Стрим с места события
Сразу три меры борьбы с насилием в школе предлагают депутаты, юристы и педагоги - законодательно ограничить стрим в прямом эфире, обнародование видео и фото с мест событий; дать учителям в руки инструмент изоляции невменяемого ребенка вплоть до его перевода в спецшколу; увеличить штрафы для родителей и ужесточать систему уголовного наказания несовершеннолетних.
- Надо останавливать доступ к видео- и фотоматериалам нападений на школы для СМИ и соцсетей, - убеждена депутат Госдумы Татьяна Буцкая. - Опыт показывает, что информация с места трагедии имеет вирусное распространение и провоцирует повторение трагедий. Поэтому мы разрабатываем пакет документов, который будет регулировать самоцензуру СМИ, когда навигатор будет указывать, какие фото и документы нельзя размещать в СМИ. И речь не идет о цензуре, речь идет о здравомыслии. Как и в случае с соцсетями, где регулятор, а я думаю, это будет бот, который будет удалять такие стримы и выявлять видео и фразы экстремистского толка.
Как заметила Буцкая, такая работа юристами, педагогами и айтишниками уже ведется. А директор Национального родительского комитета РФ Юрий Оболонский обратил внимание разработчиков новых положений закона на бесправие учителей.
- У директора школы должен быть механизм, при котором невменяемый ученик может быть изолирован, - заявил Юрий Оболонский в интервью "РГ". - Надо дать учителям в руки инструмент изоляции невменяемого ребенка. Местом изоляции должна быть другая школа - спецшкола. Разумеется, над педагогами нужен контроль родительского комитета. Если травля или инцидент были один раз, нужна профилактическая работа с учеником и его родителями. Если хулиган мешает детям системно, ответ на его агрессию должен быть по нарастающей - штрафы для родителей, учет ребенка в МВД, трудотерапия и перевод в спецшколу.
Как сообщил Оболонский, такая работа - по наделению педагогов полномочиями изоляции "трудных" детей, уже ведется. Разрабатывается и система внушительных штрафов родителей, а в действующем законе расширен список преступлений, возраст уголовной ответственности за совершение которых наступает с 14 лет. В этот перечень вошли теракты и диверсии, куда включены и нападения на школы.
Металлоискатель не панацея
- Но мы не должны передавливать, - считает кризисный психолог Ольга Софьянова. - Подростки на фоне ускорения цифровизации, роста объема знаний и требований к ним на первое место ставят не учебу, а общение. Так они реагируют на давление, когда не могут выразить или сделать то, что хотят. А в сочетании с сексуальным развитием и ростом агрессии копятся раздражение и злость, они выплескиваются в травлю, шутинг и поножовщину. Вот почему вместе с ужесточением наказания нам нужны уроки психологии в школе, чтобы дети понимали, на какой стадии развития они находятся, их надо учить понимать себя и управлять своими эмоциями.
Пока же в разных городах обсуждается идея ужесточения охраны школ. Или, как написали родители в одном из чатов Уфы, "надо поставить как в аэропортах или в метро тепловизор".
- Я бы предостерег как от "военизирования" школ, так и от "экономии" бюджета на охране детей, - предупреждает вице-президент Ассоциации предприятий "Школа без опасности" Сергей Силивончик. - После первых "стрелков" в школах уже вводились сложные системы безопасности, которые вскоре отключали. Прокуратура, СЭС, МЧС замучили проверками. Итог - нельзя идти по пути как обязывания школ закупать дорогостоящее оборудование, так и экономить на охране, принимая на работу тех, кто подешевле.
Как признают педагоги и службы безопасности, рамки бюджета на охрану школ до сих пор не урегулированы. Разброс мнений максимален. От идеи о том, что рамка металлодетектора должна срабатывать на каждом ребенке, и до идеи тепловизора в школах. Однако в первом случае ни один урок не начнется вовремя, во втором - колоссальные расходы, и к тому же ионизация от энтероскопа вредит здоровью, если ей подвергаться каждый день. И, наконец, случай в Красноярске, где ребенок напал на учителя и ровесников с электрошокером, показал, что в школе не было охраны. Только вахтер. Вот и выходит, что односторонний крен в сторону охраны не решает главную проблему - внешняя проблема безопасности не отвечает на вопрос о внутренней безопасности ребенка - что его заставило взять в руки оружие?
В Красноярске ученица устроила поджог в школе, пострадали детиИнсайт-люди
"Пацан сказал - пацан сделал", - написал у себя на страничке в "ВК" подросток из Петербурга. Он месяц в соцсети намекал, что близок к мести за кибербуллинг. Так и написал: "О, инсайт!" И лайкнул видеоигру Tropico 6, где нужно несколько жизней жить в облике диктатора колонии, которая выполняет все его указания. И вот этот булькающий в смартфонах "инсайт" (англ. insight - "понимание", синоним прозрения) можно слышать на школьных переменах, где дети часто не шалят, а сидят в гаджетах в погоне за неким инсайт-озарением. А потом, как в Москве или Красноярске, воспроизводя видеоигру, угрожают всем, кто под руку попался.
- Проблему нужно решать не в узкой системе образования, семьи или психологии ребенка, - это части новой культурологической проблемы нескольких поколений и ведомств, - убежден омбудсмен в сфере образования Амет Володарский. - Дети начали решать свои проблемы с помощью оружия в новом инфополе, а число гаджетов и зависимостей от них растут, растут негативная информация и серии игр в насилие. Поэтому сегодня стоит задача максимально оградить ребенка от такого информационного поля. Ведь у детей нет навыков ставить психологический барьер. Одно из решений - поставить барьер на федеральном уровне. Должна быть маркировка на негативный контент, а там, где она есть и не работает, надо вводить жесткие санкции.
Как считает Володарский, следующий шаг сложнее - внедрение позитивного культурологического контекста времени. Так, если в прежние эпохи героем нашего времени были стахановец, космонавт, ученый, в 90-е - "красный пиджак", то сегодня герой соцсетей - "чел" с оружием". Именно герой-преступник собирает больше всех кликов - мерило востребованности временем.
- Значит, клики и клибаленость надо развивать в сторону культурологических фильтров, создавая свой контекст видеоигр, мультфильмов, аудиокниг, - считает директор фонда "Общественное мнение" Лариса Паутова. - Взрослым и детям надо выходить из эмоциональной обороны и общаться с социумом. Ведь социальная поддержка, поддержка близких в обществе высоки, растут ценность семьи и доверие к институтам, хотя социальный цинизм тоже высок и доверие к людям снизилось. Значит, любая самозабота, в том числе родителей о детях, нужна и важна. Этому надо учить. Надо искать смыслы вместе.
Как узнать, что ребенок готовит нападение?
- Изменение поведения в Сети (агрессивные ники, ники с шифрами, например, 11.09.2001, намеки на "избранность").
- Резкий интерес к оружию (поисковики в интернете, спецсайты, журналы, фото и т.д.).
- Стиль милитари, черный цвет в одежде ("мерчи"-надписи "Hate" (ненависть), "Anger" (гнев), "Mein kampf" (моя борьба) и другая визуализация насилия).
- Намеки-сообщения в чатах (школы, класса) или в соцсетях: "Час Х наступит завтра", "Вы меня еще вспомните", "Завтра будет последний день" и т.п.