Одна из наших встреч с Владимиром Борисовичем пришлась на время, когда мы, будучи земляками, отмечали 520-ю годовщину основания малой родины - старинного волжского города Кинешма. Естественно, делились памятными воспоминаниями детства, школьных годов, юности.
Бетелин родился 8 августа 1946 года. "Помню дом... В нем было две части по две комнаты - на две семьи, общая громадная кухня, огромная русская печь, подвал..., - рассказывает он. - Волга. Ледоходы... Мама и бабушка работали. Был огород, надо было копать, боронить, поливать. Бабушка говорила: ты же мужчина! Давай помогай. Мы с ней двуручной пилой пилили и колуном кололи дрова. На зиму запасали поленницу высотой метра три. С пяти лет я уже понимал: надо колоть дрова".
Однажды разобрал найденный трансформатор, рассмотрел удивительное содержимое. Собрать обратно не удалось: "На всю жизнь осталось в памяти сердитое бабушкинское: "Зачем ломаешь, если не сможешь починить?". Сломал не для того, чтобы разрушить, а чтобы посмотреть, как оно устроено, - уточняет Бетелин. - И сразу хотелось уже что-то сделать самому". Детали того трансформатора он использовал в своих конструкторских радиотехнических моделях почти до восьмого класса.
В Кинешме проучился два класса. В 1955 году бабушка вышла на пенсию, и они переехали в Подмосковье. Мать, Муза Владимировна Козлова, была одним из стоматологов у Леонида Брежнева.
Увлечение радиотехникой, физикой побудило Владимира поступить учиться в московскую физматшколу № 320: "Я все время что-то делал руками. Припаивал сопротивления и конденсаторы, мотал на катушки провода. Помню восторг от первой сделанной термопары, ток от которой удалось измерить амперметром от того самого первого разобранного трансформатора, - вспоминает Бетелин. - Прочитал про термоэмиссию (вырывание электронов из металла при высокой температуре). Нашел где-то молибденовую фольгу, обмотал ею гвоздь, нагрел, включил остатки того самого прибора... Приемник спаял полностью сам, сконструировал и собрал. Трансформатор, две лампы. Он работал... Жизнь тогда была какая? "Юный техник", "Техника молодежи"... Абсолютный восторг в голове. Кружки, модели, радиоприемники. Мне все это страшно нравилось. Я всегда хотел сделать что-то приближенное к настоящему. Руками. Это был дух времени, и это во мне осталось на всю жизнь".
В школе он получил первые навыки программирования для электронных вычислительных машин "М-3" и "Стрела", реализованных на основе электронных ламп и других комплектующих, производимых в СССР. Поступил на механико-математический факультет МГУ. Мехмат был устроен особенно. На факультете преподавало двенадцать академиков. Уровень лекций и семинаров был высочайшим, уникальным. "Академик Павел Сергеевич Александров утверждал, что человек, который окончил мехмат, не может только одного: быть балериной в Большом театре", - смеется Владимир Борисович.
Получив диплом, получил распределение в НИИ автоматики и приборостроения. В институте готовили "Марс -1" и "Марс - 2" - первые автоматические межпланетные станции. Молодой инженер-программист занимался программами для бортовой машины на магнитной проволоке. Работа шла успешно, даже появились две "закрытые" публикации. Он многому научился. Специально к запускам "Марсов" построили мощный радиотехнический комплекс дальней космической связи. Станция "Марс-2" предназначалась для исследования планеты как с орбиты, так и с поверхности Марса: состояла из орбитальной станции и спускаемого аппарата с автоматической марсианской станцией, которая и совершила первую в мире посадку на Марс.
В институте у Пилюгина была выстроена отлично работавшая, но жесткая система, не подразумевавшая какой-либо инициативы снизу. Бетелин честно пытался "вписаться" в эту систему всеми способами: досконально выполнял задания, участвовал в дежурствах. Но ему хотелось большей самостоятельности - тогда появились какие-то собственные мысли. Все, что ему давали сделать, он уже умел, а все задания впереди, насколько он мог видеть, были того же класса и уровня. Ему хотелось двигаться дальше.
Владимир Борисович решил вернуться в университет, в Лабораторию вычислительных методов кафедры общих проблем управления мехмата МГУ. Ему предложили заняться только что поступившей в лабораторию машиной М-3000 - это было для него новое, конкретное дело. "У меня появился настоящий интерес, - замечает он. - Потому что это была ясная, понятная, востребованная задача". Бетелин довольно быстро создал компилятор (программу, выполняющую трансляцию программы, составленной на исходном языке высокого уровня).
"Когда я учился грамматикам и теории построения компиляторов - это была скучища. А потом, когда я увидел, что можно сделать с их помощью, бросил все и сам сделал, придумал - это был восторг. Всегда было интересно что-то реальное сделать. Основной лейтмотив жизни : "Мне интересно"… - говорит Владимир Борисович. - Это стало моей первой большой работой. Работой не одного года".
