Архив Волгоградской области обратился к землякам с просьбой поделиться хранящимися дома письмами, которые писали солдаты и офицеры Великой Отечественной войны. Люди откликнулись. Кто-то передавал оригиналы, но в большинстве случаев разрешали снять копию. Заметный вклад сделал военкомат, в чьих фондах нашлось немало интересного. Всего поступило свыше 600 документов.
"Мы их положили на вечное хранение. По письму можно проследить настроения в обществе. В 41-42-м годах был пессимизм. А в 44-45-м каждый человек уже уверен в победе, - рассказал директор архива Александр Коломыткин.
Как отмечают архивисты, эти послания очень отличаются от того, что пишем сегодня мы. Современные люди рассказывают о каких-то событиях, доносят информацию. Письма с фронта - по большому счету ни о чем. Авторы мало сообщают о своей жизни. Тут было важно показать, что они живы и любят своих близких. Сегодня в такой ситуации просто ставят лайк.
Вот что пишет Е. Бондаренко 10 сентября 1942 года: "Дорогие мои Катя, Женя, Алеша, Костя, Люба. Я вам написал уже письмо и решил написать еще одно. <...> Кормят нас хорошо, едим арбузы, получаем табак, мыло. Обмундировали нас. Занимаюсь на курсах радистов".
А вот письмо Виктора Костяева родным заурядным не назовешь. Видимо, боец написал его заранее, 15 июля 1944 года. И завещал товарищам переслать бумажный треугольник домой, если его убьют в бою. Вот что можно прочесть: "Здравствуйте, мама и братишка Миша. Здравствуйте последний раз и прощайте навсегда. Больше я не получу от вас писем. И вам не нужно ждать от меня. По-моему, вам, мама и братишка Миша, понятно почему: меня уже больше нет. Больше я не увижу вас, мои дорогие, а вы не увидите меня. В далекой балтийской Эстонии во имя свободы и независимости нашей великой Родины отдал я свою молодую жизнь без капли сожаления и страха перед смертью. Дорогая мама, братишка Миша, когда вы получите это письмо, то, прошу вас, не плачьте и не горюйте обо мне, а продолжайте жить так, как вы жили до этого. Конечно, я понимаю, как вам будет печально. Но вы гордитесь тем, что ваш сын и брат погиб во святом бою за свободу и независимость нашей Родины, в бою с подлой шайкой немецких бандитов. <...> Мама и братишка Миша, дочитав это письмо, передайте привет всем родным, братьям и сестрам, товарищам и подругам моим. И скажите им, что я, умирая, вспоминал всех их и пламенно целовал".
Анатолий Пономарев обращается к семье 21 марта 1944 года: "Здравствуйте, мои дорогие мама, папа и Ада. Вчера я получил письмо от тети Веры и узнал радостную весть - все вы живы и снова в Сталинграде. Около года я не имел от вас никаких известий, много передумал о вашей судьбе. Но теперь я немного спокоен: вы снова вместе, осталось дело за мной. Но меня вам, дорогие родители, придется подождать. Скоро уничтожим фашистскую гадину и тогда я предстану перед вами "как штык". Нахожусь я в парашютно-десантной части, артиллеристом. Сегодня буду 2 раз прыгать с колбасы (400 - 500 м). Напишите, почему Адя бросила учиться в СТИ, а также подробно сообщите о вашей жизни, а также что стало со Сталинградом!!!".
Ветеран Виктор Шестель ушел на фронт в 1944 году и дошел до Берлина. Небольшую весточку он черкнул и немцам, на стене Рейхстага: "Солдат-победитель Шестель В.Ф."
- Письменным столом нам служил котелок. Взял у замполита листок бумаги, написал, сложил треугольником. Особо не расписывали. Я просто излагал: "Здравствуй, мама. Жив-здоров. На этом заканчиваю письмо, иду вперед", - вспоминает Виктор Федорович. - А мне из дома рассказывали, кто получил похоронку, как живут друзья, знакомые. Нам было по 17-18 лет, поэтому писали нам только мамы. Невест никто не успел найти. Если только школьные подруги, с которыми бегали. Эти письма, конечно, нужно хранить веками. Это память для внуков и правнуков, это слезы матерей".