«РГ» представляет
проект «Социальный банк вопросов по COVID-19»

Здесь вы можете задать вопросы на любую тему, связанную с новой коронавирусной инфекцией, мерами поддержки населения, медиков и бизнеса.

Вам ответят ведущие специалисты Минздрава, Минэкономразвития, ЦБ, Роспотребнадзора, Пенсионного фонда России, Фонда обязательного медицинского страхования и других ведомств.

Задать вопрос
Новости проекта
Мелита Вуйнович, представитель ВОЗ в России: Если очень рано снять все ограничения, начнется второй всплеск эпидемии
В Женеве впервые в формате видеоконференции начала работу 73-я сессия Всемирной ассамблеи здравоохранения.

К работе в ней приглашены представители всех 194 государств - участников Всемирной организации здравоохранения. Обсуждаются первые результаты борьбы человечества с пандемией коронавируса. Ожидается, что будет поднят вопрос о равноправном доступе государств к вакцине и терапевтическим средствам от коронавируса, которые сейчас разрабатываются.

Накануне этого события представитель Всемирной организации здравоохранения в России Мелита Вуйнович рассказала в эксклюзивном интервью "Российской газете" о том, пора ли уже России снимать ограничения, введенные из-за коронавируса, как может повести себя инфекция, когда появится вакцина от нее.

Мелита, На какой стадии эпидемиологического процесса находится сейчас Россия - мы уже на плато или начался устойчивый спад заболеваемости?

Мелита Вуйнович: Любая эпидемия зависит от человеческого поведения. Сейчас мы наблюдаем, что число новых случаев инфицирования снижается. Но требуется время, чтобы посмотреть динамику. Потому что эпидемия может двигаться в разных направлениях. Когда 2-3 недели будут стабильное снижение новых выявленных случаев, тогда можно будет уже говорить, что это уже не временный, а устойчивый процесс.

Как вы оцениваете действия российских властей по сдерживанию эпидемии внутри страны ?

Мелита Вуйнович: ВОЗ никого не оценивает, это не входит в наши функции. Просто некоторые ваши коллеги-журналисты так комментируют наши действия. Могу сказать, что Россия предприняла весь комплекс мер по сдерживанию эпидемии внутри страны. Мы ничего не рекомендовали вашей стране. Но ваша страна имеет очень сильную эпидемиологию/эпидемиологическую службу и сразу начала заниматься сдерживанием вируса. Это помогло предотвратить вспышку внутри страны.

Очень важно отметить, что благодаря грамотным действиям эпидемиологической службы ваша система здравоохранения не оказалась перегруженной. Хватает и оборудования для искусственной вентиляции легких, и больничных коек. И меры изоляции сыграли свою роль. Благодаря этому мы надеемся, что снижение заболеваемости будет устойчивым.

Второй всплеск эпидемии может застать врасплох людей и медицину. Вирус, к сожалению, никуда не уйдет

ВОЗ по-прежнему настоятельно рекомендует, чтобы люди старших возрастов пока оставались в режиме самоизоляции? Есть примеры, когда успешно излечиваются от COVID пациенты в очень солидном возрасте.

Мелита Вуйнович: Речь не идет о том, чтобы запереть пожилых людей в четырех стенах. Мы говорим о том, что людям старших возрастов нужно особенно беречь себя. Все-таки люди в возрасте 65 лет и старше в группе риска. Смертность среди них от коронавируса очень высокая. Эта тенденция характерна для всех стран. А вот какие меры их защиты должны применяться, это уже решают правительства стран. Есть страны, которые уже разрешили пожилым ежедневные прогулки на свежем воздухе. Для того, чтобы хотя бы их мышцы не атрофировались. Геронтологи и психологи могут сейчас предоставить советы, как скорректировать меры самоизоляции. Но вирус по-прежнему распространяется, поэтому опасность для пожилых и тех, у кого снижен иммунитет, сохраняется.

Европа уже активно выходит из самоизоляции. В Италии пляжи открылись, во Франции - кафе и рестораны. Российским регионам нужно ли массово отменять ограничения?

Мелита Вуйнович: ВОЗ разработала критерии, которые предоставила всем странам по снятию ограничений. Там говорится, что нужно учитывать при ослаблении мер сдерживания распространения вируса. Россия учитывает эти рекомендации. Если очень рано снять все ограничения, начнется второй всплеск эпидемии, который может оказаться серьезнее. Он может застать врасплох людей и медицину. Вирус, к сожалению, никуда не уйдет. Он будет среди людей, поэтому всегда нужно быть готовым идентифицировать каждого заболевшего и его контакты. Своевременное выявление новых случаев заболевания помогает отправлять на карантин небольшие группы людей, а не все население.

