9 сентября 1991 года мэр Санкт-Петербурга Анатолий Собчак поднял трубку аппарата весом около трех килограммов и позвонил мэру Сиэтла Норману Райсу. Разговор на английском занял несколько минут и он считается первым официальным звонком по сотовой связи в истории страны. По словам очевидцев, Собчак говорил по аппарату Mobira MD59-NB2 производства Nokia, однако документального подтверждения этого факта не сохранилось. Связь тогда обеспечил первый российский мобильный оператор — «Дельта Телеком».

Однако история отечественной подвижной связи началась раньше. В 1979 году в Министерстве связи СССР создали Пятое главное управление - одной из его задач стало внедрение к Олимпиаде-80 новых систем подвижной радиосвязи. Тогда в Москве и Таллине заработали пейджинговые сети Multitone, а еще раньше в стране действовали сети на базе отечественного оборудования «Алтай». Подход советских связистов был простым: только собственная техника и принципиально свои диапазоны частот. Но олимпиада показала, что СССР заметно отстает в этой сфере, и в конце 1980-х возникла идея внедрить международные стандарты - прежде всего сотовой связи.

В конце 1990 года был объявлен конкурс на создание сетей диапазона 450 МГц в Москве и Ленинграде: военные к тому времени согласовали совместное использование этих частот. За скандинавский стандарт NMT-450 (Nordic Mobile Telephone) выступало руководство Ленинградской городской телефонной сети (ЛГТС).

Там видели, как такие сети работают в соседней Финляндии: финны пользовались мобильными телефонами даже в советских приграничных районах, вплоть до Выборга. Свою роль сыграла и Nokia: несмотря на западные экспортные ограничения (режим COCOM), она поставляла в СССР цифровые АТС и имела определенное влияние.

По словам генерального директора группы компаний ComNews Леонида Коника, ЛГТС оказалась единственным претендентом на ленинградскую лицензию; в Москве за нее боролись Московская городская телефонная сеть (МГТС) и Центральная междугородная телефонная станция (ЦМТС). В октябре 1990 года, еще в Советском Союзе, зарегистрировали совместное предприятие «Дельта Телеком»: 52,5% уставного капитала получила ЛГТС, 42,5% - американская US West International, еще 5% числилось за Госинспекцией электросвязи и вскоре перешло к ЛГТС.

Оформить лицензии союзное министерство не успело: после августа 1991 года оно прекратило существование. Тему подхватило Минсвязи России. В Ленинграде лицензию получила «Дельта Телеком», в Москве — «Московская Сотовая Связь» (МСС), которую учредили ЦМТС, институт «Гипросвязь» и МНТК «Микрохирургия глаза» Святослава Федорова при участии US West.

Почему первым российским стандартом стал именно NMT-450? «В отличие от других сотовых стандартов первого поколения, в NMT-450 роуминг (обслуживание абонента в чужой сети) закладывался изначально. Эти сети строились в странах Скандинавии, где перемещение людей через границы всегда было значительным. Для Ленинграда с его финским соседством аргумент был веским».

Дальше начались дебаты о диапазоне 900 МГц. По словам Коника, значительная часть связистов предлагала запустить там активно использовавшийся в Скандинавии NMT-900, но после обсуждений вышел приказ Минсвязи № 262 «О стандартах сетей сотовой подвижной радиосвязи общего пользования». Он закрепил: для диапазона 450 МГц — NMT-450, для 900 МГц — GSM (Global System for Mobile Communications, европейский цифровой стандарт второго поколения).

В начале 1993 года прошел конкурс на GSM-лицензии в трех городах — Москве, Петербурге и Сочи — и одиннадцати регионах; итоги зафиксировал приказ Минсвязи № 35 от 13 февраля 1993 года. Схема распределения вышла зеркальной. При розыгрыше NMT-лицензий в Петербурге победила компания, связанная с городской телефонной сетью, а в Москве — с междугородной станцией. В GSM получилось наоборот: петербургскую лицензию получил «Северо-Западный GSM», связанный с междугородной СПб ММТ, а московскую — «Мобильные ТелеСистемы» (МТС), за которыми стояла МГТС.

Коллегия Минсвязи решила развивать в стране две федеральные сети — NMT-450 и GSM-900, а в 1994 году GSM утвердили федеральным стандартом. Об истории своей GSM-сети «РГ» рассказали в «МегаФоне»: первый звонок по GSM в Петербурге совершил «Северо-Западный GSM» — тогдашнее название компании. Коммерческую эксплуатацию сети оператор запустил в 1995 году и тогда же впервые в России показал текстовые сообщения SMS и мобильный доступ в интернет на скорости 9,6 кбит/с. В 1996-м был запущен национальный роуминг и открыт международный — в десяти странах, включая Германию, Испанию и скандинавские государства, а в 1997-м  заключено роуминговое соглашение с США.

