Сбрил бороду и поехал в военкомат
До определенного момента жизнь отца Алексия Новоселова была абсолютно типична для провинциального священника, со всеми присущими этому пути бытовыми трудностями и духовными радостями и которую можно охарактеризовать словами из литургической молитвы, в которой у Бога просится "тихое и безмолвное житие, поживем во всяком благочестии и чистоте". Выходец из многодетной священнической семьи с самого детства не мыслил себе иной судьбы. Учеба в Московской духовной семинарии, женитьба на студентке с регентского факультета, возвращение в Курганскую епархию, рождение четырех сыновей, 30 лет служения у престола в различных храмах региона - в основном сельских и маленьких городков, настоятель, благочинный церковного округа…
Казалось, ничего не предвещало изменений. Но в 50 лет что-то пошло не так.
В начале 2023 года в окно к отцу Алексию постучала костлявая рука смерти: у батюшки обнаружили высокую стадию цирроза печени. Прогноз врачей был неутешителен: болезнь стремительно прогрессирует, уже разрушается не только печень, но и связанные с ней органы. Рекомендация: срочная пересадка печени. Но гарантий никаких.
Отец Алексий посоветовался с супругой, и оба решили отказаться от операции: на все Божья воля, и сколько уж на роду отмерено.
Но ждать смерти, лежа на своей постели, отец Алексий не стал. Решил взглянуть костлявой в лицо, вспомнив слова из Евангелия: "Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих". Испокон веков Церковь приравнивала гибель на поле брани за Отечество к мученической кончине. Батюшка долго не думал: сбрил бороду и поехал в Курган, в пункт отбора на СВО по контракту.
Так для отца Алексия началась новая жизнь.
Отец Алексий стал штурмовиком Птахой
Самое удивительное, что отец Алексий, а точнее старший сержант (звание, оставшееся от срочной службы) Алексей Новоселов, попал не абы куда, а в десантные войска - в Ивановскую дивизию ВДВ. Объясняется это довольно просто: на медкомиссии он скрыл свое заболевание, а для 50 лет батюшка выглядел довольно крепким благодаря постоянному физическому труду на селе.
По церковным канонам, если священник берет в руки автомат, то на него накладывается епитимья: 10 лет запрета на служение в церкви в качестве священнослужителя. Но в случае с Новоселовым этот запрет выглядел как мертвому припарка. Он понимал, что, уходя на СВО, покупает билет в один конец, если не случится какое-то чудо. Изумленным домашним, которые его никогда в жизни не видели без бороды, объявил о своем отъезде на СВО за день до отправления.
Когда Новоселов прибыл в место расположения воинской части, его определили в подразделение БПЛА, отсюда и позывной, который к нему прикрепился до самого окончания контракта, - Птаха. Но "летать" Птаха так и не стал: в 2023 году больше были нужны штурмовики, в которые его и определили после окончания курса молодого бойца.
Свой духовный сан Новоселов скрыл от командиров и сослуживцев. Он стремился попасть на передовую и не желал, чтобы к нему проявляли особое отношение. "Я желал быть просто солдатом, таким, как все", - коротко объясняет он.
"От этих попов нигде не скрыться"
Но тема веры так или иначе продолжала присутствовать в жизни Птахи. Ею, как он заметил, был наэлектризован сам воздух на фронте.
"Признаюсь, что раньше я скептически относился к утверждению, что в окопах атеистов нет. Но это оказалось действительно так. Такой веры, как на СВО, я нигде не видел", - признается Новоселов.
Началось с того, что первым человеком, которого "молодое пополнение" увидело "за ленточкой", оказался священник.
- Только мы выгрузились из машины на полигоне в Северо-Донецке, как к нам подошел крупный бородатый человек в камуфляже и предложил взять с собой на передовую крестики и иконки, - вспоминает батюшка-десантник.
Бойцы восприняли это предложение неоднозначно. Кто-то с радостью, а кто-то настороженно. "И тут тоже попы, нигде от них не скрыться!" - недовольно буркнул один из сослуживцев Новоселова по имени Сергей.
