27.11.2020 00:00
Власть

Выжутович: Вахтин - фигура столь же значительная, сколь и недооцененная

Текст:  Валерий Выжутович (политический обозреватель)
Российская газета - Федеральный выпуск: №268 (8322)
Через два дня исполнится 90 лет со дня рождения Бориса Вахтина. В культурном пейзаже российского двадцатого столетия Борис Вахтин - фигура столь же значительная, сколь и недооцененная, незаслуженно забытая. Прозаик, драматург, востоковед. Филолог и философ. По качеству прозы и литературной судьбе - прямой наследник Зощенко и Платонова.
Читать на сайте RG.RU

Широкой публике, однако, его имя встречалось (и едва ли запомнилось) только в титрах телефильма "На всю оставшуюся жизнь", где Вахтин был соавтором сценария по повести своей матери Веры Пановой, и на афише московского театрального шедевра по его собственной повести "Одна абсолютно счастливая деревня". И то и другое поставил Петр Фоменко. Собственно, он и напомнил о Вахтине.

Выжутович: Прожиточный минимум обновит черту бедности

Борис Вахтин родился в Ростове-на-Дону, где его отец, тоже Борис, работал собственным корреспондентом "Комсомольской правды". В 1935 году Бориса-старшего арестовали как троцкиста и в 1938-м расстреляли. Панова, опасаясь преследований, перебралась с детьми из Ростова-на-Дону в с. Шишаки Полтавской области. Позже, уже во время войны, ей удастся переправить детей в Пермь.

В 1947 году Борис-младший переезжает к матери в Ленинград. В 1949-м поступает на китайское отделение восточного факультета ЛГУ. Затем работает в Ленинградском отделении Института народов Азии АН СССР. Заканчивает университет и поступает в аспирантуру. Учится у академиков В. М. Алексеева и Н. И. Конрада. Будучи аспирантом, вместе с этнографом Р. Ф. Итсом составляет для серии "Литературные памятники" книгу "Эпические сказания народов Южного Китая". В 1959 году защищает кандидатскую, часть которой потом включает в свою монографию "Страна Хань. Очерки о культуре древнего Китая". В 1959 году выходят его переводы "Юэфу. Из древних китайских песен".

В середине 50-х сын врага народа Вахтина и трижды лауреата Сталинских премий Пановой начинает писать прозу. "Он вошел в литературу конца 1950-х - начала 1960-х годов свободной, раскованной походкой, без оглядки на официоз и на моду, - отмечает петербургский критик Марк Амусин. - Главное его произведение того времени - "Три повести с тремя эпилогами" - можно рассматривать как своеобразную декларацию независимости. Независимости не только от норм кондового и господствовавшего социалистического реализма, но и от канонов русской классической литературы, на которые в ту пору ориентировалось большинство честных и взыскательных авторов".

В культурном  пейзаже российского двадцатого столетия Борис Вахтин - фигура столь же значительная, сколь и недооцененная

В 1964 году вместе с Владимиром Марамзиным, Игорем Ефимовым и Владимиром Губиным Вахтин создал литературную группу "Горожане". Позже в нее вошел Сергей Довлатов. "Горожане" манифестировали обновление русского языка и надеялись на официальное признание. Довлатов, знавший Вахтина по "Горожанам", в своей книге "Ремесло" эскизно набросал его портрет: "Мужественный, энергичный - Борис чрезвычайно к себе располагал. Излишняя театральность его манер порою вызывала насмешки. Однако же - насмешки тайные. Смеяться открыто не решались. <...> Мне известно, что Вахтин совершил немало добрых поступков элементарного житейского толка. <...> К нему шли жертвы всяческих беззаконий. Еще мне импонировала в нем черточка ленивого барства. Его неизменная готовность раскошелиться. То есть буквально - заплатить за всех...".

В 1964 году Вахтин выступил на суде в поддержку Иосифа Бродского. В 1966-м во время суда над Андреем Синявским и Юлием Даниэлем вел записи, позже вошедшие в "Хронику текущих событий". В 1974 году привлекался свидетелем по делу Владимира Марамзина и Михаила Хейфеца (они преследовались за составление для самиздата машинописного собрания сочинений Бродского в 5 томах). Свою добровольную вовлеченность в чужие заботы и несчастья Вахтин объяснил в опубликованном после его смерти эссе "Письма самому себе" (написано в 1967 г.):

Выжутович: Массовых увольнений во всех отраслях, скорее всего, не будет

"Осенью началась травля поэта Бродского. Я мало знал его тогда. В компаниях он был нервен и неточен, речь опережала мысль, он производил впечатление человека капризного и ненадежного. Но незадолго до того, как его начали травить, мы встретились с ним с глазу на глаз, и он поразил меня. Точный и честный перед собой в каждом слове, с необыкновенно ясным умом и громадной одаренностью, он сохранил самого себя, не скрываясь ни за какой из личин, которые к тому времени я хорошо - до утомления и скуки - знал. Это было человеческое лицо среди масок. До сих пор я не люблю встречаться с ним в компаниях и ценю те немногие минуты, которые мы проводим вдвоем.

Невозможно было сохранить свое лето, и я вмешался в тот шабаш, который начался вокруг Бродского, играя в нем роль подсобного черта. Это привело к возникновению новых и унылых связей между мной и суетой. Я получил квалификацию "порядочного человека" и "прогрессивно-мыслящего" и неожиданно для себя стал вовлекаться во множество чужих забот, дел и несчастий. Отказаться от участия я уже не мог - это было бы столь же неэтично, как врачу - отказаться помочь больному".

В 1964 году Вахтин выступил на суде в поддержку Иосифа Бродского

С 1977 года рассказы и повести Вахтина печатались в эмигрантских журналах. А в 1979-м с повестью "Дубленка" он стал одним из авторов знаменитого неподцензурного альманаха "Метрополь". Умер в Ленинграде 12 ноября 1981 года, от второго инфаркта. Похоронен на кладбище в Комарово.

Был ли Вахтин диссидентом? Скорее нет, чем да. Нонконформист - более точное слово. Честный советский нонкомформист, которому обязанность кормить семью мешала оставить казенную службу, а человеческая порядочность не позволяла соучаствовать во лжи.

Позиция