6 - 7 сентября 2017 владивосток

Мастера с "Улицы Дальнего Востока"

На Восточном экономическом форуме во Владивостоке блеснули своим искусством народные умельцы
Каждый из девяти регионов Дальнего Востока может похвастаться мастерами уникальных народных промыслов. На выставке "Улица Дальнего Востока", которая по традиции проходила в рамках ВЭФ, можно было познакомиться с умельцами и рукодельницами, увидеть их удивительные творения и попробовать самому прикоснуться к тайнам ремесла.
Александр Киласов работает с клыком моржа, китовой костью, рогом оленя. Фото: Валентин Труханенко Александр Киласов работает с клыком моржа, китовой костью, рогом оленя. Фото: Валентин Труханенко
Александр Киласов работает с клыком моржа, китовой костью, рогом оленя. Фото: Валентин Труханенко

Чудеса из-под резца

Президент Республики Корея Мун Чжэ Ин увез с "Улицы Дальнего Востока" моржа. Маленького. Выточенного из клыка белого, как сама Чукотка, оттенка. Когда он взял в руки теплую гладкую фигурку, то пришел в такой восторг, что тут же захотел запечатлеться с сувениром и с автором этого чуда - Александром Киласовым.

Стать "северным ювелиром", как иногда называют мастеров-косторезов, Александру, похоже, было предначертано судьбой. Родом он с Колымы, но еще мальчишкой попал на Чукотку. Говорит, родители Север осваивали, там и остались.

В молодости Киласов открыл мастерскую - шил кухлянки, да такие, что нарасхват шли и у местных чукчей, и у соседей с Аляски. А когда перешел в музей Берингийского наследия, влюбился в резьбу по кости.

- На работе меня окружают шедевры чукотских и эскимосских мастеров, - рассказывает художник-косторез. - Смотрел на них, потихонечку впитывал эту красоту. Пытался повторить. Но один в один скопировать никогда не получалось - рука все время делала свое.

Так постепенно родился фирменный киласовский стиль. Однако вековые традиции древнего искусства аборигенов - и в приемах, и в сюжетах, и в выборе материала - Александр свято чтит.

- Работаю с клыком моржа, китовой костью, рогом оленя, - перечисляет художник. - Сырье, правда, сильно подорожало в последнее время - с двух с половиной до 15 тысяч за килограмм. Но на самом деле абсолютно неважно - благородного ли происхождения материал. Из простенького, в общем-то, оленьего рога можно вырезать такую композицию, что будет цениться в три раза дороже вещи из моржовой кости.

Из чукотского поселка Провидения, где живет Александр, резные северные жители разлетаются по всему миру. Его работы есть в музеях и частных коллекциях в России, странах Европы и Америки. А вот личное собрание все никак не складывается.

- В мыслях есть: надо, надо что-то сделать для себя, для родных. Тем более что изделия из кости могут храниться веками, передаваться как семейная реликвия. Но пока оставляю это на потом. Вот даже для выставки на ВЭФ свои работы с миру по нитке собрал: две во Владивостоке позаимствовал у коллекционеров, пару композиций и несколько мелких фигурок из музейного центра привезли, - улыбается мастер. - Сапожник, как всегда, без сапог…

Из амурской волны

Мимо этого сияющего перламутра и захочешь - а не пройдешь. Переливается на солнце из голубого в розовое платье с национальным нанайским узором, взгляд притягивает, в руки просится. На ощупь - мягкое, нежное. Постойте, но из чего сшито? Кажется, только шелк может дать такое необыкновенное теплое свечение.

- Рыбья кожа, - признается хозяйка этого великолепия.

Людмила Ходжер шьет нежные, как шелк, наряды из рыбьей кожи. Фото: Валентин Труханенко

Да, тончайшая, невесомая и в то же время прочная и эластичная ткань - кожа рыб.

