Новости

21.05.2015 13:22
Рубрика: Культура

Каннский фестиваль: Кино потеряло национальный колорит

Каннский фестиваль очень чутко реагирует на перемены погоды в мире - и для кинематографа и для эволюции общества этот барометр всегда считался одним из лучших.

Я уже писал, что предвестие нового матриархата в искусстве и обществе было зафиксировано крутым разворотом фестиваля в сторону женского кино. Сегодня эти прогнозы сформулированы в международной конференции "Женщины в кино", который проходит в рамках фестиваля под председательством его директора Тьерри Фремо.

Второй вестник перемен - пока отдаленное, но отчетливое громыхание нового Вавилона. Мир уже не просто сдвинулся с насиженных мест - он становится подобен гигантскому миксеру, взбивающему в общей колбе нации, языки и культуры. Нынешний репертуар Канна - выразительная тому иллюстрация. В главном конкурсе только два фильма из США и ни одного из Великобритании, но при этом доминирует английский язык. На английском сняты итальянские фильмы "Сказка сказок" и "Юность", греческий метафорический фэнтези "Лобстер", норвежская семейная драма "Громче, чем бомбы", антинаркотический боевик из франкофонного Квебека "Сикарио", мексиканская картина "Хроники". Живописуя интеграцию Китая в западный мир, Цзя Чжанкэ треть своей картины "И горы сдвигаются в места" снимает на английском. Греческий режиссер Йоргос Лантимос вообще живет теперь в Лондоне: "Здесь у меня больше ресурсов и значительно легче снимать кино". В большинстве этих картин снимались в основном англо-американские звезды. Норвежец Йоахим Триер снял фильм "Громче, чем бомбы" в Нью-Йорке и о нью-йоркцах: "Я приехал из страны, где только пять с половиной миллионов человек говорят на родном языке. А мне нравится открывать новые языки и страны".

Почему это происходит? Все режиссеры, как один, отвечают: так проще пробиться на основные кинорынки. Английский уже давно был главным языком международного общения, теперь он быстро становится языком универсальным, общечеловеческим. Его понимают в большинстве кинозалов мира, субтитры пока остаются для тех немногих, кто еще им не владеет. Еще один важный мотив: англо-американских звезд знают во всем мире, их имена сами по себе делают кассу. И если в итальянском фильме хотя бы в эпизоде появится Джейн Фонда - это уже повод написать о картине во всех ведущих изданиях мира. Как и произошло с фильмом Паоло Соррентино "Юность".

Этот процесс унификации языка, кто спорит, служит взаимопониманию между народами уже в самом прямом смысле слова. И, стало быть, еще большему объединению мира на платформе общечеловеческой цивилизации. Но у него есть своя оборотная сторона. Всю вторую половину ХХ века кинематографический мир жил под знаком двух ведущих кинематографий Европы: итальянской и французской. У всех на устах были имена Софии Лорен, Джины Лоллобриджиды, Марчелло Мастроянни, Уго Тоньяцци, Витторио Гассмана, Тото, Симоны Синьоре, Жанны Моро, Анни Жирардо, Жана Габена, Жерара Филипа, Жана Марэ, Луи Де Фюнеса, Алена Делона… Кто сегодня с такой же легкостью назовет хотя бы пятерку столь же общеизвестных франко-итальянских звезд? Жерара Депардье упоминают больше в связи с его скандалами, чем его ролями. Остальные национальные суперзвезды остаются звездами местного значения.

Разумеется, с национальными звездами и языками из обращения уходит значительная часть национального колорита. И, конечно, это обусловлено тектоническими сдвигами в национальных сообществах, процессами эмиграции, охватившими весь мир. Мы уже не удивляемся французским или немецким фильмам с арабским, марокканским, тунисским акцентом - их делают вчерашние беженцы о своих проблемах и своих, снявшихся с вековых мест народах. Но я сейчас говорю об утрате национального колорита даже картинами, корнями уходящими в конкретную страну и культуру, - как "Сказка сказок" Маттео Гарроне, построенная на произведениях классика итальянской литературы Джамбаттисты Базиле. Снятые на английском языке и разыгранные англо-американскими актерами, мотивы итальянского фольклора теперь больше напоминают сходные по типу "Кентерберийские рассказы" британского классика Чосера.

