800-летие Нижнего Новгорода
Реставратор Александр Шумилкин рассказывает, как будет выглядеть внутренний дворик особняка Литературного музея после реставрации. Фото: Валерио Патрукко

Живите в доме - и не рухнет дом

Текст: Андрей Чугунов (Нижний Новгород)
Сотня зданий в исторической части Нижнего Новгорода вошли в программу "Реставрация 800". Более сорока из них уже отреставрированы. Остальные находятся в процессе реализации самой масштабной инфраструктурной программы в истории города.

Среди этих объектов обычные жилые дома и знаковые городские сооружения. Но за каждым - история. "Юбилей Нижний Новгород встретит обновленным, современным мегаполисом, сохранившим при этом свою идентичность", - сформулировал задачу губернатор Нижегородской области Глеб Никитин, подводя предварительные итоги работы в декабре 2020 года.

- Очень хорошо наши власти понимают, что реставрация и благоустройство городских объектов не заканчиваются юбилеем, а продолжаются постоянно, - говорит кандидат архитектуры Александр Шумилкин, доцент кафедры истории архитектуры и основ архитектурного проектирования Нижегородского архитектурно-строительного университета, профессионально занимающийся реставрацией архитектурных объектов. - Реставрация, проводимая к определенной праздничной дате, редко бывает всеобъемлющей.

Александр Сергеевич знает, о чем говорит, потому что реставрация - это дело не только его жизни, но и жизни всей семьи, целой династии. Его отец, мать и брат - архитекторы, все занимаются реставрацией. Еще мальчишкой он ходил с отцом на объекты, помогал Сергею Михайловичу. "Ну, как помогал - карандаши точил", - улыбается Александр. А сейчас он занимается реставрацией и осуществляет авторский надзор десяти нижегородских ОКН. Среди них дом М. Ф. Щелокова (улица Варварская, 8), первые обмеры которого делал в начале 2000-х годов его отец. И дом В.М. Бурмистровой (улица Минина, 26), в котором располагался Литературный музей.

- Для нас важно, чтобы в истории города сохранились подлинные опорные звенья. Не только кремль, огромное спасибо за него Святославу Агафонову, но и менее масштабные объекты, особенно в дереве, - говорит Александр Шумилкин. - Еще буквально 20 лет назад, когда я поступал в ННГАСУ, город содержал порядка 250 деревянных объектов. Сейчас их, к сожалению, меньше полусотни.

Дом Щелокова на Варварке известен под неофициальным названием "дом с болью". Дело в том, что после пожара в 1996 году дом пустовал. В 2018 году художник Илья Мозги разместил на доме надпись "Здесь больше нет огня". Через некоторое время неизвестные закрасили некоторые буквы, и получилось "Здесь боль".

Подписанные бревна – "родные" для Дома с болью — простояли в срубе почти 300 лет. Фото: Валерио Патрукко

По словам Александра Шумилкина, реставрация подразумевает восстановление первоначального облика фасада, как он выглядел при Николае I. Задача сложная, так как сохранилась примерно треть бревен сруба.

- Для докомпоновки утраченного мы привезли бревна примерно того же времени из северных районов области, - говорит архитектор. - Если провести радиоуглеродный анализ, то он покажет, что бревна - ровесники.

У дома есть интересные особенности: подвал со сводчатыми потолками, уникальная компоновка помещений (с улицы два этажа, со двора - три) и внутренняя деревянная лестница, которую, как и сруб, промаркировали, разобрали, а потом заново соберут. А еще карнизы по периметру потолков парадных помещений, подлинные внутренние двери и печи.

- Мы должны сохранить подлинность конструктивных особенностей, обнажим часть сруба, чтобы показать людям, что это не подделка, - обещает Александр Шумилкин.

Что будет в отреставрированном доме на Варварке, пока неизвестно, а вот восстановленный дом на улице Ульянова, 8 примерно того же времени постройки, которым также занимался Александр с коллегами и родственниками, живет полной жизнью. Сейчас, этот объект коллеги Александра с университетской кафедры показывают студентам как пример успешной реставрации.

