Пора переименовывать Землю в Плюк? Ретро-обзор фильма "Кин-дза-дза"

В этом году исполняется 40 лет культовому произведению Георгия Данелии "Кин-дза-дза" - "Кинократия" воспользовалась этим поводом, чтобы вспомнить о едва ли не самом спорном фильме советских времен. Мы не преувеличиваем насчет самого спорного: откройте любой посвященный ленте видеоролик и почти непременно встретите под ним длиннющие ветки ожесточенных дискуссий о ее смысле. Кстати, ровно поэтому писать рецензии по поводу бессмертного "Ку" невероятно тяжело: какое бы мнение автор ни высказал и какие бы железобетонные аргументы ни привел, всегда найдется, что ему возразить. Что характерно - не менее железобетонно.

Мнение создателя

Интересно, но сам Данелия никогда не комментировал эти споры, хотя в одном из последних интервью признавался, что не просто читает их, а даже подписан на интернет-сообщества фанатов фильма. Уверены поэтому, что он прекрасно знал главную нить дискуссий - антисоветское это все-таки кино или антикапиталистическое.

Завуалированный ответ, впрочем, в той же беседе он, как нам кажется, дал: "То, что человечество придет к тому, что на этой планете (т. е. на Плюке) мы увидели, по-моему, ни у кого, даже у самых ярых оптимистов, сомнений нету. Но боюсь, что мы их обгоним. Потому что догонять - мы их уже догоняем". Поскольку слова эти были сказаны незадолго до смерти режиссера (2019 год), вывод напрашивается: "плюковские" тенденции, по его мнению, сегодня остры как никогда, а поскольку социализмом хотя бы даже в позднесоветском изводе давно нигде не пахнет, значит тенденции это строго капиталистические.

Что это было?

Почему же зрители до сих пор не пришли к единому мнению по самому зубодробительному школьному вопросу - что же хотел сказать автор? Да потому, что сам фильм, как и любое другое большое произведение, даже не говорит прямо, о чем сюжет, что уж до остальных ракурсов. То ли это очередное осмысление "Одиссеи", то ли бесхитростный приключенческий киберпанк, снятый на коленке по бедности бюджета. Однако при любом раскладе наполнение его таково, что каждое слово, сказанное персонажами, приобретает совершенно противоположный смысл в зависимости от взглядов зрителя. Если хочешь, чтобы это была "Одиссея", будет тебе "Отошли на секундочку и затерялись в песках", если хочешь, чтоб киберпанк, держи пепелац и гравицаппу. Ну а уж если зритель возжелает, чтобы это была непременно критика, и не важно, какого -изма, аргументов получит с избытком:

- Правительство на другой планете живет, родной;

- Если у меня немножко КЦ есть, я имею право носить желтые штаны, и передо мной пацак должен не один, а два раза приседать…, - ну и т. д.

- Я очень люблю ПЖ! - А я его еще больше, ку!

Фантастический летательный аппарат был создан художником Теодором Тэжиком. Фото: Kinorium

"Трудно искать черную кошку…"

Кстати, именно "Ку", самое употребимое на планете Плюк слово, долгое время было самым убедительным доказательством того, что Данелия высмеивал все-таки социализм. Ведь во время производства фильма лидером страны стал Константин Устинович Черненко, и советские газеты запестрели сочетанием "К.У. Черненко сказал то-то", "К.У. Черненко выступил там-то", "К.У. Черненко заявил о том-то". Разумеется, многочисленное повторение этих двух букв в фильме, да еще и в контексте приседания, выглядело очевидной насмешкой. Очевидность эту развеял в уже упомянутом интервью сам автор: Георгий Николаевич рассказал, что такое приветствие-приседание было придумано для сценария изначально, когда еще был жив Леонид Ильич Брежнев. И добавил, что после "воцарения" Черненко и "появления" совершенно внезапной параллели коллектив долго думал над цензурной опасностью, но пока думал, умер уже и Константин Устинович - проблема отпала сама собой.

Чатланин Уэф (Евгений Леонов) и пацак Би (Юрий Яковлев) разъясняют пришельцам нюансы жизни на Плюке. Фото: Kinorium

Как с другой планеты

Впрочем, для подтверждения антисоветской точки зрения остаются дефицит всего и вся на Плюке ("Каша… пластиковая"), культ личности ("Последний выдох господина ПЖ"), торговля из-под прилавков ("Инопланетяне штанами фарцуют") и много чего еще. Тем не менее, даже без учета выводов из интервью Данелии, мы не склонны соглашаться с этим. Любой автор, если хочет смеха зрителя, будет пользоваться понятными ему образами. Вряд ли Георгий Николаевич снимал фильм в расчете на международный прокат, следовательно, и звучат в нем забавные именно для советского человека фразы.

Поэтому, чтобы ответить на вопрос "Что хотел сказать автор?", лучше смотреть на характеристики персонажей. И единственными положительными среди них являются самые обычные советские граждане - инженер дядя Вова (Станислав Любшин) и студент Гедеван (Левон Габриадзе). Если плюкане все поголовно беспринципные мерзавцы, готовые кинуть хоть кого ради копейки и каждую секунду высматривающие, перед кем надо пресмыкнуться, а кого пресмыкнуть, то земляне сначала готовы прийти на помощь замерзающему бомжу, а потом и пожертвовать собой ради вчерашних предателей. Отсюда вопрос: как можно высмеивать строй, если ты показываешь единственными человечными людьми тех, кого он породил?

