Студенты в болотниках впереди - "сушат дорогу", проминая в сыром прибрежном травостое видимую тропу. Рассчитываем пройти максимально возможное расстояние вверх и засветло вернуться в лагерь. Задача проста: пройти маршрутом по реке и ее берегам, чтобы найти и описать все бобровые поселения.
Что сказать о бобрах? Если коротко, бобры совсем не похожи на белок и зайчиков. Это такие добродушные увальни, похожие на самих себя, разве что "мордой лица" слегка напоминают нутрию да имеют какое-то сходство с морским бобром - каланом. Все-таки из одной "грызунской" семьи. Но они не морские, они речные, обыкновенные бобры!
Место их жительства - прибрежные леса. Их улицы - озера, реки, ручьи. Их дом - уютная нора, вырытая на берегу водоема и оригинально накрытая полусферой из кучи веток. Они обожают плавать, прекрасно ныряют, задерживая дыхание, могут подолгу находиться под водой. Очень любят грызть ветки, кору деревьев и кустарники - они же грызуны. Так у них самозатачиваются зубы-резцы и затормаживается их рост. В противном случае зубы вырастут настолько, что животные просто не смогут есть. В общем, бобры обречены всегда все грызть!
И еще они самые лучшие гидростроители из всех околоводных животных. Ондатры и нутрии, ближайшие их сородичи, по сравнению с ними просто школяры. Бобровые плотины, каналы, пруды - вершина рационального строительства. У бобров есть любимое время суток для заготовки стройматериалов и походов в продуктовый лесной "магазин" - это сумерки и ночь. Так они обеспечивают свою безопасность, да и по складу характера эти зверьки не любят дневной суеты. Словом, поговорка Карлсона: "Спокойствие, только спокойствие" - самый подходящий девиз для бобров. Они травоядны, не едят мясо, не едят рыбу. Так что обвинение бобров в опустошении рыбных прудов - чистой воды утка…
Немного науки. Видовая принадлежность нашего бобра, чьи поселения мы собрались регистрировать - речной, или обыкновенный бобр, по латыни Castor fiber. Тело у него коренастое, неуклюжее, пятипалые конечности короткие, на задних лапах - плавательная перепонка между пальцами. Я же говорил - пловец и ныряльщик.
Передние лапы больше выполняют роль рук, когда бобр ест или что-то строит. Когти у него уплощенные, почти прямые - отличный инструмент при рытье нор; коготь на втором пальце задней ноги двойной. Зверьки используют его как расческу для волос и смазывания шерсти выделениями жировых желез. Хвост - как лопата, уплощенный, покрытый роговыми чешуйками. Чем не руль-весло и било? Сильным и громким ударом хвоста о воду зверь сообщает о себе и предупреждает своих домашних об опасности.
Длина тела - до метра, масса взрослого бобра до 25 кг. Живут бобры семьями в поселениях руслового типа - с убежищами-норами в обрывистом, незатопляемом берегу и в поселениях прудового типа - в норах и хатках. Хатка - это сложенная куполообразно куча веток, скрепленных илом и дерном. Вход в жилище-хатку всегда под водой - для безопасности.
Бобр - однолюб. Образовавшуюся пару может разрушить только гибель одного из них - из-за ледохода, половодья, хищников (волка, медведя, росомахи, человека). Бывает, ствол дерева, подгрызенного животным, придавливает самого "лесоруба". С периодичностью в два года рождается от одного до трех бобрят. В разные жизненные циклы в бобровом поселении насчитывается от двух до семи жителей. Бобры - полуводные животные, они обустраивают свой участок водоема, сооружая плотины, дамбы, роя норы и прокладывая каналы к местам корма…
Часто после постройки плотин на речке вода поднимается настолько, что образуются обширные и глубокие пруды. Основная пища бобров - кора и ветки березы, ивняки, осина, тополь и водно-прибрежная трава. Иву и березу животные заготавливают на зиму: разделывают ствол сваленного дерева на части и затапливают ветки у входа в нору.
