01.12.2022 15:28
    Рубрика:

    Сенатор Мизулина: Мой опыт позволяет усомниться в обоснованности решения органа опеки, забравшего детей у омички

    Сенатор Российской Федерации Елена Мизулина отреагировала на ситуацию с отобранием троих детей у многодетной матери из Омской области, о которой рассказала "Российская газета".
    Антон Новодережкин/ ТАСС
    Антон Новодережкин/ ТАСС

    Завтра в Тарском городском суде продолжится судебный процесс по иску органов опеки к 24-летней Надежде Привалихиной из села Чекрушево. Чиновники требуют лишить ее родительских прав. Ранее у Нади отобрали троих сыновей. Самого младшего, восьмимесячного Сашеньку, не дожидаясь решения суда, отдали под предварительную опеку топ-менеджеру из Екатеринбурга. Ценой неимоверных усилий "РГ" и правозащитникам удалось вернуть мальчика в Тару. При этом, как выяснилось, оказавшаяся в сложной ситуации многодетная семья, не получила от местных властей никакой социальной поддержки.

    Член Совета Федерации - представитель от исполнительной власти Омской области Елена Мизулина

    - Ситуация, сложившаяся вокруг семьи в городе Таре требует объективного и беспристрастного разбирательства. Мнение прокурора о законности отобрания фактически предопределено содержанием статьи 77 Семейного кодекса, согласно которой отобрание ребенка - это право органов опеки. Замечу, что права могут быть только у граждан. Органы публичной власти, к которым относятся органы опеки, исполняют государственные обязанности, порядок которых, должен строго регулироваться, но в настоящее время не регулируется законом.

    При этом Семейный кодекс разрешает органам опеки отбирать ребенка по своему усмотрению, во всяком случае, когда они сочтут, что есть непосредственная угроза его жизни или здоровью. В данном случае орган опеки решил, что угроза так велика, что мать надо лишить родительских прав, то есть навсегда разлучить ее и детей. Так ли это, надо проверять.

    Мой профессиональный опыт и знания позволяют усомниться в обоснованности решения органа опеки относительно отобрания детей с передачей их чужим людям. В отличие от органов опеки и прокурора я оцениваю соразмерность, то есть справедливость и обоснованность, а значит, и законность применения отобрания детей в каждом случае, и с точки зрения психического переживания ребенка, его страданий в этот момент, тот испуг и страх, который испытывает маленький человек, когда его забирают чужие для него люди. Очевидно, что ребенок не воспринимает такое отобрание как благо для себя. Также очевидно, что именно испуг, страх, паника, пережитые ребенком в детстве, очень сильно влияют на его психику в последующем.

    Эти обстоятельства обязательно должны учитываться при оценке соразмерности применения отобрания у родителей. Основания, побудившие орган опеки на выбор самого жесткого механизма отобрания с отдачей маленьких детей в чужие руки, должны проверить, оценить и сделать соответствующие выводы и КДН и суд. По имеющейся информации от органов опеки поведение мамы детей не является безупречным, что требует тщательной проверки. Ранее, ориентировочно 2018-2019 годы, семья состояла на учете как находящаяся в социально опасном положении. Основания постановки на учет мне неизвестны, но семья была снята с такого учета в 2020- 2021 годах, здесь в датах снова неопределенность.

    Не ясным остается вопрос, откуда появились потенциальные опекуны детей, проживающие в Екатеринбурге. Почему именно они были проинформированы об отобранных детях чуть ли не в день отобрания.

    Фото из квартиры, на котором разбросанные вещи, свидетельствующие о беспорядке, - слабое доказательство. По информации правозащитных просемейных организаций беспорядок в доме усиливается "рукотворно", для целей большей убедительности отобрания - и это излюбленный прием органов опеки и попечительства при отобрании ребенка.Поддерживаю решение Дерновой Т. В., заместителя Губернатора, которая не только остановила произвол в отношение этих детей, но и обязала провести заседание КДН в целях объективного обсуждения ситуации, анализа ошибочных действий, а они есть, ибо ситуация вызвала много вопросов, на которые нет ясных и четких ответов. Мой представитель будет участвовать в заседании КДН.

    Надеюсь, что будет дана объективная оценка сложившейся ситуации и получены ответы на те вопросы, которые я ранее обозначила, а также на вопросы о том: от кого и когда узнала об отобранных детях семейная пара, жители Екатеринбурга? Почему органы опеки не проинформировали родственников отобранных детей, имея сведения о таких родственниках? Может быть, они посчитали маму или отца детей неблагонадежными? Тогда тем более необходимо не только выяснить этот факт, но и обсудить, правомерна ли такая оценка в отношении родственников отбираемых детей. Зачем тогда следствие и суд, если органы опеки способны почти мгновенно определять благонадежность того или иного человека?!

    Подобного рода отобрания, к сожалению, происходят не только в Омской области. И везде примерно также. Везде есть другие близкие родственники, готовые взять детей на попечение, от которых скрывают факты отобраний. И эта тенденция свидетельствует, скорее, о темной стороне «отобрания», как о легализованном произволе власти по отношению к родительским (кровно- родственным) семьям.

    Замечу также, что УК РФ относит к торговле детьми в том числе иные сделки, не зависимо от целей их совершения, например, безвозмездная передача от одного лица к другому, обмен на какие-то материальные ценности и др. (статья 127.1 УК РФ), и предусматривает наказание до 10 лет лишения свободы, а в случае совершения деяния организованной группой - до 15 лет лишения свободы).

    В заключение хотела бы обратить внимание всех, кто будет участвовать в судьбе этой семьи, кто наделен полномочиями по отобранию детей и оценке законности отобрания на Указ Президента РФ В. В. Путина от 9 ноября 2022 года № 809 "Об утверждении Основ государственной политики по сохранению и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей". Вчитайтесь в смысл и основный посыл этого Указа. Может быть, стоит его отдельно изучить и осмыслить и органам опеки, и прокурорам, и судьям? Во всяком случае оценка отобраний с точки зрения идеологии этого Указа совсем не такое "благо" для ребенка, каким его пытаются подать некоторые "радетели прав детей".