На главный фасад дома на Ульянова, 8 реставраторы собирали доски и кованные гвозди со всего здания. Фото: Валерио Патрукко

- Инвестор сказал: хочу сохранить дом. Мы собрали со всего дома пригодные фасадные доски и перенесли их на передний фасад. Хватило еще на два-три метра по боковым стенам, - вспоминает Александр. - Они имеют спил под 45 градусов и при сплачивании жестко держатся друг за друга, создавая впечатление каменного "фартука". Ведрами собирали кованые гвозди, которыми крепились доски. Их шляпки можно видеть невооруженным глазом. Настоящие доски XIX века держат настоящие гвозди XIX века!

Реставраторы старались максимально выявить структуру подлинности объекта. Сохранили полностью переднюю часть дома, подлинную кровлю. Заднюю перебрали, зато в процессе производства работ удалось использовать подвальный этаж. С улицы его практически не видно, но инвестору, вложившемуся в реставрацию, "лишние" площади точно не помешали.

Наверное, самый заметный объект, которым сейчас занимается Александр Шумилкин, это особняк Варвары Михайловны Бурмистровой, представительницы одной из известнейших купеческих династий Нижнего Новгорода - Рукавишниковых. Она приобрела дом и участок в 1879 году, но на этом месте в 1860-х годах стоял "дом одноэтажный, ветхий деревянный без фундамента", а чуть позже - "дом деревянный на каменном полуэтаже в пять окон по лицу, в два этажа".

- Проводя реставрацию, мы установили точные границы первоначального дома и того, что было пристроено и надстроено позже, - рассказывает архитектор.

Уникальные технологии по восстановлению декоративных элементов интерьера используются реставраторами в особняке В. М. Бурмистровой. Фото: Валерио Патрукко

По его словам, у здания сложная история. Реставрацию начинали еще в советское время, когда здесь находился Литературный музей. Уже в XXI веке, в 2012 году, были проведены проектные работы. Но денег тогда не дали. Проект переделывали в 2016 и 2019 годах. Переделали проекты в 2016-м, 2019-м... Наконец, в 2020-м начались сами работы, а потом случился пожар.

Варвара Бурмистрова сделала особняк настоящей жемчужиной и снаружи, и внутри. Нижний полуэтаж - цоколь со служебными помещениями - остался каменным (по градостроительным правилам по углам кварталов должны были стоять каменные постройки), а верх - жилым. Несмотря на деревянную суть, дом имитирует каменную дворцовую архитектуру Петербурга периода эклектики - второй половины XIX века. Инженерное решение отопления с помощью калориферной печи и воздуховодов в стенах дома до сих пор вызывает восхищение. Печь из подвала "разгоняла" теплый воздух по разводным каналам по всему дому. Этим же теплом нагревалась вода. Аналогичное устройство обеспечивало теплом оранжереи, в которых, говорят, росли даже ананасы.

Но внутри дома все деревянное. В декоративно-художественном решении интерьеров применялись картон-пьер (грубый картон, пропитанный алебастром или цементом. - Прим. ред.), резное дерево, искусственный мрамор, росписи и драпировки гобеленами. Что-то из этого великолепия за долгие годы было утрачено, но многое сохранилось.

- Пожар, как на грех, случился в Каминном зале, единственном, где были полностью подлинные интерьеры, - сокрушается Александр Шумилкин. - Хорошо, что гобелены из Бархатного зала отвезли на реставрацию в мастерские, панели Дубового зала разобрали и они только закоптились.

Александр вспоминает, как они радовались, когда, разобрав сцену лекционного зала, обнаружили под ней "родную" дверь в Белый зал, установили на положенное место. И как грустили, когда она погибла во время пожара.

Под снятыми слоями краски и штукатурки реставраторы обнаружили голландскую плитку с живописью, нанесенной механическим образом, еще в середине 19 века. Фото: Валерио Патрукко

Случились и другие ценные находки. Под слоем штукатурки в бывшей кухне обнаружили голландскую плитку с живописью, нанесенной механическим образом. Ею был отделан весь периметр помещения. А на полу - метлахскую плитку из Австрии (ее аналоги в России тогда еще не производили).

Реставрация особняка идет с особой тщательностью. Восстанавливаются мельчайшие декоративные элементы убранства и целые помещения. По словам Александра Шумилкина, их цель - вернуть это здание городу не только как музей, но и как новую точку притяжения горожан и туристов. Потому что дом, когда бы он ни был построен или отреставрирован, должен служить людям.

"Живите в доме - и не рухнет дом" - как сказал поэт Арсений Тарковский.

Другие материалы проекта
На главную