Новости

10.05.2013 17:59
Рубрика: Культура

Дэйв Брубек вспоминает о войне

Вторая мировая война наложила отпечаток на судьбы многих людей, в том числе музыкантов из самых разных стран. В 2004 году джазовый пианист Дэйв Брубек записал сольный диск "Брубек делится личным", в который вошли композиции, отражавшие его военный путь. Это был путь лидера джазового оркестра, игравшего для укрепления морального духа солдат. Игра Дэйва на этом альбоме отличается особенной проникновенностью. Он практически не импровизирует, исполняя лишь мелодии, которые имели для него такое большое личное значение.

Ниже мы приводим на русском языке его предисловие к этому диску. Оно не отличается каким-либо пафосом или красочными описаниями. Брубек просто рассказывает свою историю, объясняя, какое отношение к ней имеет та или иная мелодия. Его не интересуют какие-либо оценки или обобщения. Он говорит только о себе, человеке, оказавшимся на войне и разделившим судьбу многих других людей.

Дэйв Брубек: предисловие к диску "Брубек делится личным"

"То, что мы знаем, может не позволить нам встретиться вновь"

"Хотел бы я знать, что могут значить эти слова для других поколений. Для нас, участников Второй мировой войны, они были особенно актуальны. Названия композиций, исполненных на этом CD, имеют тесное отношение к моей жизни в военные годы. Думаю, каждый человек, когда-либо носивший военную форму, сможет найти в моей истории что-то свое.

Прежде чем отправиться за океан в 1944 году, я получил возможность съездить на две недели домой, уладить там свои дела и попрощаться с теми, кого я любил. Мы все понимали, что следующая встреча наступит нескоро - если наступит вообще. До этого мне уже приходилось говорить "прощай" навсегда. Мои друзья-сокурсники из университета Пасифик, участники моего первого оркестра, к тому времени так или иначе были вовлечены в военную жизнь. Мой лучший школьный и университетский друг погиб еще в первые годы войны. Он бесследно исчез над Тихим океаном, возвращаясь домой после двадцати шести успешно выполненных заданий. Моих друзей японского происхождения выдворили из своих домов и поместили в лагеря для интернированных. Это было безвременье, полное неизбежных расставаний. Молодые супружеские пары, включая меня и мою жену Иолу, не знали, как продолжать семейную жизнь. Мы все были слишком юными, чтобы легко справиться с такими резкими переменами в наших судьбах. Наши любимые просили нас об одном: "Оставь мне вечное напоминание о тебе"…

Конечно, настроение было совсем не таким по сравнению с теми днями, когда я пошел в армию в 1942 году. Тогда мне повезло: я попал в оркестр, который играл на различных армейских танцульках. Время от времени к нам присоединялись вокалисты, исполнявшие безмятежные песенки вроде "Не сиди под яблоней с кем-то еще".

После начала операции союзных войск в Европе каждый из нас понимал, что может отправиться в бой. Мы подбадривали друг друга фразами "Не волнуйся обо мне" и "Я справлюсь". Наша переписка просматривалась, и нам приходилось максимально скупо выражать свои эмоции. Не хотелось, чтобы посторонние люди увидели, что происходит у тебя на душе. Из-за океана мы получали посылки с едой, "только для тебя". Моя мама отправляла мне их каждую неделю.

Меня вот-вот должны были отправить на фронт, как вдруг представился уникальный случай. Наша часть располагалась недалеко от Вердена в местечке под названием "Грязная дыра". Как-то раз к нам приехали девушки из Красного Креста, которые должны были выступить перед нами с развлекательной программой. В самом углу кузова грузовика, служившего сценой, находилось отличное фортепиано. Одна из девушек спросила, может ли кто-нибудь из солдат быть аккомпаниатором. Сидя вместе с остальными на своей каске, я ни секунды не медля поднял руку. То был первый раз за многие недели, когда я прикоснулся к инструменту.

На следующее утро, когда наша часть должна была отправиться на фронт в качестве подкрепления, внезапно объявили имена трех человек-музыкантов, которым было предписано остаться. В их число попал и я. Оказалось, что начальник части услышал, как я играю, и решил с моей помощью сформировать оркестр. Так появился коллектив, шутливо названный вслед за подводными немецкими субмаринами "Вулф Пак Оркестр". Если солдат был ранен и проходил курс лечения, но при этом мог играть на инструменте, его направляли ко мне. Чтобы меня не призвали на фронт, начальник засекретил все сведения обо мне. В то время на родине друг моей семьи получил обратное письмо со штампом "погибший", а жене направили запрос из армии, знает ли она хоть что-то о моем нынешнем местонахождении. Название песни "Где или когда" очень ярко описывает этот момент моей жизни.