Столица включилась в мобильную эпоху вслед за Петербургом. МСС начала экспериментальную эксплуатацию сети 16 декабря 1991 года, а коммерческий запуск состоялся 29 января 1992-го — в том же стандарте NMT-450.

О том, как тогда выглядели первые продажи, рассказывает исполнительный директор «Группы Астра» Николай Прянишников. В 1992 году он работал в МСС торговым представителем, а позже стал заместителем генерального директора.

Сегодня арифметика тех лет выглядит фантастикой. Минута разговора стоила около доллара, причем платили и за входящие звонки. К 1994 году минута подешевела до шестидесяти центов, появилась абонентская плата около пятидесяти долларов в месяц. Для сравнения: среднюю зарплату в стране в ту пору оценивали примерно в сто долларов.

Покупка трубки требовала и бюрократических усилий. С 1993 года владельцу мобильного телефона нужно было разрешение Госсвязьнадзора, документ могли проверить в любой момент, а его отсутствие грозило крупным штрафом. Разрешительный режим отменили лишь в феврале 2000 года.

Летом 1992 года к сотовым сетям добавился американский аналоговый стандарт AMPS (Advanced Mobile Phone System). Радиоинженер Дмитрий Зимин и американский предприниматель Оги Фабела установили экспериментальную базовую станцию на крыше здания МИД в Москве.

В сентябре 1992 года зарегистрировали АО «ВымпелКом», в январе 1993-го компания получила лицензию на Москву, а в 1994-м вывела сеть в коммерческую эксплуатацию под брендом «Билайн». Денег на строительство не хватало и Ericsson согласился поставить оборудование в кредит, а в качестве обеспечения принял принадлежавшие Зимину акции «ВымпелКома».

В Москве цифровая эра  началась в 1994 году, когда МТС вывела GSM-сеть в коммерческую эксплуатацию. Само предприятие учредили в октябре 1993 года: партнерами МГТС стали Deutsche Telekom и Siemens. Лицензию на GSM для Москвы компания получила в ноябре 1993-го, а первые звонки абонентов маршрутизировались через коммутатор во Франкфурте — собственной инфраструктуры пока не было.

До 1997−1998 годов далеко не всем было понятно, что будущее именно за GSM, рассказывает Коник. Сторонники NMT-450 возражали: голос в аналоговой сети звучит естественно, тогда как в первых GSM-телефонах напоминал речь робота из-за несовершенной оцифровки. Однако к концу десятилетия преимущества цифрового стандарта проявились наглядно. GSM-сети работали по всей Европе и еще в десятках стран, с телефоном можно было поехать за границу. Производителей аппаратов стало много, и это сказалось на ценах и дизайне. Модуль идентификации абонента (SIM-карта) позволял легко менять трубку, а сами устройства стали заметно компактнее аппаратов NMT.

В августе 1999 года даже «Дельта Телеком» объявила о переходе на GSM — правда, в диапазоне 450 МГц. Однако планы так и остались планами: Nokia и Ericsson анонсировали оборудование GSM-400, но производить его не начали.

В первой половине десятилетия связь оставалась уделом избранных: по доступным оценкам, мобильным телефоном пользовалось менее половины процента населения страны. Трубка на поясе сообщала о владельце не меньше, чем дорогой автомобиль.

К концу десятилетия минута разговора стоила уже 15−20 центов вместо доллара в начале девяностых. Почти исчезла и плата за входящие: первой от нее отказалась МСС в 1998 году, годом позже за ней последовали МТС и «Билайн».

Росла и абонентская база: если к 1997 году в стране насчитывалось около 300 тыс. абонентов сотовой связи, то к концу десятилетия их число перевалило за миллион.

По мере развития мобильной индустрии российские операторы связи столкнулись и с кадровыми проблемами. В девяностые годы инженеров‑связистов, знакомых с современным западным телеком-оборудованием, в России было мало.

К 2000 году основа будущей «большой тройки» — МТС, «Билайн» и «МегаФон» — уже сложилась, но до настоящей массовости было еще далеко. В 1999 году проникновение услуг сотовой связи в России составляло менее одного процента, в 2000-м выросло до 2,2%. А уже по итогам 2004 года показатель превысил 51%, в 2006-м — 104,5%: статистически телефон оказался у каждого жителя страны.