Новости

20.05.2013 00:10
Рубрика: Общество

Нам не больно?..

Умер Алексей Балабанов
Первое, что вспомнилось с вестью о его кончине, - его последний фильм "Я тоже хочу", где кинорежиссер и член Европейской Киноакадемии Алексей Балабанов умирает у подножия разрушенной Колокольни счастья посреди ядерной зимы... Память бывает крайне близорукой. Вот и на этот раз она упустила из вида самую личностную его ленту - "Мне не больно". Это картина о том, как истончается и угасает жизнь близкого человека. О его предсмертных мгновениях реального счастья.

Картина датирована 2006 годом. На самом деле ему было больно. Хотя снимал он картины почти беззаботно, как бы безучастно, будто не о своей боли. Он один из немногих мастеров кино, если не единственный, кто прочувствовал боль перелома общественного сознания, кто беспощадно описал его травму. И не только ту, что случилась с обрушением советского режима. Он диагностировал родовую травму. Его фильмы от "Брата" и до "Кочегара" - своего рода медицинская карта нашего общественного организма, где зафиксированы все инфаркты, инсульты, частичная потеря памяти, стрессы, мании величия и преследования...

Собственно, Балабанов делал в нашей стране ту же работу, что проделал Анджей Вайда - в своей. В своих воспоминаниях польский режиссер привел строку из "Макбета": "Если бы мог ты, доктор, исследовать мочу моей страны..." А затем определил свое и коллег предназначение стать "исследователями урины своей страны". "И на результаты наших анализов, - добавляет он, - в мире смотрели приблизительно с тем же интересом, что на анализы мочи Брежнева, добытые ЦРУ".

Результаты анализов Балабанова впечатляющи. Особенно тот, что предложен нам в фильме "Груз 200". Он настолько оказался шокирующим, что к автору были предъявлены претензии медицинского характера: "больной герой", "больной режиссер", сам фильм - "сплошная патология". А те, кто думает иначе, - "больные люди". А вдруг все гораздо хуже: страна больная?

Главная черта сегодняшней общественной жизни: о чем бы мы не спорили, мы спорим о нашем прошлом. Вернее: с прошлым. Мы выясняем с ним отношения посредством взаимных претензий и оскорблений.

Видимо, что-то серьезное мешает восстановить порвавшуюся связь времен. Как бы нам этого не хотелось.

"Брат-2" - это последняя попытка реванша советского лирического героя. "Война" Балабанова для собрата Данилы - это уже и есть Мир. В смысле Вселенная, в которой он упрямо надеется выжить и освоиться, полагаясь только на себя. Ему уже не до "порвавшейся связи времен"; ему бы связь с подобными себе человеками не потерять. "Груз 200" - отходная по советскому прекраснодушию. Лирический герой Балабанова мутировался в монстра, в нелюдя. Платоник - в сексуального маньяка. Нежная душа - в жестокого садиста... Не успели стихнуть возмущенные возгласы по поводу "Груза 200" Алексея Балабанова, как автор вбросил в прокат следующий шокирующий артефакт под названием "Морфий". "Возгласов" и негодований на этот раз было не меньше. Готов повторить: я не могу назвать ни одного имени иного российского кинорежиссера, который был бы так чуток к тому, что происходит в подкорке нашего общества на протяжении последних двух десятков лет. И который бы так последовательно отслеживал все стадии его хронического недуга. А общество - это живой организм, которому больно, когда внутри что-то изношено... Когда снаружи все вроде бы и ничего, а болезнь уже берет свое.

"Морфий" - про болезнь распада и разложения личности, что добралась до доктора. В этом суть ужаса, а не в тех или иных физиологических подробностях.

...Логичен сюжет последней работы Алексея Балабанова - "Я тоже хочу", рассказывающей о том, как праведники и грешники устремляются к единственному месту на Земле - к колокольне счастья, что находится посреди термоядерной зимы... Он надеялся до последнего дня приступить к съемкам новой картины. "Колокольня Счастья" его забрала. Нам остался диагноз, который он сделал. За нами - выбор.

Фильмография Алексея Балабанова

Из интервью Алексея Балабанова разных лет

О реальности в фильмах: "На самом деле придуманного - раз-два, и все. Это жанр такой - фантастический реализм. Когда все абсолютно реальное, а история - фантастическая".

О внутренней цензуре: "Я, понимаете, на всю голову отмороженный, без тормозов. Начинал с любительского кино, потом снимал документальные фильмы про рок-музыкантов. А первый мой фильм был по Сэмюэлю Беккету. А это уже очень необычный автор. Потом был фильм по Кафке - "Замок". Так и пошло... Еще были два спецвыпуска киножурнала "Советский Урал". Один назывался "Что вас беспокоит?". Я там снимал друзей моих: "Наутилус", "Чайф", как Вова Шахрин бетон грузит. И люди приходили в кино, покупали билет на сеанс, смотрели только журнал и уходили".

О деньгах: "Я советский человек, потому что меня та эпоха воспитала. Я в ней выживал, скажем так. И образование очень хорошее получил. Тогда никто денег за образование не платил. И вообще деньги значения не имели. А сейчас все вокруг денег, а я деньги не люблю. И никогда не любил. Я специально не спрашиваю у Сельянова, сколько получает артист. Знаю, что гораздо больше меня. Но если я узнаю, насколько, - расстроюсь. Мне было бы обидно. Поэтому я не хочу этого знать".

О литературе: "Я литературой не занимаюсь - я записываю кино. Я даже сценариев не пишу, - записываю картинки, которые у меня в голове, и все".

Как идеи появляются: "То, что такие вещи происходят "однажды утром", придумывают дураки. Это длительный процесс, мозги работают в определенном направлении постоянно".

Общество Утраты Персона: Алексей Балабанов
Добавьте RG.RU 
в избранные источники