Начало этого вавилонского процесса относится еще к детству кинематографа: как известно, весь Голливуд построен выходцами из разных стран Европы, у американских звезд шведские, шотландские, немецкие, австрийские, русские корни. Теперь этот процесс охватил Европу и, судя по всему, начинает вовлекать в себя Азию.

Россия крепилась дольше других стран. Но процесс интеграции - процесс в основном плодотворный и прогрессивный - неизбежен и для нее. И на пресс-конференции в Российском павильоне на Каннском фестивале объявлено о начале работ над чрезвычайно любопытном фильмом, который будет сниматься и на русском, и на английском языках. Это экранизация романа Виктора Пелевина "Империя V", которую осуществит американский режиссер российского происхождения Виктор Гинзбург, известный по фильму "Generation П".

"Вампиры" - проект красивый, потому что в основе его прекрасная книга, построенная на очень красивой фантазии, - говорит продюсер Елена Яцура. - Мы определяем прокатное место картины как "арт-мейнстрим". Уже есть договоренность о совместном производстве с берлинской студией "Бабельсберг". Фильм будет сниматься в двух версиях - по двум сценариям и на двух языках: для русской и для англоязычной аудиторий. Стоимость проекта около 5 млн долларов. Сейчас идет предподготовительный период, срок производства - полтора года. Работа большая и сложная: очень много компьютерной графики и спецэффектов, это требует долгой подготовки. Начать съемки мы надеемся уже в конце осени, а выпустить картину - весной 2017 года".

Рассказывает Виктор Гинзбург: "Мы уже три года работаем над этим очень интересным проектом. Я прочитал роман на русском языке и приступил к подготовке английской версии. Сначала мы работали вместе с автором романа, потом в Лос-Анджелесе и в Лондоне я уже самостоятельно развивал английский вариант. Но потом вернулся к русскому варианту, чему рад: это очень русская история, и она прекрасно резонирует с языком, которым я дорожу. Роман представляет уникальный русский философский взгляд. Его действие происходит в Москве, которая становится метафорой всей России. По жанру это, конечно, фантастическая любовная история, погруженная в напряженный социальный и политический контекст. В процессе путешествия в подземельях под Рублевкой молодой герой Рома открывает тайные миры и постигает законы гуманизма; он приходит к королеве империи - гигантской летучей мыши, и открывает для себя истинный смысл нашего мира". На вопрос о том, в чем принципиальная разница между английской и русской версиями будущего фильма Виктор Гинзбург сослался на различия в ментальности и сказал, что в английской версии предполагается больший акцент на "лав-стори".

В планах наших кинематографистов, обнародованных в Российском павильоне на Каннском фестивале, тоже большое место занимает тема семей и народов, добровольно или насильственно сдвинувшихся с места. Так, на материале новой русской эмиграции строится фильм живущей в Швейцарии Елены Хазановой "Город птиц". Как рассказала продюсер российской кинокомпании "Валдай" Светлана Кучмаева, идея проекта родилась в дни Берлинского кинофестиваля: "Мы там познакомились с драматургом Аленой Аловой. Сюжет ее сценария построен на теме новой волны эмиграции в конце 80-х, когда рухнул железный занавес, и огромное количество людей стали покидать Россию. Сценарий получил приз Милоша Формана в Нью-Йорке, и фильм делается в копродукции с Италией: там будут происходить съемки. Всем известно, что прежде чем отправиться в Америку, каждая семья должна была какое-то время провести в Италии, ожидая оформления документов. Мы уже отослали этот материал ряду итальянских продюсеров, ведутся переговоры с компаниями Италии, Франции и Швейцарии. Бюджет проекта около 3 млн евро".

"Это история 16-летнего Андрея, который эмигрирует с родителями в 1989 году, - рассказывает автор сценария Алена Алова. - Они отправляются в городок под Римом Ладисполи, где ждут получения статуса беженцев. Но пока выправляются положенные формальности, Андрей влюбляется в итальянскую девушку и начинает вставлять палки в колеса родителям, чтобы остаться в Италии навсегда. У меня тоже есть достаточно большой опыт эмиграции, и он, конечно, нашел отражение в этой истории", - признается Алена Алова.