Мало того, даже долгое общение с плюканами не меняет дядю Вову и Гедевана - в финале вместо легкого пути домой они шантажируют ("Сейчас я маску сниму и надышу вам тут") всесильных жителей Альфы ради плюканских друзей. Т.е. никакой арки у главных героев нет: обстоятельства над ними не властны.

Дяде Вове и Скрипачу, оказавшимся на цветущей Альфе, приходится делать нелегкий выбор. Фото: Kinorium

Скажи мне, кто твой друг

Зато арка есть у, казалось бы, второстепенных Уэфа (Евгений Леонов) и Би (Юрий Яковлев), которых на Альфе превратили в кактусы. Кто они вначале? Как и все плюкане: жулики и кидалы, которые точно знают, кто, кому и сколько раз должен делать "ку". Никаких моральных тормозов, чтобы избавиться от Гедевана-Скрипача, который "только топливо жрет", у них и близко нет. И вот на протяжении всего сюжета они не раз видят, как земляне готовы пожертвовать собой ради, казалось бы, совсем посторонних людей. Да что там посторонних - ради самих же Уэфа и Би, которые только что и неоднократно кидали дядю Вову и Скрипача. Заканчивается их арка тем, что два артиста-плюканина идут на риск превратиться в кактусы, чтобы вернуть землян домой.

С этой точки зрения выходит, что это не дядя Вова и Гедеван были заброшены сюжетом в необычные обстоятельства, а Уэф с Би. Которые впервые в жизни увидели, что можно жить по-другому, не как на Плюке - иметь друзей, а не временных попутчиков, помогать ближнему своему, жертвовать собой ради других, наконец. И выбор они делают в пользу нового образа жизни, а следовательно, осознают: с их старым, на Плюке, что-то не так.

Жители планеты Альфа (Ольга Машная и Георгий Данелия) с плюканами не церемонятся. Фото: Kinorium

Земля в иллюминаторе видна

И если уж мы в принципе соглашаемся с тем, что "Кин-дза-дза" не только приключение, а действительно авторское высказывание, то не можем не задуматься - а с кем тогда не так, если не с обществом дяди Вовы и Скрипача?

Может быть, замысел Данелии и Габриадзе был шире? Не так не с -измами - не так с нами всеми! Ведь по всей планете бездумно рубят леса и с каждым годом все интенсивнее жгут невозобновляемые ресурсы, по всей планете так или иначе вынуждают делать "ку", только поводы разные, по всей планете любое искусство все больше превращается в пластиковую кашу… Вроде бы все правильно, но никак не отпускает та же мысль: ведь именно советские люди в такой обстановке не оскотинились и даже не удовлетворились возможностью жить безбедно на новом месте, фальшиво завывая "Мама, мама, что я буду делать?". Ведь ради этого им придется выступать в клетке, на коленях, да еще и в наморднике. Дядя Вова, хоть и с омерзением, но вполне удачно "вписавшийся в рынок", пытается покончить с собой, как только понимает, что пути домой нет, а Гедеван его поддерживает. Они готовы немного покривляться, если это требуется для выживания, но принять скотскую жизнь навсегда не хотят.

Настоящим хитом на Плюке становится любительская версия песни из фильма "Котовский" (1942) о веселой и разгульной жизни одесситок. Текст претерпел серьезные изменения. Фото: Kinorium

Человек - это звучит гордо?

Так может авторы хотели всего лишь сказать "Оставайтесь людьми в любой обстановке"? Может и так, но тут голову начинает сверлить другая мысль, вечно сопровождающая данелиевский шедевр: почему ж тогда далекая-далекая планета до того похожа на мир, в который мы сегодня пришли? Не смотри, что Плюк - пустыня, а его даже самые богатые обитатели одеты, как последние "бичи" - потому и мы и смеемся над нелепостью Плюка, что в его проблемах мы видим наши точки напряжения, но выкрученные до предела. И если мы их узнаем сегодня, значит, авторы фильма заметили их 40 лет назад. Ну а раз сегодня мы все (это общее место даже в самых горячих дискуссиях) видим, что стали к этому пределу ближе, значит, точки эти были на самом деле долгосрочными тенденциями, что в момент создания фильма осознавал далеко не каждый. Даже из тех, кто их видел. Многим в позднем СССР казалось, что все трудности - временные, надо лишь потерпеть, а Данелия прокричал в голос: "Это не кончится!". Так вот чтобы не спорить в очередной раз, какой из -измов виноват в появлении этих тенденций, давайте продолжим крик Данелии: "Это не кончится, если мы не…".

Не - что? А вот тут уже пусть каждый решает для себя сам, но как минимум парочку однозначно толкуемых ответов режиссер все же дал: не пресмыкайтесь перед другими только потому, что у них много КЦ и малиновые штаны, и не ищите удовольствия в том, чтобы плевать на тех, кто ползает на четвереньках перед вами.

Ах да! И не жмите бездумно на всякие непонятные кнопки, чтобы вдруг не оказаться в пустыне.

В качестве фантастической планеты выступила пустыня Каракумы Туркменской ССР. Фото: Kinorium