Новости

15.02.2018 18:08
Рубрика: Власть

Конституционный суд решил...

За каждым постановлением Конституционного суда стоит сложная история конкретного гражданина
Совет Федерации назначил Валерия Зорькина по представлению главы государства председателем Конституционного суда на новый срок. Решение сенаторов вызвало бурю эмоций в либеральной части общества, раздались привычные голоса о "несменяемости" судебной власти и сомнения в самой необходимости этого высшего суда. Свой взгляд на ситуацию мы попросили высказать председателя Комитета Госдумы по государственному строительству и законодательству Павла Крашенинникова.
Валерий Зорькин убежден: нормы права должны вытекать из норм культуры, быть частью истории страны.  Фото: Виталий Белусов/ТАСС Валерий Зорькин убежден: нормы права должны вытекать из норм культуры, быть частью истории страны.  Фото: Виталий Белусов/ТАСС
Валерий Зорькин убежден: нормы права должны вытекать из норм культуры, быть частью истории страны. Фото: Виталий Белусов/ТАСС

Павел Владимирович, очередная буря в стакане воды не нова, голоса о необходимости слияния высших судов раздаются давно. Сторонники англо-саксонской модели права даже предлагали название такого объединенного органа - Высокий суд, как в Лондоне. Но у нас свой путь?

Павел Крашенинников: Когда шло объединение Верховного и Высшего арбитражного судов, были дискуссии, мол, давайте сюда и Конституционный суд. Надо сразу сказать, что эти дискуссии были не на официальном уровне, а в медийном, юридическом сообществе, в политической тусовке.

Но смысл объединения Высшего арбитражного и Верховного судов был в необходимости единообразной судебной практики. К сожалению, в их деятельности возникали определенные разногласия. Арбитражные суды рассматривают экономические споры, а суды общей юрисдикции - помимо уголовных и административных, в том числе и гражданские дела. Часто было так, когда субъектами выступали граждане, юридические лица, то по сходным спорам принимались разные решения, в том числе на верхнем уровне, и это приводило к негативным последствиям для экономики страны, защиты прав граждан и юридических лиц.

Объединение позволило устранить как объективные, так и субъективные причины разногласий. Наконец, президент поставил точку в вопросе "дальнейших объединений" и сказал, что будут действовать Верховный суд и Конституционный суд. Это его заявление символично прозвучало именно в День Конституции 12 декабря. Мне кажется, здесь все вопросы сняты также и тем, что на должность председателя Конституционного суда предложен и назначен Советом Федерации Валерий Зорькин.

Валерий Зорькин исполняет эту высокую должность достаточно давно, с марта 2003 года, что и дает повод его недоброжелателям говорить о "несменяемости". Но, с другой стороны, если полтора десятка лет не возникает вопроса о соответствии человека своему посту, значит, у него есть все необходимые качества?

Павел Крашенинников: Могу без обиняков сказать, что у него удивительное сочетание правоприменителя и защитника Конституции с высочайшей юридической подготовкой. И эта подготовка не связана лишь со знанием законов. Он прекрасно знает теорию права и понимает, как это право рождается. Он видит различные правовые направления, знает не только теорию, но и философию права, что встречается очень редко. И с этой точки зрения человек чрезвычайно подготовленный, что, конечно, положительно сказывается на работе Конституционного суда.

В основе понятия слова "Конституция" - константа, стабильность. Такая стабильность работы самого высшего конституционного органа важна не только сама по себе, она отражается и на всем обществе, и на всем государстве. Мы достигли уровня, когда даже при самых тяжелых политических ситуациях все решается достаточно спокойно, по процедуре: принимается жалоба и рассматривается не по эмоциям, а по правовым нормам. С этой точки зрения Конституционный суд создает в обществе то равновесие, которое позволяет стране жить и развиваться без потрясений.

Однако было время, когда Валерия Зорькина упрекали именно в излишней эмоциональности. Правда, достаточно давно, в бытность его первым главой Конституционного суда в 1991-1993 годы. Он дважды признавал неконституционными положения указов президента Ельцина - тогда отсутствие законов привычно заменялось "указами на коленке". Несговорчивость стоила Зорькину поста председателя суда. Что это было, фронда независимой ветви власти или внутренняя позиция профессионала?

Павел Крашенинников: На таком уровне служения стране и народу должен быть человек с позицией. И очень хорошо, что эта позиция Валерия Дмитриевича тогда и теперь определяется не эмоциями, а именно правом, в этом залог деятельности нашего высшего суда и всей страны. Потому что решения суда принимаются в правовой плоскости, но их последствия оказываются в том числе политическими.

Человек обратился в Конституционный суд с жалобой на то, что ущемляются его права и интересы. Допустим, суд рассмотрел жалобу и признал, что действительно в таком-то законе не все положения соответствуют Конституции. Закон будет изменен?

Павел Крашенинников: Если Конституционный суд решил, что та или иная норма закона противоречит Конституции, правительство обязано в течение 6 месяцев внести в Госдуму соответствующие поправки. Дальше все происходит по законотворческой процедуре, и поправки после принятия становятся нормой закона.

Именно обращения обычных граждан становятся предметом рассмотрения в Конституционном суде?

