Как отмечает доцент Финансового университета Андрей Белоусов, возрастная структура банкротов меняется на глазах. Если раньше личное банкротство было уделом людей среднего и старшего возраста, переживших финансовый коллапс, то теперь в эту воронку все активнее затягивает молодежь. И речь идет не о единичных случаях. Доцент Лариса Алешина, также представляющая Финансовый университет, приводит шокирующую статистику: среди представителей поколения зумеров (в возрастной группе 22-25 лет) количество банкротств увеличилось в 10 раз по сравнению с предыдущим отчетным периодом.
Эксперты выделяют комплекс причин, превративших банкротство из жизненной драмы в рутинную процедуру для молодых россиян.
Первая и главная причина - доступность кредитных продуктов. Как подчеркивает Андрей Белоусов, банки сегодня активно выдают кредиты лицам, едва достигшим 18-летия. При этом уровень финансовой ответственности и стабильность доходов у 18-20-летних заемщиков значительно ниже, чем у более зрелых людей. Возникает классический дисбаланс: возможность занять есть, а способность отдать - под большим вопросом.
Однако наличие кредитной карты или микрозайма - это лишь инструмент. Вторая причина лежит в плоскости психологии и ценностных ориентиров. Лариса Алешина обращает внимание на то, что зумеры живут на стыке реального и цифрового миров. Они привыкли быстро осваивать конкретные навыки и получать мгновенный результат, не задумываясь о долгосрочных последствиях. Для многих из них взятие кредита - своего рода эксперимент или азартная игра: "Возьму и посмотрю, что будет". Деньги часто тратятся на создание "успешного" контента для социальных сетей, покупку статусных вещей, чтобы не отставать от сверстников. Чрезмерная родительская опека, по мнению эксперта, сформировала у части молодежи искаженное представление о реальности, где любые проблемы можно решить без серьезных последствий.
Но самый тревожный сигнал - это изменение отношения к самой процедуре банкротства. Для старшего поколения статус банкрота был клеймом, признаком жизненной неудачи. Молодежь же, как констатирует Андрей Белоусов, рассматривает банкротство исключительно как утилитарный и доступный инструмент для списания долгов. Этому способствует и третий фактор - простота процедуры. Подать заявление о банкротстве сегодня можно через портал "Госуслуги", не выходя из дома и не нанимая юристов. Агрессивная реклама услуг по "списанию долгов" лишь подогревает интерес, создавая иллюзию легкого решения финансовых проблем.
Парадокс ситуации в том, что, воспринимая банкротство как игру, молодые люди часто не осознают реальных последствий этой процедуры. Это не просто списание долгов - это серьезное ограничение прав на годы вперед.
Как напоминает Лариса Алешина, последствиями банкротства могут стать потеря имущества (включая единственное жилье, если оно в ипотеке или не подпадает под исполнительский иммунитет), запрет на выезд за границу, а в ряде случаев - и уголовная ответственность за преднамеренное или фиктивное банкротство. Финансовая неграмотность в сочетании с поведенческими особенностями поколения Z может привести к тому, что вчерашние студенты, наигравшись в "легкие деньги", останутся без активов и с испорченной кредитной историей на долгие годы.
Массовый приток молодых банкротов несет риски и для всей финансовой системы. По мнению Андрея Белоусова, такое положение вещей может привести к дисбалансу на рынке кредитования. Банки, сталкиваясь с высокой долей невозвратов среди молодых заемщиков, будут вынуждены либо ужесточать требования (что ограничит доступ к кредитам для всех), либо закладывать риски в ставки (что сделает кредиты дороже).
Что же делать? Эксперты сходятся во мнении, что бороться с последствиями сложнее, чем с причинами. В качестве первоочередных мер называются два направления.
Первое - повышение финансовой грамотности. Но не формальное, а реальное, с разъяснением юридических и имущественных последствий банкротства. Молодые люди должны четко понимать, что списание долгов - это не выигрыш в лотерею, а процедура, которая может обернуться потерей недвижимости и серьезными ограничениями.
Второе - регуляторные ограничения. Андрей Белоусов предлагает вернуться к обсуждению запретов для банков и микрофинансовых организаций на кредитование заемщиков с высокой долговой нагрузкой, особенно среди молодежи. Возможно, требуется законодательно ограничить сумму первого кредита для 18-20-летних или ввести обязательный "период охлаждения" при выдаче крупных сумм.
Пока же рынок фиксирует новый тренд: в России подрастает поколение, для которого жизнь взаймы и последующее списание долгов становятся нормой. И это та норма, которая может стоить экономике очень дорого.