Как спасают от короеда белорусскую часть знаменитой Беловежской Пущи
Кто для Беловежской Пущи больший враг - небольшой жук-короед, пожирающий леса гектарами, или глава польского минприроды Ян Шишко, решивший спасти местный лес от полчищ этих вредных насекомых хоть и грамотно, но радикально - вырубкой? Об этом вот уже который месяц спорят польские экологи. Активисты протестуют, а щепки все летят. Евроструктуры настаивают: бензопилы должны быть заглушены. Им в ответ: не будьте, дескать, предвзятыми, все - по закону, заповедную часть мы не трогаем.

Оговоримся сразу, и для Беларуси короед - та еще напасть. Сродни эпидемии, охватившей леса Брестской и Гомельской области. Шутка ли, по стране пришлось вырубить и сжечь 20 тысяч гектаров сосновых лесов. Для сравнения: аномальный прошлогодний июльский ураган превратил в бурелом "только" 13 тысяч гектаров, лесные же пожары два года назад сожгли 17 тысяч...

Разговоры, стоит ли Белоруссии в Беловежской Пуще принимать для борьбы с короедом какие-то меры, не слишком-то и актуальны. Мне предлагают взглянуть на карту. Показывают: столь любимые короедом-типографом ослабленные ели (средний возраст которых составляет 120 лет!) растут в белорусской части пущи преимущественно на заповедной территории, где за происходящими процессами можно только наблюдать. От зараженных сосняков (их "любит" другой короед - вершинный) - бог и вовсе миловал... Вспышки "болезни" здесь к тому же уже бывали. И не раз. В конце 60-х, например, когда окрестные земли в угоду сельскому хозяйству подвергли мелиорации. Или в начале 2000-х - после очередной засухи. Вот и корни нынешнего нашествия - аналогичные. Слишком редко шли прошлым и позапрошлым летом дожди...

- Чтобы решить проблему с усыханием ельников, нужно восстановить естественный гидрологический режим, - замечает главный лесничий Национального парка "Беловежская пуща" Василий Филимонов. - То есть заболотить. Начали с осушенного болота Дикий Никор. Только короед в определенном количестве в любом случае есть и будет. Всегда проводим параллели с человеком: молодой организм с болезнями борется лучше, пожилой - хуже...

Съемку самых "показательных" участков леса, атакованных короедом, осуществляет квадрокоптер. С высоты птичьего полета летом они напоминают желтые заплатки на зеленом одеяле. Впрочем, любопытная картина откроется и с земли. Уничтоженные вредителем деревья ни с чем не перепутаешь.

Туризм в структуре доходов парка "Беловежская Пуща" занимает 43 процента

- Заповедную часть у нас разрезают туристические дорожки, сворачивать с которых строго запрещено, - вводит в курс дела Василий Филимонов. - Туризм в структуре наших доходов занимает 43 процента, желающих полюбоваться реликтовым лесом с каждым годом все больше и больше. Увеличению потока людей способствует и безвизовый режим - любой иностранный посетитель польской части пущи может, имея заказанный заранее специальный пропуск и перейдя через пограничный пункт пропуска "Беловежа-Переров", три дня находиться и на территории Белоруссии. Покидать границы Национального парка при этом запрещается. Безопасность туристов для нас превыше всего. Дело ли, если поврежденная короедом ель упадет на человека? В Польше, увы, подобный случай завершился трагически... Поэтому определенные санитарные рубки мы все же проводим. Только массовый характер они не носят. "Приземляем" (причем стволы не вывозим, а оттаскиваем на обочину) исключительно те деревья, что растут вдоль дорог и в любой момент могут сломаться...

Масштабы рубок лесники привыкли мерить в кубометрах. Цифру называют вполне конкретную - под топор в этом году пошло около 17 тысяч "кубов" деревьев. "Средняя ель - три "куба", но дерево дереву все же рознь - вот и считайте", - занимаемся вместе с учеными Беловежской Пущи профессиональной арифметикой. Спрашиваю прямо: как, дескать, убедите, что за рубками больных деревьев не скрывается массовая заготовка древесины? Мне в ответ: а кому такая нужна? Высохшее и испорченное вредителем дерево сгодится разве что на дрова в печь. Если его пилить, оно попросту рассыплется в руках.

- А вот для леса старый сухостой весьма полезен, - обращает внимание старший научный сотрудник Национального парка Дмитрий Бернацкий. - Мертвая древесина - это неотъемлемая и естественная черта Беловежской Пущи.

- В конце августа на Беловежскую Пущу с польской стороны внезапно налетел ураган, - вспоминает главный лесничий Филимонов. - Буреломом за полчаса завалило дороги, заблокировало выезды, в том числе с поместья Деда Мороза... В заповедной части (а там пострадало 78 гектаров) мы ничего не трогали - не имеем права. Но дороги и "обочины" вдоль них все же пришлось расчистить. Рубить остальное? Зачем? Нетронутый лес - это наше достояние, ради которого к нам и едут.

Хотите знать больше о Союзном государстве? Подписывайтесь на наши новости в социальных сетях.