Сербский актер Гойко Митич: Я мудрый как индеец

В него были влюблены все девчонки Советского Союза, а мальчишки отчаянно подражали... Артист с середины 80-х годов живет в Германии, снимался в немецких сериалах, играл в театре. Прекрасно говорит на немецком и русском языках. В сентябре этого года прилетал в город Благовещенск - в качестве почетного гостя фестиваля "Амурская осень". Главный Чингачгук любимого кино в свои 79 лет имеет фигуру и походку мальчишки. Он улыбчив и дружелюбен, говорит тихо, а мыслит глубоко.
Гойко Митич: Я всегда был страшно недоволен собой на экране.  Фото: Kunstlerische Arbeitsgruppe ‘’Roter Kreis" Гойко Митич: Я всегда был страшно недоволен собой на экране.  Фото: Kunstlerische Arbeitsgruppe ‘’Roter Kreis"
Гойко Митич: Я всегда был страшно недоволен собой на экране. Kunstlerische Arbeitsgruppe ‘’Roter Kreis"

"Я с младенчества в седле…"

Я родился в деревне. Считаю, что дети, которые родились в деревне, ближе к жизни. Мое детство прошло в труде, рядом с домашними животными. Я не был испорчен тленом цивилизации, меня в большей степени воспитывали бабушка, мама и природа. С шести лет я свободно скакал на лошади, без седла. В гриву руками вцеплюсь - только ветер в ушах свистит.

За жизненную мудрость я благодарен своей бабушке, бабушки наши всегда мудрее матерей. Они же большую жизнь прожили.

Она меня воспитала так, что я до сих пор не курю. Даже не попробовал. Знаете, как мне было трудно на съемках, когда я играл индейцев и мне надо было курить трубку мира. Ну какой индеец без трубки мира?! По 20 дублей снимали, из которых режиссер с трудом выбирал один более-менее правдивый.

На следующий год мне исполнится 80 лет, но веришь - по сей день не хватает матери! Она умерла в 1999 году, во время натовской бомбежки Белграда.

Мама заболела от стресса и ужаса, который творился вокруг ее жизни. Перестала есть, разговаривать и умерла…

Мне до сих пор очень больно оттого, что я не смог с ней проститься. Война шла на моей родине тогда, мосты были разрушены, бензина не было. Я смог приехать только через полгода, стоял на коленях и просил у нее прощения за все-все…

С той поры не было такого года, чтобы я не приезжал к ней на могилку. Душа просит приезжать и до сих пор плачет…

Для меня та Балканская война - личная трагедия. НАТО, нарушив все мировое право, жестоко бомбила мою родину. Если бы кто-то мне сказал, что на той земле, где я родился и вырос, будет война, я бы того человека посчитал сумасшедшим. Но так случилось.

Тогда в интервью одной немецкой газете я сказал, что в XX веке Германия в третий раз напала на мою землю. Помню, что многие были недовольны моими словами. Но многие немцы подходили ко мне, жали руку и говорили: "Ты молодец, честно сказал…"

Вообще я себя считаю человеком мира и не понимаю, зачем люди придумали границы. В природе ни один зверь не знает границ, они ходят и бегают там, где хотят. Только человек придумал все эти кордоны и условности.

Меня густо мазали морилкой и надевали парик. Вся остальная моя фактура идеально подходила под бесстрашных вождей краснокожих...

За все тысячелетия цивилизации люди так и не захотели понять, что мы все плывем в одной лодке по имени Земля.

Убежден, что рано или поздно мир убьет алчность и жадность.

Я несколько раз был в резервациях у индейцев, они очень мудрые. Они искренне Землю считают своей матерью, очень бережно к ней относятся.

Поддержка, зависть и случай

Мир держится только потому, что хороших людей все-таки больше. Хотя зависть человеческую чувствую всю жизнь. С первого съемочного дня в кино.

Но всегда понимал, что, раз мне завидуют, значит, я что-то из себя представляю. Пустому месту не завидуют.Но справедливости ради скажу, что простой дружеской поддержки ощущал больше, чем зависти.

Мне часто говорили: ты лучше меня прыгаешь, крепче сидишь в седле. Быстрее бегаешь…

Я, наверное, был неплохим спортсменом, но хорошим артистом себя не считал никогда. Видел и вижу тех, кто намного меня талантливее. Понимать это - тоже талант.