Вокруг Бетелина в 1970-е годы сложилась неформальная группа молодых преподавателей и студентов мехмата, объединенных интересом к системному программированию. Первой их разработкой, получившей практическое применение, стала мониторная система АСФОР - автоматизированная программная система для ускоренного выполнения студенческих заданий в пакетном режиме. Она была внедрена в ряде советских вузов: МГУ, МЭИ, МИСиС и др.
Владимир Борисович стал широко известным специалистом в области информационных технологий. За его плечами было несколько лет преподавательской работы, методические пособия для студентов, передовые программные разработки, организация практикумов. Бетелина пригласили читать лекции в Курчатовский институт, в котором охотно пользовались его компилятором. С 1984 по 1986 год он возглавлял лабораторию Научного совета по комплексной проблеме "Кибернетика" АН СССР. В 1986 году защитил докторскую диссертацию и перешел на работу в Академию наук на должность заместителя директора по научной работе Института автоматизации проектирования АН СССР.
Существенным периодом в деятельности Бетелина в 1980-е годы стало сотрудничество с автомобильным заводом имени И. А. Лихачева. В рамках хоздоговорных работ Владимир Борисович с единомышленниками занимался разработкой программы электронного машиностроения. Деятельность бетелинской группы на ЗИЛе горячо поддержал вице-президент АН СССР академик Евгений Велихов. По инициативе Велихова в 1983 году в Научном Совете по комплексной проблеме "Кибернетика" АН СССР была создана лаборатория машинной графики и САПР. Заведующим лаборатории, которая разместилась на ЗИЛе, стал Бетелин. Вскоре под его руководством работало около двадцати человек с мехмата. В тесном взаимодействии с зиловцами, которыми руководил начальник бюро инженерных расчетов завода Александр Ставицкий, они приступили к разработке технологии создания программно-аппаратных комплексов машиностроительных систем автоматизированного программирования.
Тогда же под руководством Бетелина на базе 32-разрядных микропроцессоров с операционной системой УНИКС было создано и внедрено на заводе семейство графических рабочих станций "Беста". "Когда решался вопрос с проектом по Бесте, впервые появилась кооперация - Госкомитет по науке и технике, ЗИЛ, Академия, - говорит Владимир Борисович. - Но нужно было, чтобы согласилась вся "девятка" оборонных министерств: авиапром, оборонной промышленности, общего машиностроения, радиопромышленности, среднего машиностроения, судостроительной, химической, электронной, электротехнической отраслей. И нужно было получить даже не девять, а одиннадцать подписей. Еще две - ГКНТ и недавно возникшего ГКВТИ (Государственного комитета по вычислительной технике и информатике) под председательством Николая Васильевича Горшкова, который не верил в наши способности... Он дольше всех ничего не подписывал... Решение о создании на ЗИЛе производства рабочих станций для систем автоматизированного проектирования было принято меньше чем за два года. Название придумал Ставицкий: "Бетелин - Ставицкий". Беста... Родилась первая рабочая станция Советского Союза, Беста-88".
В марте 1989 года на территории ЗИЛа построили специальное здание, в котором разместился Научно производственный центр "Сапсан" - завод для серийного изготовления рабочих станций Беста. В 1990 г. их было произведено свыше тысячи. Они применялись не только на ЗИЛе, но и на Нововоронежской АЭС, на МГТС, в ВУЗах, в Казани, Казахстане, Ташкенте. Несколько десятков станций продали в Финляндию. Фактически именно Беста проложила путь коммерческому использованию в стране первых массовых недорогих компьютеров УНИКС.
К началу ХХ1 века мировая практика подтвердила, что важнейшим фактором, определяющим темпы развития и конкурентоспособность стратегических отраслей промышленности, стал уровень внедрения современных суперкомпьютерных технологий в процессе проектирования и разработки перспективных образцов технологии. "Если Россия хочет быть одной из пяти ведущих мировых держав, необходимо многократное увеличение производительности труда. А это может обеспечить только "технологическое оружие" ХХ1 века - массовые суперкомпьютерные технологии в промышленности, науке, образовании России", - считает Бетелин.
В 1989 году на базе лаборатории проблем машинной графики, научно производственного центра "Сапсан" и отделения ИАП АН СССР был создан Научно-исследовательский институт системных исследований АН СССР - НИИСИ. Его деятельностью было прописано решение сложных прикладных проблем на основе сочетания методов фундаментальной и прикладной математики и методов практической работы на ЭВМ. Директором НИИСИ стал Бетелин. "Наступил 1991 год, - рассказывает Владимир Борисович. Мы не свалились в частное предпринимательство, укрепились в оборонке. Многое, что сегодня летает или "ходит" по морям и океанам, сделано благодаря тем наработкам".