Во время Арденнской операции каждого дееспособного солдата посылали на фронт. Мне отдали приказ собрать оркестр, погрузить инструменты в грузовик и отправиться на линию фронта, чтобы играть для солдат. Это был колоссальный опыт. Вскоре мы оказались в окружении и, не зная, что делать дальше, стали ждать. Небо потонуло в облаках, день за днем стояли густые туманы. Единственной связью с реальностью было немецкое радио, и диктор Аксиc Салли постоянно говорила, что окруженные должны выйти с поднятыми руками и сдаться. Во время своих передач она часто ставила песню "Лили Марлен", и, несмотря на пропагандистское значение этой мелодии, я полюбил ее. Другая композиция "Когда я стану слишком старым, чтобы мечтать" напоминает мне о тех бесконечных днях ожидания. Мы находились в подвешенном состоянии, понимая, что наши жизни находятся на волоске. Мысли о родине были единственным, что помогало нам держаться.

Однажды, когда туман рассеялся, мы услышали рокот над головой и увидели десятки наших самолетов, рассекающих небо. Мы прыгали, кричали, размахивали руками, будто в экстазе. Чуть позже наша увеличившаяся часть направилась к Германии, однако мы застряли у одного из мостов, поскольку он мог провалиться под тяжестью нашей техники. Армейские инженеры быстро соорудили понтонный мост. Я никогда не забуду ритм, который создавали грузовики, съезжавшие вниз по берегу, а затем со скрежетом ехавшие по понтонам. Я написал пьесу для "Вулф Пак Оркестра", основанную на этом ритме, и назвал ее "Мы пересекли Рейн".

Взобравшись на противоположный берег, мы быстро направились в сторону Франкфурта. По дороге нам пришлось остановиться, чтобы освободить узников, работавших на огромной немецкой фабрике. Это был первый раз, когда я увидел страдания попавших под гитлеровский гнет людей - и радость, которую они испытывали при освобождении. Мое настроение в те дни значительно улучшилось, потому что теперь я чувствовал, что у меня может быть будущее. Я написал композицию "Больше не плачь", посвятив ее своей супруге Иоле. Лирика этой первой в моей музыкальной биографии баллады тоже вышла из-под моего пера.

После того как мы прибыли в Нюрнберг, нам дали три свободных дня и три города на выбор - Марсель, Лондон или Париж. Я выбрал последний вариант, потому что очень хотел найти там Джанго Рейнхардта и Стефана Грапелли. Мне было интересно услышать их живую игру, и я даже тешил себя робкой надеждой организовать с ними джем-сейшн, сыграть что-нибудь вроде "Последний раз, когда я видел Париж". В Париже я обошел уйму джазовых клубов, прежде чем мне сообщили, что Стефан находится в Бельгии. "Но, - однажды сказали мне, - может быть, появится Джанго. Он был здесь прошлой ночью. Никогда не знаешь, когда он появится". Увы, поиски были напрасными. Джанго я так и не увидел, а со Стефаном познакомился сорок лет спустя в Страсбурге, когда мы выступали на одном концерте. С тех пор мы стали добрыми друзьями.

Когда я получил новость о капитуляции Японии, это было огромное облегчение, потому что передо мной замаячила тревожная перспектива: я увидел свое имя в списке солдат, которые должны были отправиться из Франции куда-то на Тихий океан. С тех пор я только и думал о возвращении в Штаты. Оставалось лишь дождаться корабля, который доставит меня домой. Моя история заканчивается мелодией "Тебе было бы так приятно вернуться домой". Вторая строка в лирике этой песни - "Тебе было бы так хорошо у камина". Я вспоминал о своей жизни на ранчо, которая, казалось, была совсем далеко от меня, о старых общежитиях, в которых я жил, о кострах, у которых мы сидели вместе с отцом, и о моем детстве, когда я был свободен, счастлив и не знал, что такое война.

В январе 1946 года я возвращался домой. Через некоторое время я буду изучать композицию с Дариусом Мийо, проводить лето со своей женой Иолой, восстанавливая физическое и ментальное здоровье. Мы поставим палатку и будем сидеть у костра каждую ночь. Так хорошо!"

Названия композиций, которые исполняет Дэйв Брубек:

1. For all we know we may never meet again ("То, что мы знаем, может не позволить нам встретиться вновь")

2. Something to remember you by ("Вечное напоминание о тебе")

3. Don’t sit under the apple tree with anyone else but me ("Не сиди под яблоней с кем-то еще")

4. Don’t worry 'bout me ("Не волнуйся обо мне")

5. For You ("Для тебя")

6. Where or When ("Где или когда")

7. Lili Marlene ("Лили Марлен")

8. It’ a sin to tell a lie ("Грех лгать")

9. When I grow too old to dream ("Когда я стану слишком старым, чтобы мечтать")

10. We crossed the Rhine ("Мы пересекли Рейн")

11. Please, be kind ("Пожалуйста, будь добрым")

12. Weep no more ("Больше не плачь")

13. The last time I saw Paris ("Последний раз, когда я видел Париж")

14. You’d be so nice to come home to ("Тебе было бы так приятно вернуться домой")

Культура Музыка Джаз Игра классиков РГ-Видео Вторая мировая война