Новости

Отказаться от веры или глумления над ней?

Сегодня Мосгорсуд проведет слушания по жалобе защиты на арест предполагаемых участниц панк-группы Pussy Riot , устроившей оскорбительную для чувств верующих выходку в храме Христа Спасителя.

А на днях правоохранительные органы официально предъявили названным девушкам обвинение в хулиганстве.

"Панкушки в храме" стали новостным бестселлером. Три недели не стихает общественный резонанс от акции. Кто-то переживает за чувства верующих, кто-то за отчасти арестованных "акционерок". Неожиданную актуальность событиям придали новости из Великобритании: правительство Соединенного Королевства поддержало запрет для рабочих и служащих британских компаний открыто носить нательные крестики, оправдав увольнение за подобное деяние. Тему узкого и широкого пути для веры, оскорбления и защиты религиозных чувств мы обсуждаем с известным богословом, протодиаконом Андреем Кураевым.

Отец Андрей, почему для вас общественная реакция, реакция "морального большинства" по поводу акции Pussy Riot является более важной, чем реакция церковных людей?

Протодиакон Андрей Кураев: Общественная роль Церкви сегодня в том, чтобы выступать стержнем, вокруг которого консолидируются нравственные позиции людей. У нас есть возможность на чем-то настаивать не административными путями, а в дискуссии. У Церкви много спикеров, голов, уст, поэтому о важных для нас сюжетах мы можем напоминать постоянно.

И в общественных дискуссиях, и в медийном пространстве. Тем более что мы часто ставим вопросы, которые носят не чисто корпоративный (конфессиональный), а общегражданский, общечеловеческий характер. И наша позиция будет убедительной только в том случае, если мы сможем приводить аргументы не только религиозные, со ссылками на Библию или церковные каноны, но и психологические, правовые, исторические. И здесь, конечно, нам нужна помощь от разных людей независимо от их политической или религиозной ориентации. Для нас важно, чтобы в такого рода дискуссиях участвовали люди, придерживающиеся разных позиций по религиозным вопросам.

В такого рода событиях, как акция Pussi Riot, обсуждение важнее суда?

Протодиакон Андрей Кураев: Обсуждений в Интернете было много, и еще больше грязи в них. Куда важнее инициатива петербургских законодателей, фиксирующая голоса и мнения большинства избирателей. Очень важно, чтобы в дискуссиях, подобных сегодняшней, обычные нормальные люди не думали о себе "я - динозавр, одиночка, не понимающий прогресс человечества", а знали, что они носители базовых моральных и культурных норм. Это самоощущение очень важно для людей, и петербургский закон этому помогает.

По поводу таких событий, как выходка Pussy Riot, должен ли складываться какой-то консенсус в обществе?

Протодиакон Андрей Кураев: Очень бы хотелось. Хорошо бы, чтобы люди вне зависимости от своих политических и религиозных взглядов вспомнили слова Зигмунда Фрейда о том, что культура - это система табу, и не все то, что можно, можно. И человек, в отличие от животного, обычно умеет ограничивать себя в пище, сексуальной активности и т.п. Есть права человека, а есть общечеловеческий долг. И одно из наших нравственных долженствований - уважение к памяти воинов, которые погибли за нашу родину.

А храм Христа Спасителя - памятник погибшим в сражениях с Наполеоном, не только, кстати, русских воинов, в них участвовали и калмыцкая, и татарская конницы, и храм стоит в память обо всех погибших. И можно ли в храме - памятнике воинской славы устраивать такого рода представления?! Хотелось бы, чтобы самые разные люди, во всем остальном не согласные, здесь были бы согласны.

Какие идеи и позиции были явлены в этой акции?

Протодиакон Андрей Кураев: Любителей расшифровывать их позиции и так хватает. Впереди судебный процесс с адвокатами, правом слова и медийным сопровождением, и мы все это еще неоднократно услышим.

По-вашему, это самостоятельная позиция или девушки орудие в чужих руках и у акции есть скрытые "акционеры"? Как вы считаете, какая идеология проявилась в ней?

Протодиакон Андрей Кураев: В этом феномене различимы три уровня: исполнители (их личности и мотивы), организаторы и идеологическая маркировка. Эта акция стала своего рода маркером, по реакции на нее обозначаются люди с определенной идеологической установкой. И те, кто сейчас поддерживает ее и считает, что она нормальна как акт искусства, выражение свободы слова или чисто политический протест, очень значимая группа ( у которой, кстати, есть медийные ресурсы и в России, и за рубежом). В эти дни в Великом Устюге произошла другая беда - человек вошел в храм и топором изрубил иконы, 30 икон пострадало, а одна, XVIII столетия, была утрачена навсегда. Мы этому соболезнуем, но даже не осуждаем человека, это совершившего, потому что он психически болен. Тут можно только плакать и над ним самим, и над иконами.

А выходка Pussy Riot не выходка одиночек, боюсь, что за этим стоит серьезная группа людей с жесткими представлениями о том, каким должен быть мир (а не их квартал). Эта сила называется "крайний либерализм", но ведет она себя на самом деле крайне тоталитарно. Она считает себя вправе запрещать христианам все что угодно вплоть до ношения нательного крестика, а "своим людям" поощряет любые издевательства над христианской верой. Если я пришел на работу с нательным крестиком, это оскорбляет нерелигиозных людей, а если кто-то пришел и нагадил в храме, то это свобода творчества. Это проявление установки на изживание остатков христианства из современного (сначала западного, а потом уже, наверное, и вообще) мира. Мне кажется, резонанс акции в храме Христа Спасителя позволяет понять некую возможную перспективу нашего развития. Это не действие странных одиночек, за ними очень серьезная идеологическая система, которая себе позволяет все, а христианам ничего.