По данным Счетной палаты РФ, дефицит бюджета Кемеровской области составил 21,3 миллиарда рублей, Краснодарского края - 19,9 миллиарда, Иркутской области - 17,4 миллиарда. В чем же особенность этого года? "Суммарный дефицит составил почти 300 миллиардов, - пояснил директор Центра региональной политики РАНХиГС Владимир Климанов. - Им охвачено 56 регионов, чего не было в последние годы по итогам именно первого квартала. На него приходятся большие выплаты, например, по налогам на прибыль и на доходы физлиц (НДФЛ). Поэтому этот дефицит - тревожная метрика".
Что стало причиной такого роста? Губернатор Иркутской области Игорь Кобзев сообщал: это связано с нестабильностью цен и конъюнктурой мирового рынка. Регион экспортирует цветные металлы, лес, углеводороды. Любые колебания на этих рынках влияют на финансовое состояние крупных налогоплательщиков. Еще особенностью этого года Кобзев назвал резкое падение по НДФЛ.
В Кузбассе больше всего сократились поступления от предприятий угольной и металлургической отраслей. Это тоже связано с их зависимостью от мировых рынков. Прибыль добывающих компаний, по данным Кемеровостата, за январь по сравнению с январем 2025-го снизилась в 3,8 раза. Похожая ситуация в Краснодарском крае. Недобор налога на прибыль организаций по сравнению с первым кварталом 2025 года составил 17,1 процента. При этом на Кубани увеличились поступления от НДФЛ, налога на имущество, акцизов. Но ситуацию это не перебороло.
И какие перспективы у этих регионов? Интересная ситуация на Кубани. За апрель она изменилась кардинально. По данным минфина Кубани, на 1 мая, дефицит уже был 3,5 миллиарда. За счет чего конкретно произошло такое снижение, минэкономики региона, отвечая на вопросы "РГ", не сообщило. По данным на май, дефицит консолидированного бюджета края в годовом выражении принят на уровне 60 миллиардов при доходах 708,2 миллиарда. Дефицит - 8,5 процента. По Бюджетному кодексу этот показатель не должен превышать 15 процентов. На фоне общего увеличения дефицита разница в доходах и расходах в размере 3,5 миллиарда (на 1 мая) не кажется уже такой катастрофической.
В Иркутской области падение собственных доходов идет уже не первый год. И пока нет признаков изменения тенденции. Но у региона есть перспективы. За спадом конъюнктуры следует подъем, цены вырастут (в некоторых сегментах - уже растут), экспортеры вновь "набьют кубышку", и бюджет получит больше отчислений. Иркутская область - регион с мощной сырьевой, энергетической и индустриальной базой. Это - фундамент его социально-экономического положения. И дефицит даже в десятки миллиардов этот фундамент не разрушит.
В Кузбассе тоже пока формирование профицита бюджета не прогнозируется, сообщили в областном минфине. И регион прорабатывает вопрос о привлечении средств федерального бюджета в порядке, установленном бюджетным законодательством. Есть и еще на что опереться кузбасским финансам. Чтобы наполнить бюджет, по-прежнему зависящий от угледобычи, нужно развивать другие отрасли - диверсифицировать экономику. Уже сделана серьезная ставка на развитие туризма, и доходы от него растут. Есть и другие перспективы. "Санкции принесли много проблем, но в сфере производства горно-шахтного оборудования они открыли перед Кузбассом окно возможностей, - сообщил губернатор Кемеровской области Илья Середюк. - Наши машиностроители получили мощный стимул для расширения производства".
Есть еще один резерв. Лучше продавать в другие страны продукты углехимии с высокой добавленной стоимостью, а не сырье, пусть даже обогащенное. О необходимости развивать в Кузбассе глубокую переработку угля (как и строить современные угольные теплоэлектростанции) говорится не первый год. Может, теперь ситуация изменится?
Сам по себе дефицит не всегда говорит о сложном финансовом положении региона, считает главный экономист Института экономики роста им. П. А. Столыпина Борис Копейкин.
"Дефицит и долг, - пояснил он, - нормальные инструменты, которые при умелом использовании позволяют территориям развиваться опережающими темпами. Особенно когда с их помощью финансируется инфраструктура, позволяющая экономике в перспективе расти быстрее, что сейчас особенно актуально. Так, в ряде европейских стран и в Китае долги региональных властей по отношению к доходам бюджета в разы больше, чем у субъектов России. Гораздо опаснее, когда в долг финансируется текущая деятельность". Необходимо обращать внимание, по словам эксперта, на структуру погашения долга и уровень процентной нагрузки в сравнении с размерами поступлений в региональный бюджет, так как за похожими цифрами могут стоять совсем разные финансовые ситуации. "Если в Кемеровской и Вологодской областях дефицит, вероятно, стал следствием не лучшей ситуации с налоговыми платежами от угольной отрасли и черной металлургии на фоне сложной рыночной конъюнктуры, то заметные по суммам дефициты в ХМАО и Московской области вряд ли должны вызывать такой же уровень обеспокоенности", - считает Борис Копейкин.
Регионам предстоит пойти на достаточно серьезные меры по оздоровлению региональных финансов, уверен директор Центра региональной политики РАНХиГС Владимир Климанов. "Федеральные власти понимают это, и сейчас законодатели принимают поправки, - напомнил он, - которые позволят регионам, во-первых, превышать установленные параметры предельного объема долга, поскольку не все вписываются в бюджетное законодательство. А во-вторых, есть решение о перенесении сроков выплат по бюджетным кредитам из федерального бюджета на несколько лет вперед. Такая отсрочка в выплате долговых обязательств даст регионам возможность приостановить развитие ситуации, которая сейчас разворачивается".
Аналогичное мнение высказала и доцент кафедры государственных и муниципальных финансов РЭУ им. Г. В. Плеханова Мери Валишвили. По ее словам, предусмотренный поправками в Бюджетный кодекс перенос срока погашения трети задолженности по бюджетным кредитам с 2026 года на 2030 год позволит существенно сократить давление на субъекты по исполнению обязательств и направить высвободившиеся средства на решение текущих вопросов. Кроме того, подспорьем выступят новые сверхкороткие кредиты "под потребность" - они станут инструментом покрытия кассовых разрывов и будут выдаваться под 0,1 процента со сроком возврата не позднее пяти рабочих дней месяца, следующего за месяцем его предоставления.
Подготовили Галина Полоскова, Татьяна Панина.