Сплошные звёзды, а не люди

Рецензии
    05.05.2020, 15:15
Текст:   Шамиль Керашев
Долгожданный мини-сериал "Голливуд" ещё до релиза начали сравнивать и активно сопоставлять с "Однажды в... Голливуде" великого Квентина Тарантино. Что, в принципе, правомерно и даже, пожалуй, неизбежно, однако требует ряда важных оговорок.
 Фото: twitter.com/NetflixANZ  Фото: twitter.com/NetflixANZ
Фото: twitter.com/NetflixANZ

Обе картины (новинку Netflix, хоть она формально и разбита на эпизоды, тоже можно назвать целостным произведением) посвящены далёкому прошлому американской "фабрики грёз" и требуют от зрителя киноманского бэкграунда. В обеих скрупулёзное правдоподобие эпохи соседствует с вымышленными сюжетными линиями. В конце концов, и та, и другая в значительной степени строятся вокруг магии кинематографа, способной исправлять определённые "сбои системы". И здесь-то начинаются расхождения.

Точнее, одно большое расхождение, продиктованное разными подходами к былому. Дитя видеосалонов Тарантино сочинил трогательную, нежную, меланхоличную балладу о чуде: воссоздал на экране Потерянный Рай "золотых шестидесятых", чтобы задним числом огородить его от катастрофы, навсегда изменившей правила игры. Не таков угол зрения создателя "Американской истории ужасов", "Американской истории преступлений", "Позы" и "Политика" - Райана Мёрфи.

Его "Голливуд" - послевоенный. Красивый, богатый, китчевый, аристократично сверкающий драгоценностями; ещё не дошедший до конвейерного производства жанрового кино, зато уже настроенный на эксплуатацию тех самых, ныне опасливо избегаемых киноделами клише. Включая, например, подтянутого белого парня, обречённого стать хорошо продаваемой звездой (Дэвид Коренсвет), и талантливую чёрную актрису (Лора Хэрриер), вынужденную довольствоваться ролями глупеньких служанок просто потому, что она чёрная.

Дополняют компанию темнокожий сценарист-самородок с нетрадиционной ориентацией и перспективный режиссёр, предпочитающий не афишировать свои филиппинские корни (Даррен Крисс). Плюс противоположная сторона условного фронта: шишка-сексист (Роб Райнер), гомосексуальный агент-абьюзер (Джим "Шелдон Купер" Парсонс), примитивная старлетка (Самара Уивинг), обласканные судьбой "маджоритиз" - предки тех, кого сейчас принято называть электоратом Трампа.

Казалось бы, очевидный, порядком уже поднадоевший агит-набор: дескать, старая Америка была ужасна и осталась бы ужасной, не пробей пресловутые меньшинства стену токсичного консерватизма. Но именно так акценты расставляет, скорее, какой-нибудь Барри Дженкинс... В то время как Мёрфи - это Мёрфи, и не случайно ведь заокеанская пресса снова ругает его за "размытость позиции".

Во-первых, "Голливуд" смешон. Он тяготеет к комедии-буфф под бодрые ритмы джаза, почти исключая привычное для "разоблачителей несправедливости" нытьё. Во-вторых, нам предлагают хохотать не только над пороками привилегированного класса (закулисным развратом, циничным хищничеством, оголтелым сутенёрством, связями с мафией, абсурдными ссылками на Кодекс Хейса): "униженных и оскорблённых" тоже не стесняются ставить в комичные положения. Наконец, в-третьих, беспощадный срыв покровов вообще не является для проекта мотто и проходит фоном.

Стержнем же служит "альтернативная история" о производстве опередившего время "инклюзивного" фильма, на площадке которого "цветные" объединяются с европеоидами, геи - с натуралами, списанные в тираж ветераны находят общий язык с молодой порослью; плохие ребята получают шанс исправиться будто по мановению волшебной палочки. Впрочем, почему "будто"? С четвёртого эпизода шоу делает манёвр от глумливого бурлеска в сторону волшебной сказочки, где находится место невозможным совпадениям, стремительному перевоспитанию негодяев и даже фее-крёстной в лице Элеоноры Рузвельт.

Всё, традиционно для Райана Мёрфи, роскошно снято, украшено фирменной барочной кадровкой, заострено яркими карикатурными портретами Вивьен Ли и Ноэля Каурда, сыграно плеядой блистательных актёров, сдобрено замечательным саундтреком... И, увы, обременено очевидными недостатками. Изрядной затянутостью (фиксация шоураннера на голых или полуголых мужчинах, наверное, добавила к хронометражу лишний час), однотипными гэгами, многословием отдельно взятых диалогов, а также итоговой слащавостью посыла.

Обойдёмся без спойлеров, но по большому счёту примирительный пафос "Голливуда" - невольная демонстрация того, куда приводит подстраивание под искусственные тренды типа диверсификации и чересчур рьяная ревизия конъюнктуры. В лучшем случае подобные порывы заканчиваются на манер басни Сергея Михалкова про слона-живописца. В худшем - оборачиваются триумфом пошлости и восторженно-нелепыми речами взрослых вроде бы людей о борьбе за всё хорошее против всего плохого: аплодисменты одурманенных "повесточкой" инфантилов прилагаются.

Можно, правда, заподозрить тут постмодернистскую пародию на невыносимую "оскаровскую" фальшь наших дней. И при желании - особенно по инерции "Культа" или "Политика" - разглядеть в конструкции сериала потайное дно: мол, утрированной приторности и добивался Мёрфи, чей сарказм (к неизменному удивлению его однопартийцев из либерального лагеря) чаще всего оказывается обоюдоострым. Вот только на этот раз сам автор слишком уж явно занимает "правильную" сторону. И слишком уж глубоко прячет предполагаемую иглу сатиры в стоге сена, пропитанного сиропом толерантных фантазий.

3.5