"Тема и мне очень близка: я тоже ребенком прошла через эмиграцию, - продолжает режиссер будущей картины Елена Хазанова. - Но это не только история эмиграции, но и история взросления, история первой любви. Кроме того, для героя это как бы открытие новой планеты: из СССР мальчик попадает в Италию, и маленький городок Ладисполи становится для него потрясением. Копродукция в данном случае особенно необходима: актеры должны быть из разных стран, проект без этого не может существовать. И это, конечно, абсолютно зрительская история. Мне как режиссеру это очень интересно: попытаться тронуть публику в любой стране, принадлежащую к любой культуре".

Но наиболее взрывным проектом обещает стать фильм "Философский пароход", который запускают продюсеры Александр Цекало и Анна Гудкова. Фильм, который должен напомнить о тяжелейшем преступлении, совершенном большевиками в 20-е годы: его плоды мы пожинаем до сих пор. Рассказывает Александр Цекало: "Философский пароход" - историческая драма, события которой реально происходили в 1922 году: по приказу Ленина все недовольные большевистским режимом, все, кто по этому поводу заявляли свою позицию, были погружены на пароход и высланы из страны. Среди них лучшие профессора Московского и Петроградского университетов, ученые, композиторы, изобретатели, писатели… Дзержинскому и Троцкому было поручено их всех найти, арестовать; кого-то пытали, кого-то успели расстрелять. Троцкий написал Ленину докладную записку: "Терпеть их более нет возможности, расстрелять не за что". В итоге расстрел был заменен на изгнание. Пароходов было два: "Обер-губернатор Хагин" и "Пруссия". Но людей высылали и поездами, и в общей сложности были изгнаны из страны до тысячи человек - представителей культурной, научной и интеллектуальной элиты. Впоследствии каждый из них внес огромный вклад в науку и культуру Европы и Америки. Тот самый вклад, которого насильственно лишила себя большевистская Россия.

Но, разумеется, "философский пароход" - понятие, ставшее метафорическим: эмиграция тогда приняла катастрофические масштабы. Среди пассажиров этого, условно говоря, философского парохода, среди людей, вынужденных покинуть родину, были такие, как изобретатель телевидения Владимир Зворыкин, изобретатель первого видеомагнитофона Александр Понятов, изобретатель вертолета Игорь Сикорский, изобретатель социологических наук Питирим Сорокин, писатели Набоков и Бунин, композиторы Рахманинов и Стравинский… Лучшая часть мозга страны была ампутирована и отброшена, изъята из России революцией и последующими репрессиями. Таков фон, на котором происходит действие фильма. Безусловно, в нем есть сюжет и есть главный герой, но мы сейчас говорим о волнующей всех нас теме - чтобы еще один пароход не отплыл из России уже в наши дни. Мы помним и о том, что огромная часть талантливых людей осталась в стране. Терпела, что-то делала, и что-то сумела сделать. Все непросто, здесь не может быть черно-белого взгляда, здесь нет красных и белых - есть общенациональная трагедия, в которой мы должны поставить точки над i. Сейчас идут переговоры с продюсерами Франции, Германии, Чехии. Автор идеи фильма Петр Щедровицкий рассказывал что Масарик, чешский президент, вывез из России около 50 тысяч таких людей, он платил им зарплату, и в результате такого мощного "притока мозгов" Чехословакия совершила огромный рывок в экономике, науке и культуре".

"Философский пароход", объясняет Алена Алова, обязательно должен быть копродукцией. Потому что "очень важную роль в судьбе этих вынужденных эмигрантов сыграли те, кто сумели оценить этот изгнанный из России человеческий потенциал. Нам даже кажется, что это будет возвратом Европой долгов за те инвестиции, которые невольно сделали пассажиры философского парохода в ее науку, технику, искусство, культуру".

Культура Кино и ТВ Мировое кино Культура Кино и ТВ Наше кино 68-й Каннский кинофестиваль Кино и театр с Валерием Кичиным РГ-Фото
Добавьте RG.RU 
в избранные источники