Из нее в незапамятные времена шили одежду, делали обувь, амулеты и украшения народы Приамурья. Благо, сырье всегда было под рукой: горбуша, кета, щука... Материал этот, должным образом выделанный, легко выдерживает и зной, и холод: зимний вариант, подбитый мехом, как раз подходит для 50-градусных морозов.

- Меня научила всему бабушка, - рассказывает Людмила Ходжер, - вот уж мастерица была, так мастерица. Вера Ходжер - о ней даже в книгах писали, и за рубежом выставки ее работ устраивали. Из 40 внуков я единственная с детства загорелась интересом к такому творчеству.

Людмила работает руководителем кружка декоративно-прикладного искусства в центре "Амтака" национального нанайского села Джуен Хабаровского края. Учит детей вышивать, делать игрушки и панно. В основном - из меха, кожи, ткани.

Творения Людмилы Ходжер с радостью выставляют музеи, а персональные выставки всегда собирают массу посетителей.

- Изделия из рыбьей кожи - мое хобби, - признается она, - шью дома, для души.

Работа эта весьма кропотливая. Например, на небольшой халат уходит больше 50 крупных рыбин (выделка каждой занимает несколько дней) и свыше трех месяцев. Те умельцы, у кого опыта поменьше, и вовсе могут годы потратить.

- А что же вы сами сейчас не в национальном костюме? - огорчаюсь я. - Пусть даже из обычной ткани?

Она немного смущается и вдруг хохочет:

- С утра сегодня была в синем платье с вышивкой, специально делала к экспозиции. Сняли его с меня! Пришли члены монгольской делегации, купили для музея ковер из рыбьей кожи, засмотрелись на мой халат да и попросили его тоже продать. Я уже привыкла, так и в Хэйхэ в прошлом году на российско-китайской выставке было. Утром надену национальное платье - вечером стою уже в обычном...

Куклы приходят сами

Каждая кукла Анны Манько, мастерицы из села Мильково, имеет свой характер. Глядя на их маленькие лица, совершенно четко осознаешь - эта юная красавица может надуть губы и топнуть ножкой, добрая бабушка - поворчать, а оленевод обставит самого главного хитреца и мудреца, создателя Камчатки ворона Кутха.

Анна Манько и ее кукла - ну разве они не похожи, как сестры? Фото: Валентин Труханенко

Как признается Анна, куклы диктуют свою волю и приходят сами - каждая в свое время.

- Хотела сделать мальчика, а вышла морщинистая старушка. Тогда у меня болел ребенок, и мудрая пожилая женщина будто бы появилась, чтобы поддержать, - рассказывает она историю одной из своих кукол.

В витрине камчатского павильона на "Улице Дальнего Востока" они самые разные: от малышек с ладонь до куклы высотой более полуметра. Мужчины у нее танцуют - так, говорит мастерица, она пытается передать сильную энергетику. Женщины же смотрят на них и демонстрируют наряды.

Каждая кухлянка миниатюрная, но абсолютная копия настоящей. Анна шьет их из натурального меха или ровдуги - замши из шкуры оленя. Материал покупает у сохранивших традиции предков мастеров, выделывающих шкуры вручную. Даже покрашен он как сотни лет назад - натуральными красителями из глины, коры березы и ольхи.

Узоры на кухлянках Анна составляет из кусочков материала разного цвета, опуваны (нижнюю часть наряда) вышивает бисером. Знающие люди, только взглянув на цвет и орнамент, могут рассказать, откуда этот человек и чем занимается его род.

Делать кукол Анна, ительменка по национальности, начала несколько лет назад, когда пришла в ансамбль "Кыкша-Ай" (Человек с большой реки) и вдохновилась народными танцами и костюмами.

- Свою первую работу я подарила руководителю коллектива Елизавете Долган. Потом было много других. Очень сложное это ремесло. Над этой куклой, рост которой 60 сантиметров, я работала больше полугода, - улыбается мастерица.