Павел Крашенинников: Я бы сказал, в определяющей степени. Вот только на днях мы проводили заседание рабочей группы по поводу защиты прав добросовестных приобретателей жилья. Человек, прежде чем приобрести дом или квартиру, смотрит в реестр, убеждается, что все хорошо, и добросовестно платит деньги. А потом выясняется, что за этой квартирой целая цепочка, в конце которой мошенническая схема. Например, умер человек, у которого нет наследников. По закону квартира должна стать выморочным имуществом и поступить в муниципалитет. Но находятся дельцы, которые мошеннически оформляют жилье, потом 3-4 раза переоформляют, и вот добросовестный человек, заплативший деньги, попадает в ловушку - жилье у него отнимают как бы по закону, и в итоге у него ни жилья, ни денег.

Конституционный суд посчитал, что в данном случае права добросовестных приобретателей жилья должны быть обеспечены, и вынес соответствующее постановление. Правительство внесло в Думу законопроект, который мы сейчас рассматриваем. И таких примеров много.

Решения Конституционного суда обязательны для исполнения нижестоящими судами?

Павел Крашенинников: В конце 2016 года Госдума приняла внесенный президентом проект закона об исполнении постановлений Конституционного суда. Применение законодательного акта будет недопустимо, если его толкование расходится с истолкованием Конституционного суда. Это касается законов, указов президента, постановлений правительства, договоров между органами государственной власти. При этом закон вводит необходимость пересмотра такого рода дел или внесения поправок в действующее законодательство в соответствии с толкованием Конституционного суда. Если прежде при рассмотрении жалоб суды и другие правоприменители не всегда учитывали позицию Конституционного суда, то теперь права и свободы граждан лучше защищены.

В связи с обращениями граждан России в Европейский суд по правам человека Валерий Зорькин однажды признал, что наша внутренняя судебная система несовершенна, включая ступени, касающиеся надзора, апелляционной и кассационной инстанций, и что их надо приводить в соответствие со стандартами. Он был прав?

Павел Крашенинников: Бесспорно прав. Подтверждение тому - внесенный Верховным судом проект нового закона о создании самостоятельных, экстерриториальных, выходящих за пределы одного региона, апелляционных и кассационных судов. Во вторник мы провели обсуждение этого документа в Комитете по государственному строительству и законодательству. В пятницу будем рассматривать на пленарном заседании Госдумы - надеюсь, он будет принят в первом чтении.

Если прежде суды не всегда учитывали позицию КС, то теперь права и свободы граждан лучше защищены

В прошлом году в одном из своих выступлений Валерий Зорькин заявил, что мировая правовая система терпит крах. При этом в нашей Конституции закреплен приоритет международного права над отечественным. Но сам Зорькин считает, что это не означает делегирования суверенитета и на Конституцию этот приоритет не может распространяться. Нет ли противоречий?

Павел Крашенинников: Если помните, мы обсуждали у вас в редакции эти проблемы на презентации моей книги "12 апостолов права". Речь идет о культурных нормах в жизни и деятельности человека и о нормах права. Право - часть культуры. Чтобы норма права заработала, она должна вытекать из норм культуры. У нас свои традиции, в том числе религиозные и бытовые, у других - другие. Вот об этом Валерий Зорькин и говорил, это его общекультурная подготовка и его убеждения.

Что касается международного права, совершенно очевидно, что нормы международного права имеют приоритет над нашими законами. Об этом говорится в статье 15 Конституции. И всякий раз, присоединяясь к какой-либо конвенции, международному договору, государство подтверждает это решение федеральным законом о ратификации, считая договор нормой своей правовой системы. Если же нет, тогда мы и не присоединяемся, не подписываем конвенции, есть также и процедура денонсации. Например, мы денонсировали договор с американцами по усыновлению.

Что касается Конституции, то очевидно, что конституционная норма имеет приоритет всегда. Это не федеральный закон, это Основной Закон нашей страны. И соответственно любой источник права, который существует в любой отрасли, начинается с Конституции. На мой взгляд, с точки зрения теории очень хорошо, что так убедительно и четко Конституционный суд здесь расставил приоритеты. А Конституционный суд - это и председатель, и члены Конституционного суда.

Была такая история, когда часть его команды, его коллеги заявили однажды, что он перешел некую грань между правом и политикой. Право и политика - они в каких отношениях с точки зрения законодателя?

Павел Крашенинников: Это давно было, и состав суда был другой, и условия иные. Я скажу, что право - это не только закон, но и те решения, которые принимает суд. И то, как общество относится к этим законам и судебным решениям. Политика и право, конечно, взаимодействуют каждый день. Политические решения часто порождают правовые. Возьмите кодекс Юстиниана или Наполеона, европейские и наши крупные кодексы - все они принимаются в силу политических решений. Готовятся они, как правило, с точки зрения права, а окончательное решение, нравится нам или нет, за политиками. И, соответственно, при применении правовых норм бывает много политических последствий.

Это серьезная область права, требующая серьезных теоретических подходов. Чтобы в них не углубляться, давайте лучше поздравим Валерия Дмитриевича с наступающим юбилеем и пожелаем ему здоровья и новых успехов на ответственном посту!

От редакции:

"Российская газета" присоединяется к поздравлениям Валерию Зорькину с юбилеем.

Власть Работа власти Судебная система Судебная власть Конституционный суд
Добавьте RG.RU 
в избранные источники