Возврат к нормальной жизни потребует того, чтобы все работодатели разработали меры инфекционной безопасности на рабочем месте. Это значит соблюдение физической дистанции и масочного режима, а также гигиены рук, поверхностей. Возможно, меры и неудобные для людей, но это поможет держать вирус под контролем в нынешнем и следующем годах. До того времени, когда не разовьется устойчивый коллективный иммунитет или не появится вакцина.

Каковы перспективы создания вакцины в этом году? Какие шансы у России? Какая страна мира ближе всего сейчас подошла к созданию вакцины?

Мелита Вуйнович: На данный момент существует более 100 кандидатных вакцин. Некоторые уже в фазе клинических (испытания на людях) исследований. Мы надеемся на всех разработчиков в мире. Потому что не будет толку, если только одна страна или один производитель начнет производство вакцины. Это коллективный процесс. Надеемся, что в нынешнем году будут вакцины, которые могут зайти в массовое производство.

ВОЗ объявила пандемию коронавируса 11 марта. Прошло уже больше двух месяцев. Какие основные выводы о поведении этого опасного вируса вы уже сделали?

Мелита Вуйнович: Я должна вас поправить. ВОЗ провозгласила чрезвычайную ситуацию в области общественного здравоохранения, имеющую международное значение, гораздо раньше - 30 января. А до этого ВОЗ усилила свое взаимодействие со всеми странами для того, чтобы максимально предупредить распространение вируса. Были даны рекомендации всем членам Всемирной организации здравоохранения - их 194. Это было представлено на заседании Чрезвычайного комитета. Это комитет состоит из ученых, представителей разных стран, включая и Россию, которые дают советы генеральному директору ВОЗ о провозглашении чрезвычайной ситуации в области общественного здравоохранения, имеющей международное значение. Слово "пандемия" генеральный директор Тедрос Адханом Гебрейесус просто впервые использовал 11 марта, но оно ничего не меняет, потому что нет более высокого уровня, чем объявление чрезвычайной ситуации. А это, еще раз подчеркну, было сделано 30 января нынешнего года.

Сейчас мы лишь можем констатировать, что есть широкое распространение коронавируса, но выводы делать рано. В ВОЗ создана площадка для научных исследований, для совместной работы по разработке вакцин, лекарств для лечения инфекции. Сейчас нет какого-то одного лекарства, которое эффективно лечит эту инфекцию. Комбинации лекарств да, оказывают положительное воздействие. Но не на всех. Существуют побочные действия, которые осложняют течение заболевания. Проводится большое исследование, которое должно сопоставить четыре типа терапии, и на основании больших данных ученые смогут сделать заключение, какой из них самый оптимальный, с минимум побочных действий. Например, если страны используют в качестве терапии переливание плазмы крови, то им необходимо подготовить научное обоснование и поделиться им с ВОЗ. Это лишь маленький перечень работы, которую осуществляет ВОЗ. Вообще просчитываются все сценарии, в том числе и эвакуация населения, для того, чтобы защитить мир от этой и подобных пандемий.

В ВОЗ надеются, что в этом году появятся вакцины для массового производства. Фото: РИА Новости

Значит, нужно гораздо больше времени - не 2-3 месяца, для того, чтобы понять особенности поведения нового вируса SARS-CoV-2, ведь это принципиально новый возбудитель, с которым раньше человечество не сталкивалось…

Мелита Вуйнович: Безусловно, слишком мало времени прошло. Выводы делаются на основании фундаментальных научных исследований. Их сейчас проводится очень много по всему миру. ВОЗ все это аккумулирует. Некоторые моменты уже понятны. Но так как пандемия пока еще развивается, сейчас невозможно предугадать, по уже известным сценариям будут происходить заболевания или вирус изменит свою поражающую тактику. Мы сейчас не знаем, насколько устойчивы будут вырабатываемые в крови переболевших пациентов антитела к вирусу. Для этого нужно время. Через несколько месяцев, год, какой уровень иммунитета будет у населения? Пока неизвестно. Выводы о том, как идет эпидпроцесс, что работает, а что не работает из терапии - это все растянуто во времени. И даже вряд ли можно будет в какой-то момент сказать: "Вот, теперь мы знаем о вирусе все!" Но сейчас все наши научные площадки, все наши департаменты работают круглосуточно для того, чтобы собрать о вирусе всю информацию и поделиться ею со всеми странами-членами ВОЗ. Ничего не скрывается.

Мелита, вы говорите, что нужно время для того, чтобы понять, насколько устойчивы антитела в организме, то есть будут ли они еще в крови через полгода, год после того, как человек не переболел. А если не будут, то есть риск повторного заражения коронавирусом. Но, с другой стороны, ученые говорят, что пока процесс болезни не разовьется, тестирование может ничего не выявить. Организм еще не сформировал имунный ответ. А половина переносят вирус бессимптомно. В какой момент нужно брать кровь на антитела? Или несколько раз проводить тестирование?

