10.11.2021 19:51
Культура

Кларнетист Юлиан Милкис: Музыкант - не гений, лишь интерпретатор

Текст:  Мария Голубкова (Санкт-Петербург)
Российская газета - Неделя - Северо-Запад: №255 (8606)
В Петербурге завершился ХХI фестиваль "Международная неделя консерваторий". В этом году он проходил с учетом всех противоэпидемических ограничений, но Северная столица с радостью встречала представителей высших школ музыки России, Германии, Австрии, Швейцарии, Польши, Венгрии и США. Одним из самых заметных событий фестиваля стал концерт в рамках "Камерных серий" с участием кларнетиста-виртуоза Юлиана Милкиса.
/ Архив Юлиана Милкиса
Читать на сайте RG.RU

Семья Милкис эмигрировала из Советского Союза, с тех пор он человек мира. Выступал в Карнеги-холле, Линкольн-центре, зале Плейель в Париже, в Национальном концертом зале в Тайбэе. Специально для Юлиана Милкиса писали свои произведения самые известные композиторы современности, в том числе грузин Гия Канчели и канадец Оскар Моравец. Корреспондент "РГ" поговорила с музыкантом о вакцинации, гениальности и политике.

"Санктъ-Петербургъ Опера" представит в Москве два спектакля

Юлиан, вы уже участвовали в Международной неделе консерваторий в 2017 году. Как вам мероприятие этого года, можно ли сравнивать?

Юлиан Милкис: Фестиваль прекрасный. Но сравнивать, конечно, нельзя - нашу жизнь сильно изменила пандемия, и обстановка сейчас очень тревожная. Многие из приглашенных не смогли приехать в Петербург, так как закрыты границы. Мне в этом смысле легче, потому что у меня российский паспорт и есть прививка. Но вообще значение таких мероприятий, возможность музыкантам со всего мира встречаться и обмениваться опытом, очень важно.

Вот, кстати, всех волнующий вопрос - какую вакцину выбрать?

Юлиан Милкис: Первую прививку я делал в Канаде, это Moderna. Но я снова приеду в Петербург в декабре, а Россия пока не признает иностранные вакцины. Поэтому я собираюсь ревакцинироваться "Спутником Лайт". Я, кстати, до прививки переболел коронавирусом - осенью прошлого года, и довольно серьезно, 17 дней. Проблема была в том, что у меня в этот период был запланирован большой концерт с оркестром. Коронавирус действует на легкие, а я играю на кларнете, то есть дыхание крайне важно, и мне пришлось заниматься по семь-восемь часов в день. Это поначалу было тяжело.

Я преклоняюсь перед самодисциплиной музыкантов...

Юлиан Милкис: Во Флориде моим соседом был тренер Майкла Джордана, который рассказывал, что даже после самых больших побед, когда все празднуют и пьют шампанское, Майкл уже в шесть утра на следующий день был в спортзале. Чтобы оставаться лучшим, чтобы удержаться на вершине, нужно непрерывно работать. Потому что появляется молодежь, а она всегда сильнее технически. И надо находить все новые и новые свои преимущества, а для этого надо работать.

Соната Шостаковича ждала меня 26 лет. Такое в молодом возрасте играть нельзя

Как вы выбирали программу для этого выступления?

Юлиан Милкис: С Камерным оркестром Санкт-Петербургской консерватории мы дали две премьеры. Состоялась европейская премьера произведения Гии Канчели Ninna Nanna per Anna для кларнета и камерного оркестра, а также мировая премьера Сонаты для альта и фортепиано Дмитрия Шостаковича в переложении для кларнета и струнного оркестра.

Когда я сам первый раз услышал музыку Гии Канчели по радио, я был за рулем. И потрясение оказалось столь велико, что мне пришлось съехать с дороги и остановиться. Потом я скупил все возможные записи - интернета еще не было. Теперь его произведения я стараюсь исполнять как можно чаще. Он считал меня одним из главных интерпретаторов своей музыки, и я стремлюсь пропагандировать его творчество. Вскоре, кстати, у меня будет большой онлайн-семинар о Канчели для Вьетнама. Его музыка всегда производит на публику огромное впечатление, я играл ее в самых разных странах - от Италии и Франции до Южной Азии, и всегда она попадает прямо в сердце слушателям. Иногда она грустная, но это светлая грусть.

