Новости

24.11.2015 21:00
Рубрика: Власть

Ничего личного, только политика

Текст: Федор Лукьянов (профессор-исследователь НИУ ВШЭ)
"Исламскому государству" (запрещенная в России террористическая организация), кажется, удалось невозможное - сплотить державы, которые только что находились в состоянии практически холодной войны. Французский авианосец "Шарль де Голль" координирует действия с российскими военными. Президент Франции собирается в Москву и Вашингтон для выработки совместного плана. Барак Обама неохотно признает, что российская акция в Сирии может быть полезной. В Европе громче голоса тех, кто полагает, что русские слишком нужны в борьбе с терроризмом, чтобы продолжать политику санкционного давления.

И в то же время санкции ЕС собираются продлить минимум на полгода, наиболее бдительные европейцы и американцы призывают не верить Путину и с ним не сотрудничать, на востоке Украины опять начинают сгущаться тучи... Куда двигаемся?

Сирийский конфликт - квинтэссенция международного положения середины второго десятилетия XXI века. А вероятнее всего и прототип того, что будет дальше. Не в смысле жестокости войн, Бог даст, не каждый конфликт будет разрешаться такими варварскими способами, а по внутренней противоречивости ситуации и невозможности обозначить равнодействующую.

О том, что Сирия - противостояние многоуровневое, где сталкиваются интересы великих держав, региональных игроков, религиозных групп и этнических сообществ, сказано много. Главная сложность в том, что в каше мотивов и интересов не выстроить четкую "линию фронта", никакой альянс толком не складывается. Разные участники (почти все из них) могут выступать текущими союзниками по одним вопросам, являясь при этом заклятыми врагами по другим. (Есть, конечно, исключения - взаимная неприязнь Ирана и Саудовской Аравии носит устойчивый и универсальный характер.) После начала российской операции полтора месяца назад мне довелось услышать оценку одного представителя Ближнего Востока. Будучи в целом настроен недружественно в отношении действий наших ВКС, позитив он усмотрел в "упрощении" картины. По его мнению, российское вмешательство содействовало "кристаллизации" позиций и образованию более четких сторон противостояния. В этом он видел шаг вперед - от войны "всех против всех" в регионе очень устали.

Если смотреть с такой точки зрения, то сейчас произошел еще один сдвиг. Закулисное сотрудничество с ИГ, которым не гнушались многие в этой запутанной войне, становится совсем неприличным и неприемлемым. Появляется хотя бы одна очевидная точка отталкивания.

Это не гарантирует дальнейшего взаимопонимания, ведь о будущем Сирии представление у всех разное. Точнее, его еще вообще нету, поскольку ни одна из имеющихся картин нереализуема, а компромиссного плана нет, как нет и понятного механизма его выработки. Переговоры в Вене, которые впервые прошли в полном формате, то есть без искусственного исключения некоторых ключевых игроков, вселили надежду на начало настоящего дипломатического процесса. Пока, понятное дело, противоречия настолько остры, что выглядят безнадежными. Гибкость участников будет зависеть от обстановки на театре военных действий.

Но вернемся к внешним державам - России и США/Евросоюзу. Не сомневаюсь, что продление санкций ЕС, которое, вероятнее всего, случится в начале 2016 года, вызовет у нас всплеск искреннего негодования. Как можно говорить о совместной битве против террора и одновременно оказывать давление на ключевого партнера?

Увы, но теперь такой тип взаимоотношений, кажется, становится нормой. Современный мир - неразрывное переплетение глубокой взаимозависимости с растущей политической и экономической конкуренцией. Альянсы все более конъюнктурно обусловлены, временны для решения какой-либо конкретной задачи. В самом начале века об этом откровенно говорил тогдашний министр обороны США Дональд Рамсфелд. Он обогатил международный политический лексикон понятием "коалиция добровольцев" (то есть те, кто собрался на разовой основе) и афоризмом "миссия определяет коалицию", иными словами, позовем, кого захотим. В ту пору это вызвало возмущение союзников Соединенных Штатов по НАТО, которые заподозрили стремление Вашингтона избавиться от обязательств в рамках альянса.

Рамсфелда через некоторое время уволили, его подход признали ошибочным. Однако шеф Пентагона верно уловил дух нового времени.

Сегодня видно, что постоянные союзы больше не складываются, НАТО уникальный и неповторимый случай идейной и исторической близости. Все остальные альянсы строятся прагматически и по случаю. Более того, даже в рамках Североатлантического блока рутиной становится наложение огромного штрафа на банк страны - ближайшего союзника, который нарушил одностороннее (не международно признанное) регулирование со стороны США. Что уж говорить о государствах, не относящихся к числу доверенных, как Россия.

Из истории и теории международных отношений известно - в мировой политике не бывает друзей и тем более братьев, есть расчет и интересы. И это не цинизм, а здравомыслие, поскольку отражает сущность связей между государствами. Эмоции, от которых, конечно, никак не оградить политическую сферу, мешают добиваться целей. Об этом надо помнить, чтобы избегать и очарований, и разочарований.

Власть Позиция Санкции и антисанкции Колонка Федора Лукьянова
Добавьте RG.RU 
в избранные источники