоленской земле.

В прошлом году Сергей Филатов сообщил о своей коллекции фронтовых писем в Беларусь и Москву, где проходили выставки ко Дню Победы. Его работы приняли, и они экспонировались в Бресте и в музее на Поклонной горе в столице России.

К слову

Сергей Филатов много лет увлекается коллекционированием открыток, предпочтение отдает тем, где есть автографы известных лиц. Увлекается геральдикой, в свое время он разработал флаг Новгородской области. Сейчас Филатов возглавляет ассоциацию частных музеев Перми.

Хотите знать больше о Союзном государстве? Подписывайтесь на наши новости в социальных сетях.