Спектакль "Лавр" во МХАТе им. Горького перетек в музыкальный проект Lavra

Соната Шостаковича ждала меня 26 лет. Это последнее произведение композитора, оно было завершено всего за несколько недель до смерти. То есть это такой реквием самому себе, который сам Шостакович уже не услышал. Мне много лет назад написал письмо и предложил сыграть ее Максим Шостакович, композитор Александр Левкович сделал переложение. Но, по-моему, такие произведения в молодом возрасте играть нельзя. А в последнюю нашу встречу мы вспомнили про эту идею. И когда я рассказал всю историю директору Международной недели консерваторий Лидии Волчек, она сразу ухватилась за предложение дать премьеру.

Такой репертуар вдруг оказался неожиданно и трагично созвучен вам самому...

Юлиан Милкис: Да, в дни фестиваля в Торонто умерла моя мама. Но я не отменил концерт - она тоже была музыкантом, пианисткой, и просто меня бы не поняла. Свою роль сыграла и программа - может быть, если бы не Шостакович, я поступил бы по-другому. Но первое отделение от слез ничего не видел, и играть было очень тяжело.

Вы сказали, что музыка Гии Канчели оказывается созвучна людям по всему миру. То есть в музыке "насмотренность" важна меньше, чем в театре и литературе?

Юлиан Милкис: Когда мы сделали вечер памяти Гии Канчели "Тишина между нот", он состоял из двух отделений - документального фильма "Гия Канчели: Я не любил кларнет" (режиссер Ольга Антимони) и музыки в моем исполнении и Полины Осетинской. Премьера состоялась в октябре в Александринском театре, а затем в Москве. Гия в свое время говорил, что фильм нужно показывать в первом отделении, чтобы люди немного узнали о нем. Но из-за личных воспоминаний мне играть потом трудно. А публике, мне кажется, наоборот, важнее сначала впечатление, а потом уже знание.

Если брать Моцарта, Брамса, Бетховена, Баха, то их исполняют так часто, что определенный бэкграунд уже есть. У Баха, кстати, нет ни одной негениальной ноты. У других есть, а у него нет.

Пять фильмов, в которых звучит музыка Гии Канчели

Вы тоже для нашего времени человек совершенно уникальный - кларнетист, виртуоз, сольный музыкант. Вы гений?

Юлиан Милкис: Конечно нет. Музыкант ничего не создает. Гениями можно называть архитекторов, композиторов, художников. А музыкант - лишь интерпретатор. Хотя Гия Канчели говорил, что без гениальных исполнителей музыка мертва.

С одной стороны, есть замысел композитора. С другой стороны, у исполнителя должно быть свое видение. Иначе все будут играть одинаково.

Жизнь во всем мире, конечно, сильно осложнила эпидемия. А политика?

Юлиан Милкис: В самые черные времена, во времена холодной войны между СССР и США это никогда не отражалось на культуре. Ездили на гастроли Большой театр, оркестры Мравинского и Светланова, выдающиеся солисты... Им рукоплескали несмотря на то, что они из Советского Союза. Никогда не закрывались дипломатические представительства. А теперь в Петербурге нет ни английского, ни американского консульства. Раньше культура держала баланс отношений, а теперь этого нет.

Традиционный вопрос - просто чтобы не заканчивать на грустной ноте. Ваши творческие планы?

Юлиан Милкис: После смерти мамы меня в Торонто ничего не держит, поэтому я намерен больше времени проводить в России, в родном Петербурге. В декабре в Капелле запланирован концерт. Надеюсь, встреча состоится.

Ключевой вопрос

Пандемия очень многое перевела в "цифру". Как вы относитесь к онлайн-концертам или мастер-классам?

Юлиан Милкис: Я пробовал провести занятия онлайн, но по большому счету это профанация. Во-первых, практически невозможно правильно оценить качество звука, а во-вторых, нет живого общения, контакта.

От концертов я сразу отказался - по той же причине. Музыканту важна энергетика зала. В Петербурге, кстати, на концерте в рамках Международной недели консерваторий был полный зал - и это было очень приятно.

Классика Санкт-Петербург Северо-Запад