Знаменательным событием в российской электронике начала 2000-х годов стало совместное создание НИИСИ РАН и Российским научным центром "Курчатовский институт" микроэлектронного производственного участка (минифаба) - Института микротехнологий РНЦ КИ. Директор Бетелин называл институт ласково - "линейка".
Достоинство "линейки" заключалось в ее потрясающей гибкости, возможности производить большой спектр требуемых схем, осваивать новые технологии. В институте под руководством Бетелина сложился слаженный коллектив разработчиков, создающих субмикронные микропроцессоры, СБИС высокого уровня сложности, высокопроизводительные ЭВМ семейства "Багет". В 2003 году создан первый российский микропроцессор с оригинальной архитектурой "Комдив". "Выпущена серия порядка 100 тысяч модулей, - говорит Владимир Борисович. Законченных систем выпущено порядка 20 тысяч... Все микропроцессоры российской разработки".
Созданы и запущены в серийное производство десятки типов уникальных изделий вычислительной техники, применяемых там, где требуются высокая надежность, информационная безопасность, технологическая независимость.
Важным партнером НИИСИ в развитии суперкомпьютерных технологий по инициативе Бетелина стал Российский федеральный ядерный центр, Всероссийский научно-исследовательский институт экспериментальной физики в ЗАТО Саров (РФЯЦ ВНИИЭФ).
Широкий резонанс имела записка трех академиков (Бетелин, Велихов, Кокошин) "О роли высокопроизводительных вычислений на основе суперкомпьютеров в развитии нано- и других прорывных технологий и о создании отечественной суперкомпьютерной индустрии". Академики обосновывали необходимость создания в России сети суперкомпьютерных центров в регионах страны, предлагали программу развития этих технологий.
У Бетелина с Саровским ядерным центром шло активное взаимодействие: сотрудники НИИСИ внесли весомый вклад в разработку физико-математических моделей, создание электронных машин высокой производительности. В результате в Сарове было организовано производство компактных суперкомпьютеров. Первой машине дали название КС-ЭВМ и ласковое имя "Микроша". На форумах эксперты информационных технологий отмечали, что отечественным разработчикам удалось создать уникальную ЭВМ. Это позволило на 30% увеличить число суперкомпьютеров в российской промышленности …
Очень важный результат этого отечественного суперкомпьютерного проекта, по мнению Бетелина, состоит не столько в технических достижениях, сколько в том, что впервые за много лет удалось преодолеть соперничество ведомств в части финансирования - была восстановлена межотраслевая научно-техническая кооперация, уничтоженная после развала СССР.
"Та работа была организована на уровне советского атомного проекта: когда была поставлена крупная задача стратегического плана и состоялось ее решение, - подчеркивает Владимир Борисович. - Я уверен: мы можем в России делать все, в том числе и элементную базу. Самый эффективный путь в супервычислениях - определение наиболее важных задач и создание для каждого класса таких задач оптимального вычислителя, включая микропроцессор и коммуникационную систему. Здесь тоже нужна объединяющая программа, нацеленная на конкретный результат - волевое государственное решение. Бизнес сам ничего сделать не может. А государственные инвестиции окупятся на совокупности различных проектов, в рамках экономики всей страны".
Важнейшей чертой Владимира Борисовича является его государственное мышление. "Государево дело" в его устах чрезвычайно важная характеристика. "Мы все - мы были государевыми людьми. Мы искали и нашли государево применение, - говорит Бетелин о себе и единомышленниках. - Государевом делом мы остаемся до сих пор".
Сегодня так называемый "коллективный Запад" создал реальную угрозу существованию России. Одна из ключевых проблем парирования этой угрозы - обеспечение технологического суверенитета страны, создание экономически и социально значимой микроэлектронной отрасли.
"России необходимо реализовать свой "электронный проект", который по аналогии с "атомным проектом" СССР предусматривал бы наряду с разработкой конкретных микроэлектронных изделий, технологии их производства разработку технологического оборудования, а также создание серийных заводов по их производству, - считает Бетелин. - Ныне сложилась такая ситуация, в которой микроэлектроника, продукция на ее основе обрели такое же стратегическое значение для нашей страны, как и продукция ВПК. Поэтому развитие микроэлектронной промышленности надо вести по примеру государственной программы вооружения".
В письме руководства РФЯЦ-ВНИИЭФ "О деятельности Владимира Борисовича Бетелина в области развития отечественных суперкомпьютерных технологий" дается такая оценка его заслуг: "Идея создания суперЭВМ принадлежит Бетелину… Как показала практика - этот путь оказался верным! В ходе реализации проекта решена задача государственного масштаба по созданию базовых компонентов отечественных суперкомпьютерных технологий, что обеспечило весомые предпосылки для решения актуальных задач по обеспечению конкурентоспособности оборонных и гражданских отраслей, технологической независимости и информационной безопасности России".