Мелита Вуйнович: Я не эксперт в этой области. Однако в области серологии, антител, ВОЗ все еще собирает все данные и детали, и пока еще не выпустила конкретных рекомендаций. Это все еще на уровне научных исследований. Однако в принципе если мы хотим знать, имел ли человек COVID-19 (был ли организм в тесном контакте с вирусом) и у него не было симптомов, то это возможно примерно через 10 дней после потенциального контакта. Это можно понять по нахождению в крови IgM - первого иммуноглобулина, который начинает вырабатывать организм в ответ на инфекцию. Также есть такой маркер, как иммуноглобулин IgM, он вырабатывается позднее. То, что предлагает ВОЗ и делают многие страны, - это популяционное серологическое исследование. Это случайная выборка людей в популяции. Необходима для того, чтобы мы лучше понимали, распространился ли вирус гораздо шире, чем мы знали до этого.

Почему у нового коронавируса так много клинических проявлений? Такое ощущение, что каждый день узнаешь о нем что-то новое. Вот последние данные: у больных COVID-19 наблюдается посинение кожных покровов и слизистых.

Мелита Вуйнович: Когда речь идет о новом вирусе, природа которого не изучена еще, так обычно и происходит. Все вирусы имеют множество проявлений. Человечество изучает заболевания, вызываемые вирусами, десятилетиями. Например, у той же кори совершенно разные проявления. Они могут быть типичными и атипичными. У полиомиелита тоже разные проявления, а не только паралич. Всемирная организация здравоохранения периодически обнародует новые открывшиеся данные о новых симптомах вирусных заболеваний, которые проявляются у определенных групп пациентов. MERS-вирус (ближневосточный респираторный синдром) имел свою симптоматику. Но он поражал так сильно, что смертность от него была в разы выше. Нынешний коронавирус приводит все-таки к разным степеням тяжести протекания заболевания. Но, возможно, на ход болезни большую роль оказывают сопутствующие заболевания. Поэтому важно изучать процесс протекания заболевания в динамике. И требуются годы изучения.

Любой вирус рано или поздно теряет свою поражающую силу. Когда исчерпать свою силу может COVID?

Мелита Вуйнович: Это, к сожалению, не правда. Вирус остается таким, какой он есть, но именно иммунитет у людей снижает его "эпидемический потенциал". Если вы посмотрите на хорошо известные вирусы, против которых мы вакцинируем детей: корь, полиомиелит, гепатит B, то ни один из этих вирусов не утратил способность вызывать заболевание и смерть. Но в сообществах, в которых высокий уровень вакцинации, нет ни смертей, ни паралича, так,что даже отдельные люди, которые не могут быть вакцинированы (например, ребенок, который проходит лечение от лейкемии), не могут быть распространителями вируса. Ведь вокруг этого ребенка нет людей, восприимчивых к вирусу . Вирусу нужны "еда" и "дорога", и это люди, у которых нет специфического иммунитета против определенного вируса (общего иммунитета в связи со здоровым образом жизни недостаточно для вирусов, обладающих относительно высокой вирулентной способностью, таких, как, например, грипп, корь).

Ваши коллеги из ВОЗ говорили, что нет уверенности в том, что вирус начал распространяться с рынка в Ухане. Так откуда же тогда? Есть другие версии?

Мелита Вуйнович: Из того, что известно на данный момент, первые случаи заболевания людей были обнаружены в Ухане и его окрестностях, причем большинство из них были в контакте с рынком Хуанань. Рынок сыграл свою роль либо в качестве источника вспышки, либо в качестве усиливающего распространение места, но мы точно не знаем, как началась вспышка. Все имеющиеся на сегодняшний день данные свидетельствуют о том, что вирус имеет естественное животное происхождение. Насколько известно ВОЗ, в настоящее время проводятся или планируются исследования для того, чтобы лучше понять источник вспышки в Китае, в том числе расследования случаев заболевания людей с началом симптомов в Ухане в конце 2019 года, отбор проб окружающей среды на рынках и фермах в районах, где были выявлены первые случаи заболевания людей, а также изучение подробных записей об источнике и типах диких и сельскохозяйственных животных, продаваемых на этих рынках.

В ВОЗ рассказали, как утилизировать защитные маски после использования

Использованные маски, которые носят в целях защиты от коронавируса, могут утилизироваться как обычные бытовые отходы. Об этом, как сообщает "Интерфакс", рассказала глава российского представительства ВОЗ Мелита Вуйнович.

