- Стихотворение подобно человеку - у него есть лицо, ум и сердце.
- Н. Заболоцкий
В поэзию Андрея Дмитриевича Анпилова привела отцовская гитара. Она появилась в доме осенью 1968 года. Андрею было двенадцать лет. Первое, что напел тогда отец-фронтовик: "Темная ночь, только пули свистят по степи, только ветер гудит в проводах, тускло звезды мерцают...".
И вот сейчас, если оглянуться на все написанное и спетое Андреем, то над всем этим светится песня про темную ночь, про глубину ласковых глаз и ожидание у детской кроватки.
Вообще-то отец был художником* и не пел на людях, лишь напевал за работой. И это тоже передалось Андрею. Свои песни он поет так, будто боится разбудить ребенка.
Андрей вырос в семье, где не надо было повышать голос, чтобы быть услышанным. И гитара тому служила.
В доме еще и балалайка жила, и по вечерам отец подыгрывал на ней сыну-подростку, настраивая тем самым струны взаимопонимания.
- Мы играли простое, народное,
- Фронтовое, живое, подробное,
- Или вальсы еще довоенные -
- Шум вечерней листвы, шорох платья -
- В две гитары простые, смиренные...
В юности трудно расслышать мелодию своей жизни. Вслед за отцом и старшей сестрой Галей Андрей выбрал стезю художника, закончил факультет прикладного искусства Московского текстильного института. Потом - армия, где художники были на особом положении. Только им, мастерам боевых листков и дембельских альбомов, иногда разрешалось уединение.
В общем, жизнь не настаивала на литературных занятиях. Андрей легко мог оказаться в кино или стать книжным иллюстратором (и он пробовал себя в этой роли), но вот гитара... Нет, она тоже ни к чему не обязывала, но сочинялись песни, потом стихи - и снова песни.
Гитара дала кусок хлеба и тем самым помогла остаться самим собой, вне писательских распрей и толкотни прокуренных редакций. Сочинять можно было не по тяжкой повинности, а лишь когда "мысли в голове волнуются в отваге, и рифмы легкие навстречу им бегут, и пальцы просятся к перу, перо к бумаге...".
К счастью, это происходит с Андреем каждый день: мысли волнуются, рифмы легкие бегут ему навстречу...
Не только рифмы, но и сами стихи Андрея кажутся легкими, прозрачными. Они не бросаются в глаза.
Бывает такой дождь: грибной, смешанный с солнцем, он не досаждает никому. Можно пройти под ним, не промокнув.
Вот и стихи такие у Андрея, и песни. Спокойные. Обыкновенные, как всякое настоящее чудо.
Вспоминаются строгие и ясные слова Николая Заболоцкого: "Стихотворение подобно человеку - у него есть лицо, ум и сердце. Если человек не дикарь и не глупец, его лицо всегда более или менее спокойно. Так же спокойно должно быть и лицо стихотворения...".
У стихов Андрея Анпилова как раз такие лица - спокойные лики родных людей.
70 лет назад, 17 апреля 1956 года, в Москве родился поэт Андрей Дмитриевич Анпилов.
* Дмитрий Степанович Анпилов - художник-мультипликатор; участвовал в создании многих анимационных фильмов, ставших классикой отечественного кино.
* * *
- Огоньки горят, трепещут лица,
- Даже те, что были непригожи -
- Вы прекрасны - в вас дрожит крупица,
- Ветер Воскресения, о Боже.
- Дети и вчерашние старухи,
- Парни с бородами - врозь и вместе -
- Взгляд высокий, лоб, сережка в ухе
- И уста, свободные для песни.
- Кто вы, дорогие, и откуда,
- На себя вдруг стали так похожи
- От надежды общей и от чуда
- Воскресенья чистого, о Боже...
Мы разбудим тебя колокольчиком
- "Мы разбудим тебя колокольчиком", -
- Голос слышится, словно с небес,
- В чутком сне на миру неустойчивом,
- Электричка бежит через лес.
- Человек прикорнет от усталости,
- "Я немного посплю, ничего?.."
- Не откажет ведь в этакой малости
- Бог, недавно воскресший его.
- Долго тянется служба вечерняя,
- Возвращаются вместе с отцом
- Рядом девочки, дочки, наверное,
- Та с яичком, а та с бубенцом.
- "Колокольчиком" - время чуть замерло,
- Проплывает дорога во сне...
- "Мы разбудим тебя", - голос ангела
- Обещает как будто и мне.
Аист Божий
- Длинноногая веточка с крыльями,
- Чудо в перьях, малиновый нос,
- На проселки весенние пыльные
- Сам себя, как младенца, принес.
- Мимо бледных полей с деревеньками,
- Славя Бога и месяц апрель,
- Ты шагаешь, сверкая коленками,
- Словно птичий какой паганель.
- Это все крестный ход называется,
- Люди, песни, иконы, глаза,
- Мир глядит, про себя улыбается,
- Что бывают еще чудеса.
- Из Ассизи, Афона, Дивеева
- Весть благая, не сбившись с пути,
- Вдаль идет по дороге рассеянно,
- Словно ангел живой во плоти.
* * *
- Те, кто терпели, чуть светятся
- Как на пороге тюрьмы,
- Скоро откроют, все встретятся,
- Господи, вот они мы.
- Эта улыбка прозрачная
- И неуверенный взгляд
- Пламенем легким охвачены,
- Больше не надо назад.
- Господи, долго ли мучится,
- Верить надежде не сметь,
- Может, всем вместе получится
- Перешагнуть через смерть.
Отец сказал: "А тебя мы купили в Марьинском Мосторге, мальчик нам понравился, и мы решили его взять...".
И я поверил мгновенно.
И даже вспомнил, на какой полке и в какой картонной коробке находился, пока был ничей.
Марьинский Мосторг был пока единственным промтоварным магазином, где я уже бывал, потому что там был отдел игрушек, а находился Мосторг от нашего дома недалеко.
Из книги Андрея Анпилова "Марьина Роща". Журнал "Новый мир", N 12, 2025.
Пишите Дмитрию Шеварову: dmitri.shevarov@yandex.ru