Актерская профессия очень нелегкая и скоротечная. Все стремятся и хотят успеть…

Понимаете, кино в моей жизни получилось легко и случайно. Многие актеры годами учатся, ждут и мучаются. У меня этого не было. Я был студентом Белградского института физкультуры. Тогда в Югославии снималось много кино. К нам в институт пришли ассистенты режиссера: "Ребята, мы снимаем исторический фильм. Нам нужны типажи..." И выбрали меня.

На всю жизнь запомнил свой первый съемочный день, я был похож на главного героя фильма и мне нужно было его дублировать.

Меня посадили на лошадь, в руки дали большой щит и велели скакать по стадиону во весь дух. За мной мчался табун лошадей. Их было голов двести, не меньше.

Я только потом понял, почему главный герой захотел дублера. Если ты падаешь с лошади, то мчащийся следом табун тебя в один миг растаптывает. Коней же не остановишь за одну секунду.

Но я не упал. Не зря я с шести лет без седла скакал на коне…

Вот так я познакомился с миром кино и стал играть вначале маленькие роли. Потом мне стали доверять работы большие и интересные. Стал сниматься в картине по роману немецкого писателя Карла Майя про индейцев.

Меня густо мазали морилкой и надевали парик. Вся остальная моя фактура идеально подходила под бесстрашных вождей краснокожих.

"Мне хорошо со славянами…"

Не кокетничаю, но та слава, которая на меня свалилась, была для меня тяжелым грузом. Я не был готов к тому вниманию, к бесконечным людям, людям, которые хотели со мной общаться. Верите, письма приходили мешками. Запомнилось одно письмо от мальчика, он писал, что, когда вырастет, у него будет профессия Гойко Митич.

...Хотя я много лет живу в Германии, начал жить еще в ГДР. Но я никогда не стремился к этому специально, так само все сложилось. Снимался там, было много интересной работы. Потом все это перешло в жизнь. Меня удержали немецкие зрители, которые всегда очень тепло ко мне относились. Помню, я приехал выступать в один из небольших немецких городов, и на въезде в город висел большой транспарант, на котором было написано: "Мы поздравляем нашего Гойко!" Это было очень трогательно и очень приятно.

Фото: Лариса Кудрявцева

Возраст принимаю спокойно, понимаете, в каждом возрасте есть свои прелести. Я не могу назад повернуть время, поэтому я комфортно живу в любом времени.

Жизнь - это движение. Никто эту аксиому никогда не опровергнет. Я всю жизнь занимаюсь спортом. Всю жизнь. Это моя религия. Без спорта жить не могу. Когда можно не ехать на лифте, я не еду. А поднимаюсь по лестнице или спускаюсь.

Рядом с моим домом течет речка, каждое утро до самых холодов я начинаю с плавания. Минут тридцать плаваю, только потом иду завтракать. Это моя привычная жизнь.

Смерти не боюсь, она придет к каждому, это естественный финал любой жизни. Любой! Поэтому надо жить в гармонии с собой, без злости и зависти. И от каждого прожитого дня получать счастье. Я получаю счастье только от дня, в котором сделал что-нибудь полезное. Если полезного не сделал, то считаю, что день прошел зря. К счастью, таких бесполезных дней у меня мало. Привык жить с пользой. Вот сегодня встретились с вами и поговорили. А могли и не встретится. Разве это не польза?!..

Вы говорите, что я мудрый? Если во мне и есть какая-то мудрость, то это благодаря бабушке и индейцам, с которыми я любил общаться. Они говорили, что жизнь - это как выдох бизона зимним утром… Что жизнь - это как тень, которая идет по траве и теряется в закате солнца.

Согласитесь, как же верно сказано….

Досье "СОЮЗа"

Гойко Митич родился в 1940 году в Югославии. Сербский киноактер и каскадер. Снялся в двух десятках картин. Фильмы про индейцев - "Чингачгук - Большой Змей", "Вождь Белое Перо" - были культовыми картинами для большинства советской детворы.

Хотите знать больше о Союзном государстве? Подписывайтесь на наши новости в социальных сетях.