Во многих местах нашей страны еще в ХIХ веке бобры были практически уничтожены из-за моды на мех, а также ложного представления о лекарственном свойстве "бобровой струи" и довольно вкусного мяса. В начале 20-х годов прошлого века осталось меньше тысячи животных. Только после Второй мировой войны взялись восстанавливать ареалы бобра. В 1940-50-60-х годах небольшие партии животных из Воронежского заповедника и Беларуси расселялись на тех водоемах, где они обитали раньше. И даже там, где не жили никогда, например, на северных реках. Со временем переселенцы акклиматизировались, "северные выпуски" частью выжили. Те, что появились на Большой реке и ее притоках, и по сей день продолжают борьбу с северной природой за выживание…
А мы продолжаем двигаться вверх по реке, временами прямо по затопленной паводком пойме, обходя глубокие места. Вода большая, это намного усложняет передвижение. Перейти на другой берег, чтобы обследовать заинтересовавшее нас место, нет никакой возможности. Фиксируем по GPS и описываем следы жизнедеятельности бобров. Свежих относительно немного. Встречаются изредка очень старые погрызы и пеньки сваленных весной, еще по снегу, березок. Эти старые пеньки говорят нам, что в верховьях Тихой речки бобры обитают давно.
…Я - в лодке. В руках - двухлопастное весло. На шее - фото-видеокамера, GPS-ка и диктофон, в кармане - записная книжка. Студенты с посошками уходят по берегу… Вода на полметра упала. Это хорошо! После пары поворотов - первый завал. Куча спрессованных давлением воды стволов, веток и разного речного мусора длиною метров в пятьдесят. Разгружаемся. Проминаем дорогу в обход завала по высокой траве, обрубая торчащие ветки упавших елок. Перетаскиваем рюкзаки, суму, лодку. Грузимся. Плывем. Идем. Работаем. На первом километре фиксируем четыре бобровых поселения. Обносим два завала, штук семь упавших в воду березовых стволов и раскоряченных сухими ветками елей. Первый прокол борта. Ремонт. Дальше движемся размеренно, не теряя друг друга из вида…
За ближайшим поворотом - снова завал. Обносимся, срезая излучину по заросшей ивняком и травостоем пойме. Солнце сияет. Если бы мы могли знать, что, обогнув излучину, через сто метров будет новый поворот и очередной завал, а за ним еще излучины, завалы и лежащие поперек реки деревья…
После шестнадцатого препятствия ребята путаются в счете. Они двигаются по берегу, если встречается перекат или позволяет глубина, переходят с одного берега на другой, обходя глубокие места. Тихая речка - не Днепр, средняя ширина колеблется от семи до десяти метров, здесь любой комар легко долетает до середины. Плывем. Обносим завалы, объедаясь в пойме красной смородиной, свисающей огромными кистями, просвечивающими на солнце. Солнышко коснулось вершинной лесной полосы на западе.
Закончился четвертый день маршрута. Приятная усталость от ощущения хорошо выполненной работы. На ночь рассказываю ребятам "сказки" о бобрах, удивительных животных, запрограммированных на вечное созидание…
Ночь. Луна. Лежу поверх спальника и дописываю дневник. Ребята пока не знают, что впереди у нас еще шесть дней, похожих как две капли воды на сегодняшний переход. Излучины восьмерками, завалы, обноска, елки-шлагбаумы, вязкие заболоченные поймы, заросшие ивняком. Бесконечное хождение по воде и уйма работы. Только последний день маршрута принесет частичное облегчение - всего два завала. Ярослав с Димой проявят себя настоящими мужчинами. Мы так и не сойдемся во мнении, сколько завалов обошли: больше сорока или больше пятидесяти.
Сам я проходил этот маршрут уже в четвертый раз. И всегда с благодарностью вспоминал своего деда, научившего меня каждодневному разумному труду. Усталость пройдет, останется радостное ощущение от пребывания в этом первобытном, прекрасном Мире, где все живут по законам Создателя. И твердое ощущение хорошо выполненной работы.
Подготовили к публикации Людмила Радзиевская, Александр Емельяненков.
Все материалы цикла "Письма из заповедника: день за днем" - в разделе "НАУКА" по ссылке. В качестве иллюстраций использованы видовые фото с официального сайта заповедника "Вишерский".