По ее словам, маски представляют опасность только в момент их снятия с лица, но спустя какое-то время защитные средства не несут вреда. При этом Вуйнович указала, что инфекционность масок связана не с бытовым использованием, а с больницей. "Потому что там, именно там высокая инфекционность", - сказала она.

Кроме того, она уточнила, что в настоящий момент нет исследований о степени опасности использованных перчаток, потому что не было опыта с масштабным ношением перчаток населением страны.

Ранее в Роспотребнадзоре заявляли, что маски, респираторы, носовые платки, салфетки и перчатки должны утилизироваться в герметичные пакеты.

ВОЗ опасается вспышек кори и полиомиелита из-за пандемии COVID-19

Дети меньше, чем взрослые, рискуют тяжело заболеть и умереть от COVID-19, но пандемия приводит к увеличению риска у детей заболеть другими тяжелыми инфекциями - в частности, корью и полиомиелитом, и это связано с приостановкой вакцинации во многих странах. Об этом заявил сегодня глава ВОЗ доктор Тедрос Габриесус на ежедневном брифинге в Женеве.

"Хотя COVID-19 наносит тяжелый урон, ВОЗ глубоко обеспокоена воздействием, которое пандемия оказывает на другие функции службы здравоохранения, особенно в части, касающейся детей. Дети подвергаются относительно низкому риску от тяжелого заболевания и смерти от COVID-19, но могут подвергаться высокому риску от других заболеваний, которые можно предотвратить с помощью вакцин", - сказал глава ВОЗ.

По данным ВОЗ, с помощью вакцинации можно предотвратить более 20 заболеваний. Ежегодно вакцинируется более 116 миллионов детей, или 86 процентов всех детей, рожденных в мире. При этом более 13 миллионов детей не хватает прививок.

"Кампании по вакцинации против полиомиелита уже приостановлены, а в некоторых странах обычные службы иммунизации сокращаются или закрываются. С началом сезона гриппа в южном полушарии жизненно важно, чтобы каждый получил вакцину против сезонного гриппа. Даже когда службы работают, некоторые родители и опекуны избегают брать детей на вакцинацию из-за опасений по поводу COVID-19. А мифы и дезинформация о вакцинах добавляют масла в огонь, подвергая уязвимых людей риску", - отметил Тедрос Габриесус.

Он подчеркнул, что при снижении охвата вакцинацией будут возникать новые вспышки инфекций, в том числе опасных для жизни заболеваний, таких как корь и полиомиелит.

ВОЗ: Необходимо изучить воспалительный синдром у детей в связи с COVID-19

Случаи развития у детей тяжелого воспалительного синдрома, зафиксированные в Европе и Северной Америке на фоне пандемии коронавируса, требуют срочного внимания и изучения. Об этом заявил сегодня генеральный директор ВОЗ доктор Тедрос Гебреисус на брифинге в Женеве.

Как ранее сообщала "Российская газета", сообщения о случаях тяжелых осложнений у детей, больных COVID-19, впервые пришли из Великобритании и США. Так, британские врачи зарегистрировал резкий рост количества осложнений, в связи с чем национальная служба здравоохранения Великобритании распространила срочное предупреждение для врачей, сообщив о симптомах заболевания и предложив наблюдать пациентов и сообщать обо всех подозрительных случаях. Интересно, что синдром, напоминающий течением болезнь Кавасаки с признаками токсического шока, наблюдался как у детей с подтвержденным COVID-19, так и в случае отрицательного результата тестирования.

Специалисты не сумели также объяснить, связано ли это, например, с низкой точностью применяемых тестов (и в этом случае надо дополнительно проверять всех детей с подобным осложнением на коронавирус), или, возможно, заболевание все же связано не с COVID-19, а присутствием другого, ранее не известного патогена.

Об аналогичных случаях сообщили медики Франции - в их поле зрения попало по крайней мере 15 детей с подобными симптомами. Теперь новым синдромом у детей заинтересовались и в ВОЗ.

"В последние недели поступили сообщения из Европы и Северной Америки о том, что небольшое число детей были помещены в палаты интенсивной терапии в связи полиорганным воспалением, напоминающим некоторыми проявлениями болезнь Кавасаки и токсичный шоковый синдром, - сообщил сегодня глава ВОЗ. - Согласно предварительным гипотезам, этот синдром может быть связан с COVID-19".

В результате необходимо срочно изучить новое заболевание. Более того, как сообщил доктор Гебреисус, ВОЗ разработала единое определение и учетную форму для регистрации всех выявленных случаев нового заболевания.

На брифинге эксперты ВОЗ отметили, что осложнение возникает очень редко, но, тем не менее, необходимо тщательно собирать информацию о заболевании и делать это системно. Именно эту цель преследует разработанный ВОЗ единый формуляр отчета.