Второй раз Птаха встретился с этим Серегой в пункте временной дислокации через пару недель - после того, как оба побывали на своем первом боевом задании. И первый вопрос сослуживца был: "Вы здесь батюшку не видали?" Выяснилось, что его подразделение в окрестностях Бахмута попало под минометный обстрел. Десантники были вынуждены спрятаться в первом попавшемся блиндаже. Одна из мин прошила крышу и застряла в стене между бревнами. Все бросились на землю. Прошло пять секунд, десять, двадцать… "В этот момент я молился всем святым, просто как мог, - признался Сергей. - Если бы мина взорвалась, то там была бы братская могила. Но она не взорвалась".
Новоселов рассказывает, что они затем полдня в Северодонецке искали место на крышах домов, где Серега таки смог поймать сигнал сотовой связи и дозвониться до своей супруги. Единственная его просьба к благоверной была, чтобы она поставила свечи о здравии во всех церквях, которые есть в городе.
Посадили за "баранку"
- Что было для вас самым тяжелым на фронте? К чему труднее всего было привыкнуть? - интересуюсь я у своего собеседника.
- В физическом плане - к нагрузкам. Попробуйте в бронежилете, каске и с автоматом или гранатометом в руках преодолеть полосу препятствия - все поймете. Это дополнительные 30 - 40 килограммов давят на вас. Я всегда считал священническое служение очень тяжелым - до пяти часов на ногах на богослужениях и потом еще мотаешься по требам, часто весь день. Но на войне понял, что с солдатской нагрузкой это почти ничто. Ну а в моральном плане - самое тяжелое терять боевых товарищей, собирать их, нередко по частям, в черные мешки… Я же после штурмов во взвод огневой поддержки был определен, который занимался в том числе и эвакуацией.
То, что Новоселов был священником, командиры не знали до последнего дня. А вот то, что он оказался опытным автомехаником - узнали и возрадовались. Да, в этом деле Птаха был самоучка, но с огромным опытом.
В лихих 90-х одними из самых обездоленных категорий общества были сельские и вообще провинциальные священники, как правило - многодетные. Знал одну такую семью - хлеб с маслом ели только по воскресеньям. Батюшки выживали тем, что шли на вторую работу, брались за любую подработку. Кто-то дворничал, кто-то устраивался пожарным или учителем.
Отец Алексий чинил автомобили. Делал он это самозабвенно, даже талантливо. И кузова красил, и двигатели чинил, и в электронике разбирался. Восстанавливал такие разбитые "ведра", за которые и в сервисах порой отказывались браться. Для малоимущих сельчан часто просто за полмешка картошки или трехлитровую банку молока.
Узнав про то, что его боец бывший автомеханик, командир перевел Птаху в механики-водители на машину взвода прикрытия, которая развозит на передок бойцов, боекомплект и провизию, а также собирает с поля боя павших и раненых. Часто под шквальным огнем. Впрочем, как и все в его группе, батюшка-десантник был универсальным бойцом: мог и из гранатомета шмальнуть при случае. А таких случаев было много. Официально он продолжал числиться в подразделении стрелком.
"Я думал, что ты ненормальный"
На поле брани смерти специально не искал, но и убегать от нее не собирался. Так, еще в начале своего фронтового пути, он был единственным из трех водителей службы эвакуации своего полка, кто добровольно вызвался доставить груз в Бахмут, тогда еще переходивший из рук в руки. Именно в Бахмуте его и ранили первый раз: попал под минометный обстрел.
"УАЗ Пикап", за рулем которого сидел бывший священник, взрывной волной смяло как алюминиевую банку из-под "кока-колы", превратив в бесформенную массу. Разорвало в клочья даже водительское сиденье. А он выжил. Оглушенный, с трудом выбрался из того, что осталось от машины, обжигаясь о раскаленное железо. И пошел пешком до своих. Кроме контузии у него были диагностированы только мелкие осколочные ранения. Он даже в госпиталь ложиться не стал. "Это Господь меня уберег", - объясняет он. А осколки до сих пор в его теле: магнитом их нащупывает.
Всего на фронте Птаха провел три года. За участие во взятии Часова Яра в прошлом году получил свою очередную награду - медаль "За боевые заслуги". Тогда же, на исходе боев за город, он оказался ранен во второй раз - теперь уже серьезней - от снаряда FPV-дрона. Итог: несколько месяцев по госпиталям и демобилизация. Когда оформлял увольнение, открыл начальству свое церковное прошлое. Те были несказанно удивлены. "А я-то голову ломал: в чем тут дело? Не куришь, не пьешь, матом не ругаешься. Когда тебя самого костерят - молчишь. Думал - ненормальный. Оказалось - батюшка", - воскликнул один из командиров.
Опроверг медицинские каноны
В течение всего увлекательного рассказа своего собеседника меня подмывало задать один вопрос, но я боялся прервать его повествование. Наконец, задаю.
- Алексей Николаевич, а как так получилось. Перед отъездом на СВО вы, можно сказать, умирали, жили на таблетках и обезболивающих препаратах. Врачи вам давали времени совсем немного. И тут фронт: штурмовые действия в полной выкладке, стресс, бессонные ночи, бытовые неудобства, ранения. Как вы все это выдержали? И почему до сих пор живы?
Ветеран пожимает плечами и на несколько секунд задумывается.
- Даже не знаю, что ответить, кроме одного: Господь помог. Могу лишь констатировать, что о своих болячках я забыл после того, как первый раз оказался под обстрелом. После СВО я лег на обследование и выяснилось, что болезнь никуда не делась, просто она "заморозилась" на той стадии, на которой была зафиксирована в начале 2023 года. Как мне объяснили врачи, стресс мобилизирует защитные силы организма, и в нем запускается мощный адаптационный синдром. Впрочем, они и сами не особо верят в эту версию, так как признались, что я самим фактом своего существования опровергаю все медицинские каноны.
Из стрелка в главы района
По возвращении со спецоперации губернатор Курганской области Вадим Шумков предложил Новоселову поступить на муниципальную службу и возглавить Щучанский округ. Ветеран был озадачен и сначала отказывался: "Не справлюсь. Я никогда не был чиновником, а последние три года вообще кроме автомата, гранатомета и баранки от "буханки" ничего не держал". Но губернатор был непреклонен: "30 лет ты послужил Богу, три года Отечеству, послужи теперь и простым людям". Также аргументировал тем, что опыт работы с людьми в качестве священника очень поможет управиться и в муниципалитете. Сошлись на том, Новоселов сначала послужит первым замом - для опыта, а только потом возглавит округ. Так оно и вышло.
С Шумковым Новоселов познакомился еще до СВО, когда восстанавливал храм в селе Карачельское. Птаха тогда был целым благочинным церковного округа. С тех пор завязалось общение. Губернатор отправлял гуманитарную помощь подразделению, в котором воевал Новоселов. Когда у Птахи сожгли первый "УАЗ", а затем и второй, Шумков прислал на замену две точно такие же, но новенькие машины.
Разрушились стереотипы
- И что, ваше представление о работе чиновником совпало с реальностью?
- Категорически нет. Честно говоря, раньше я, как и все, относился к чиновникам с некоторым недоверием, считая их чуть ли не бездельниками. Но когда начал вникать во все сложности и задачи, стоящие перед властью, пришло понимание груза ответственности, а обывательский взгляд на деятельность администрации улетучился. Например, обращается ко мне человек с просьбой сделать дорогу в его переулке. Казалось - ерунда, отсыпать две машины гравия, сделать водоотведение. Но для этого нужно сначала заложить эти средства в бюджет, утвердить его, а потом выйти на официальные закупки. Иначе - нецелевое расходование средств со всеми вытекающими. И даже если я свои собственные деньги потрачу на ремонт дороги - меня просто посадят. Мой рабочий день начинается с 7 часов утра, а заканчивается… Честно скажу: никогда не возвращался домой сразу после окончания официального трудового дня. Часто приезжаю после 21-го, а иногда и за полночь.
Когда его положили на обследование по ранению (осколки остались в теле), в областной больнице состоялась еще одна знаменательная встреча. В один из дней к нему в палату вошла… председатель Совета Федерации РФ Валентина Матвиенко. Оказалось, что она специально приехала в госпиталь проведать бойцов СВО, проходивших здесь реабилитацию. Валентина Ивановна обстоятельно расспросила у Птахи о ходе лечения и удивилась тому, что этот неуемный ветеран рвался с больничной койки на свое рабочее место в муниципалитет. "Там же дел у меня невпроворот", - говорил он.
А еще Алексей Николаевич продолжает живо интересоваться тем, что происходит на передовой, скучает по боевым товарищам и активно с ними переписывается. Недавно они прислали Птахе видео с горящей машиной: украинцы сожгли последний "уазик", на котором он изъездил многие километры фронтовых дорог. "При этом я испытал щемящее чувство утраты, как по живому человеку", - признается новоиспеченный глава администрации.